Наследие: ,

68 альбомов 68 года. Часть вторая

2 июля 2019

После долгого перерыва, продолжаем глобальный обзор музыки 1968 года. Часть вторая, не последняя. Альбомов, в итоге, будет не 68, а больше ста — год был очень урожайным на музыку.

Альбомы для прослушивания можно найти на Яндекс.Музыке

Первая часть здесь

The Steve Miller Band

Sailor

Стива Миллера, по преданию, учил играть на гитаре сам Лес Пол. Стиву тогда было пять лет, и Лес Пол действительно дружил с его отцом.

Свою карьеру на большой рок-сцене Стив Миллер и группа начали с аккомпанемента Чаку Берри на концерте в Филлмор-Вест. Потом год отвязной работы в самом лучшем клубе хиппового Фриско.

Но, сам Миллер и его приятель Боз Скаггз не были бунтарями, им просто хотелось писать хорошие простые песни с цепляющими мелодиями. И у них это хорошо получалось — Overdrive и Living in the USA нехило качают и сейчас.

Альбом вызывает прекрасной силы ощущение — черт, как же я этого не слышал раньше? Это, возможно, лучший диск психоделического блюза, прикатившийся к нам из Калифорнии-68.

В Штатах он был признан и тогда, и сейчас, но даю 99 из 100 — этот альбом прошел мимо вас, поэтому кайф гарантирован. Воздух Калифорнии сквозь который пробиваются грубые гудки кораблей, входящих в порт Сан-Франциско пьянящей весной 1968.

Karel Gott

Die goldene Stimme aus Prag

В этом альбоме, увы, нет главной песни Карела Готта. Знаменитая Lady Carneval тоже была записана в 1968 году, но вышла только синглом.

Правда, в Германии, так же как и этот альбом. Причем в Германии Федеративной. Сам Карел Готт, уроженец протектората Моравия, весной участвовал в Евровидении, в Лондоне, где занял только 13 место.

Социалистическая Чехословакия, кстати, не могла в этом конкурсе участвовать, поэтому Готт представлял Австрию.

К 1968 году ему действительно стали слишком тесны рамки социалистической Чехословакии и Праги. Годом раньше Карел выступал в Каннах на MIDEM, где замеряли громкость аплодисментов после концерта и по этому судили о популярности исполнителя. Готт набрал 54 балла, а Том Джонс — 58.

Собственно континентальной версией Тома Джонса его и видело руководство гиганта грамзаписи Polydor, подписывая контракт с Готтом. Этот альбом был выпущен первым. Всего их за полвека вышло больше 100, контракт потом превратился в пожизненный! Карел Готт самый популярный немецкоязычный певец в мире. Наверное, до сих пор.

Послушав этот диск, становится ясно — почему. Баритон Карела делает очаровательными даже немецкие версии англоязычных хитов. Одна из лучших версий Ghostriders in the Sky и Čas růží (Delilah — как без нее!) звучит богаче, чем у Тома Джонса. Все-таки Карела Готта учил опере Константин Каренин — русский педагог и ученик Шаляпина.

А где же Карел Готт встретил советское вторжение? В 1968 году певец из социалистической Чехословакии шесть месяцев (!) выступал в Лас-Вегасе, в казино New Frontier. Такой вот социализм с человеческим лицом.

Joni Mitchell

Song to a Seagull

Один из важнейших дебютов года. Здесь совсем еще несмелая, но уже изысканно-сложная Джони впервые предстает перед публикой.

Волшебный хиппи-фолк и прекрасная работа продюсера — Девид Кросби из Byrds и Crosby Stills Nash, который уговорил фирму грамзаписи сделать диск без роковых, оркестровых и вообще каких-либо вставок и добавок. Только голос и гитара Джони. В одной песне на басу играет Стивен Стиллз.

Для 68 года такая простота уже не была революционной — фолк в этот год встал на волну, но в случае с Джони Митчелл это простое сочетание давало совершенно удивительный эффект — слушателя захватывало волшебство и очарование внешне простой песни, журчащей как ручей. Звучит банально, но вечно. На этом альбоме — в первый раз.

