Вдохновляющая весна Полины

 

Полина НАЗАЙКИНСКАЯ – молодой и талантливый композитор. Родом из Тольятти, с 2008 года живет в США. Второго апреля этого года, в день рождения Рахманинова, Metropolitan Symphony Orchestra из Миннеаполиса, штат Миннесота, исполнил ее Первую симфонию.

Почетное соседство

На программке концерта лицо Полины в обрамлении пышных волос соседствует с портретом Людвига ван Бетховена. Тематика концерта обозначена как Symphonic Firsta (первые симфонии), и это символично, ведь Первая симфония венского классика была окончена весной 1800 года, а исполнена впервые 2 апреля, 217 лет назад. «Сейчас 2017-й, цифры перекликаются, и в этом я тоже усматриваю смысл», – делится Полина.

Послушать первый концерт Полины полностью на Facebook здесь

Она пишет музыку в разных жанрах – камерно-инструментальную, вокальную, симфоническую. Ее произведения звучат в России, в Европе, на североамериканском континенте. Опера «Волшебное зеркало» по мотивам «Сказки о мертвой царевне» Пушкина девять раз была исполнена в США на русском языке. Премьера проходила в театре Бостона. Необычные фантастические декорации к опере создавала талантливый художник Варвара Соседова, которую Полина пригласила из Москвы.

Симфоническая поэма «Зимние колокола» звучит на радио, включена в программы оркестровых концертов. В 2010 году это произведение набрало рекордное количество прослушиваний (35 300) на YouTube в рамках международного интернет-конкурса, организованного Google, и Полина завоевала приз зрительских симпатий. Кстати, продвинутые зрители финала сделали для себя неожиданный вывод: современные композиторы бывают и с модельной внешностью!

Начало

…Биографию композитора принято начинать с детства. Полина в семье третий ребенок. Ее мама занимается архитектурой и дизайном, в прошлом – преподаватель Тольяттинского университета. Старшая сестра – лингвист, живет в Торонто, брат – журналист, работает в Москве. Все успешны, реализованы, занимаются творчеством. Обучаться музыке девочка начала с пяти лет, поступив в Музыкально-академическую гимназию Тольятти. В 90-е годы это была кузница талантов, поддерживаемая администрацией города. В рамках эксперимента детей обучали игре сразу на нескольких инструментах. Для Полины это были флейта, скрипка, фортепиано. Как скрипачка она продолжила образование в Тольяттинском музыкальном училище, затем – в Академическом музыкальном колледже при Московской консерватории, параллельно брала уроки композиции у консерваторского преподавателя Константина Баташова, соратника Шнитке.

Среди родственников Полины – известный российский музыковед Е. Назайкинский, и в «московский период» она вместе с тетей (дочерью ученого) после учебы часто занималась домашним музицированием, переиграв в четыре руки огромный репертуар классической музыки. Начинающему композитору просто необходимо знать произведения своих предшественников, прочувствовать их кожей, пальцами, «положить на слух». В 2008 году девушка подала документы сразу в несколько учебных заведений – на композиторский факультет Московской консерватории, музыкальные факультеты трех американских университетов и отыграла сольную скрипичную программу для поступления на бюджетное отделение Гнесинской академии. В результате везде получила подтверждение. Но выбрала престижный Йельский университет, и это был подарок судьбы.

Именно в 2008-м благодаря помощи анонимного спонсора все студенты Школы музыки Йельского университета обеспечивались стипендией. Для тех, кто в Йеле выбирает композицию, созданы самые благоприятные условия: для исполнения сочинений молодого автора найдут музыкальный коллектив любого состава, предоставят инструменты и, если это необходимо, вокалистов. Для сравнения: выпускник российской консерватории за пять лет пишет только одно симфоническое произведение, и далеко не каждому выпадает шанс услышать его вживую. Студент йельской Школы музыки представляет свои произведения не менее чем в восьми концертах в год.

Американские горки

После магистратуры в Йеле Полина продолжила обучение в Нью-Йоркском университете и к настоящему времени завершает там работу над докторской диссертацией. Все эти годы Назайкинская преподает в учебных заведениях Нью-Йорка и других городов США. Довелось провести учебный семестр и в Поднебесной.

Большой честью для нее стало приглашение преподавать на курсах для начинающих композиторов при Нью-Йоркской филармонии. Полина обожает своих учеников, да и историческое здание филармонии – «сердце и мозг» современного исполнительства – ко многому обязывает.

Композиторский труд компенсируется, в основном, авторскими отчислениями, и на этом пути есть движение – ведь музыка Назайкинской звучит, набирает обороты. Появляются новые заказы, есть частные ученики.

Однажды решив для себя, что будет зарабатывать на жизнь музыкой, девушка решила не отступать. То, что из этого вышло, вызывает искреннее восхищение. Полина замужем, и ее муж полностью поддерживает ее творческие проекты. Она активна, подвижна, любит ездить на велосипеде, путешествовать по всему свету. Так, посещение острова Валаам прошлым летом стало для нее источником вдохновения при создании симфонии.

Первая из девяти

В 2010 и 2014 годах Полина сотрудничала с оркестром Миннеаполиса. Это своего рода «культурная Мекка» Среднего Запада США с одним из лучших в мире оперных театров, четырежды лауреатом премии Грэмми.

Дирижер оркестра Metropolitan, знакомый с ее творчеством, настаивал на том, чтобы Полина писала новую музыку для оркестра. А год назад уже сами оркестранты заказали симфонию к 60-летию своего руководителя Уильяма Шриккеля. Работа шла непросто. В симфонии используется усиленная группа ударных, на первом плане – колокола. Бездонный звук валаамского колокола изображают рояль, вибрафон, арфа и инструмент брейкдрам. Стиль гетерофонного двухголосия валаамских монахов «исон» (единственный в своем роде) послужил основой для созерцательной лирики медленной части. Всего же в симфонии четыре части. Первая – cонатное presto, олицетворяющее бег по кругу жизни, вторая – лирический центр, внутреннее созерцание и поиск смысла мироздания, третью автор обозначила как «русскую пассакалию», финал открытый, оставляющий знак вопроса, как замирающие удары сердца.

Концепцию симфонии Полина определяет как внутренний поиск человека в современном мире. Прослушав все части, я больше всего «запала» на невероятную звукопись хорала II части. Также там есть место, где из «океанической глубины» пробиваются к свету труба и кларнет. «Душа и ее тень», – поясняет автор.

Симфонию, как и все, что пишет Полина Назайкинская, критики относят к новой романтической волне. Так что «наш» автор в Америке продолжает голос великой традиции Чайковского, Рахманинова и ее любимого Свиридова. Успешно и талантливо. Ведутся разговоры о том, что симфонию, возможно, удастся исполнить на одном из летних фестивалей «Классика Опен Фест» оркестром под управлением Анатолия Левина.

– Полина, каково быть с Бетховеном в одном концерте?

– Ответственно как никогда. Мои «Зимние колокола» исполнялись в концертах рядом с Брамсом, Люли. Но Бетховен и правда впервые!

– Что вдохновляет молодого автора?

– Любовь. И сама жизнь.

– Сколько симфоний планируете написать?

– Думаю, не менее девяти (улыбается)!

Анна ЛУКЬЯНЧИКОВА

Фото из архива автора

Музыкальный критик, преподаватель Тольяттинского музыкального колледжа имени Р. К. Щедрина.

Опубликовано в «Свежей газете. Культуре», № 7 (115), 2017, Апрель

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *