Наследие: , ,

Что русскому хорошо…

14 декабря 2016

15-kolonka_dedlov

Вообще-то звали его Владимир Людвигович Кигн. Был он сыном немца и, как многие немцы, любил Россию. А поскольку и жил в ней, то писал под псевдонимом Дедлов. Его знали как беллетриста, литературного критика, публициста, искусствоведа. С ним дружили Илья Репин и Михаил Врубель, Марк Антокольский и Аполлон Майков, Дмитрий Менделеев и Архип Куинджи…

Во второй половине 1890-х годов Дедлов много путешествовал, и его впечатления были интересны современникам. Очерк «Самара» также обратил на себя внимание читающей публики. Процитировав лестные отзывы о городе П. Алабина и Вас. Немировича-Данченко, Владимир Людвигович с немецкой прямотой выдал свою правду-матку: «Самара не роскошный цветок, не юноша кровь с молоком, а типичный, богатый и варварский приволжский город. Кто видел Самару, тот видел все нижневолжские города средней руки».

И дальше: «Берег вдоль Волги буквально кипит людьми, ворочаемыми тюками, телегами и лошадьми. Телеги все крепкие, но неладно скроенные; люди загорелые от солнца, красные от водки и почерневшие от пыли и плохой пищи; лошади худые и избитые. Все это шумит, галдит, ругается и месит грязь, по которой текут необычайно зловонные ручьи из складов, из-за складов и с верхних улиц и дворов».

Купеческие дома Дедлову понравились, в отличие от самарских мостовых: «Двухэтажные дома-особняки элегантны и скромно-роскошны: чистые, без вычур, с зеркальными стеклами, с красивыми подъездами. За их зеркальными стеклами «дремлют миллионы»; а перед окнами – скверные тротуары и невозможная мостовая: это, мол, не мое, а общественное.

Самарские мостовые невозможны до смешного, до анекдота. Ездить по ним можно только шагом, так что и ваш извозчик, и вы спешите выбраться на немощеную улицу и примиряетесь с ужасной ее пылью, лишь бы не испытывать невозможных толчков на исполинских булыгах мостовой. Распланирована Самара, как и все степные города, по линейке. Широкие, прямые, бесконечные улицы пересекаются под прямыми углами. Те, которые ближе к Волге, застроены каменными домами, дальние – деревянными. Все одинаково невзрачны; каменные еще хуже деревянных, потому что не оштукатурены».

4-2

Что нужно самарцу для счастья? «Был бы черный бревенчатый амбар, лодка с рогожным парусом, неоштукатуренный кирпичный дом, похожий на облупленную воблу, кабак, для того чтобы напиться, и квартал, где бы вытрезвляли – и жизнь богатого приволжского города полна. Жалкий театр, жалкая библиотека и жалкая газетка еле дышат. По водопроводу идет такая вода, что даже цветы, поливаемые ею, желтеют и засыхают…»

Вот так, так разошелся немец. И, кажется, можно понять, почему мы их любим все-таки меньше, чем они нас.

Александр ЗАВАЛЬНЫЙ

Краевед, главный библиограф Самарской областной научной универсальной библиотеки, заслуженный работник культуры России.

Опубликовано в издании «Свежая газета. Культура», № 20 (108) за 2016 год

Aviasales

  • 8
    Поделились

Оставьте комментарий