Для тех, кто не слишком меломан — за полвека Джони стала одной из самых почитаемых женщин в американской музыке. Настоящей богиней. Не только фолка, но и джаза. Уже в 1969 году она открывала фестиваль в Вудстоке специально написанной песней. Дальше только больше.

Поэтому альбом «Песня для чайки» — трогательная и немного наивная увертюра к мощнейшей музыкальной истории, которая после этого альбома, вам, надеюсь, станет интересна.

Michel Polnareff

Bal de Laze (Volume 2)

Французская «новая волна» прошлась не только по кино. В популярной музыке на авансцену вышло сразу несколько новых звезд. Почему-то многие из них имели связь с Россией. У Мишеля папа был русским эмигрантом и композитором. Лев Польнарефф писал для Эдит Пиаф и других звезд поменьше.

С такой наследственностью Мишелю ничего не оставалось, как выйти с гитарой на рынок Монмартра и начать петь собственные песни. В 1966 году, смешивая бит и шансон, он стал знаменит с игривыми и не слишком французскими по стилю песенками.

И вот в 1968 году выходит его второй альбом. Польнарефф выпускает диск с песнями, которые одинаково похожи и на модную английскую поп-музыку и на традиционную французскую. Папа-то был русский, а вот мама — бретонка, то есть и англичанка, и француженка сразу.

Главный хит — Bal de Laze по тем временам очень мрачная песня — простой парень полюбил англичанку-аристократку Джейн Лейз. У нее, конечно, есть богатый жених, которого простолюдин убивает. Сидя в камере, ожидая повешения, говорит, жаль, что следующего жениха удавить не смогу… Эротомания и жестокость песни вызвали смешанную реакцию во Франции. Песню разрешали транслировать по радио только ночью.

И это при том, что Мишелю не дали толком развернуться — он планировал записать для песни орган в парижском соборе Святого Евстафия, а потом, когда по техническим причинам запись в соборе оказалась невозможной, хотел сжечь пять тысяч свечей в студии, прежде, чем начать запись. Свечи жгли, но поменьше. А в мае 1968 на улицах Парижа студенты пели задорную L’ame Caline из этого же альбома.

Tom Zé

Grande Liquidação

Секретная звезда тропикалии. Том Зэ родился и вырос в сертане -«пустоши»- внутреннем районе Бразилии, который считается здесь глубочайшей провинцией. Сам Том говорил, что в его родных местах жили в догутенберговском мире — не было ни книг ни газет, информация передавалась устно.

Из такой глуши Том Зэ переехал сначала в Сальвадор, а пото в Сан-Паулу и начал писать музыку, в которой было столкновение наивного жителя внутренних провинций с жизнью мегаполиса.

Причем простаком-деревенщиной Том Зэ не был. С 1963 года он учился в музыкальном колледже Байи вполне традиционной композиции. Том активно сотрудничал с конкретными поэтами-авангардистами, использовал в записи всякие странные инструменты, типа печатной машинки, и воплощал в движении тропикалии идеи дадаизма.

Сам он смело смешивал любые музыкальные стили, создавая невероятную экзотику.
Дебютный альбом Тома Зэ — настоящий бриллиант. Почти потерянный в пыли, кстати. Только стараниями Дэвида Бирна, уже в 80-х, про него вспомнили и Том вернулся на большую сцену, а «Тотальная ликвидация» — на достойное ее место.

In С

Terry Riley

Не знаю, существуют ли в мире люди способные слушать «In С» для удовольствия. Конечно, принято писать о гипнотическом и магнетизирующем воздействии этого произведения, но это bon ton современной культуры.

Произведение Терри Райли «В «до» оказало огромное влияние на развитие всей современной музыки, популярной и академической, джаза, электроники, но слушать это повторяющееся монотонное воспроизведение почти одной и той же фразы большой группой музыкантов — удовольствие слабое. Минут на пять хватает даже закаленных фанов техно.

Для исполнения произведения каждый музыкант мог играть последовательность музыкальных фраз сам, без дирижера, музыкантов могло быть сколь угодно много, и так как играли они все, в соответствии с названием «в до», то получался в итоге не хаос, а вполне слушаемое музыкальное произведение. Хотя, при каждом новом исполнении — новое и другое, но похожее. Репетитивная музыка.

Вечный повтор, такой же, «почти», но другой. Это даже не надо слушать — сама по себе идея произведения Райли так хорошо и емко описывает нашу культурную реальность, что его первая запись и выпуск именно в 1968 году, сегодня выглядит вполне зловеще.

Blue Cheer

Vincebus Eruptum

Группа назвалась по модному тогда виду ЛСД, который музыкантам поставлял один из известнейших подпольных химиков Сан-Франциско. Многие психоделики, как известно, искажают восприятие звука и его громкости. Поэтому можно прибавлять звук бесконечно.

Blue Cheer первые догадались, что громкость звука и тяжесть, ради тяжести — это одна из главных глубинных идей рок-музыки. Тяжелый мощный ритм + максимальные искажения, эффекты, фидбэки = звуковой хаос. Удивительно, что с громовой версией Summertime Blues они даже смогли попасть в топ-20 Billboard.

Да что там, Топ-20! Группа, состоявшая из отъявленных хулиганов, друживших с «ангелами ада», не сильно замороченная на мастерстве и каких-то особых идеях, кроме той, что хиппи уже задрали, а играть надо как можно громче и отвязней. Лучший концепт для рока!

Из этого альбома и другого шумного наследия Blue Cheer выросла целая армия харда и хэви-метал, а потом, через поколение после хэви, появился еще и огромный стиль стоунер. Из альбома группы, которую крыло так сильно, что все оглохли.

И альбом с наглым названием «Триумф победителей», нет, совсем не лучше блюз-роковых и тяжелых шедевров Cream и Jimi Hendrix Experience. Но его музыкальный стиль и язык понятней и доступней. Он доходит быстрее в 16 лет. Поэтому трижды подумайте, прежде чем ставить Vincebus Eruptum своим детям.

Incredible String Band

The Hangman’s Beautiful Daughter

Если вы хотите получить настоящую и незамызганную звуковую открытку из хиппового 68 года — послушайте Witches Hat на этом альбоме. Так красиво и подлинно, что даже не верится сейчас.

Один из самых главных альбомов 1968 года. И это было понятно уже тогда. Джимми Пейдж называл его как один из ориентиров звучания для первых записей Led Zeppelin. Да и вся волна хипстерского фрик-фолка, сейчас уже схлынувшая, когда-то была вдохновлена этим альбомом.

Он самый настоящий фолковый посконнно-английский, но! — с использованием самых необычных инструментов со всего света. Эксцентричные музыканты, они просто пробовали первые попавшие им в руки экзотические вещицы — а получилось так, что создали самый контрастный и солнечный отпечаток настроения 1968 года. Когда еще хипповая революция продолжала бурлить в Калифорнии, соревнуясь со свингующим Лондоном в создании новых музыкальных стилей.

Этот альбом, кстати, так же как и дебют Tomorrow и Fairport Convention продюсировал Джо Бойд — человек, создавший феномен фолка. Думаете, много он заработал на этом альбоме и гениальных Incredible String Band? Увы. Альбом — единственный, попавший в американские хит-парады. Аж на 161 место! В Англии, правда, пятое, но с английскими налогами, как раз хватало, чтоб расплатиться со студией и персоналом. Так и делалась вечная классика в 1968 году.

Dalida ‎

Le Temps Des Fleurs

Одной из главных песен 1968 года стала «Дорогой длинною». Молодой Пол Маккартни искал песню для своего первого продюсерского проекта — певицы Мэри Хопкин. И нашел! В одном из лондонских баров он услышал, как английскую версию «Дороги» поет архитектор и писатель Раскин.

Он был выходцем из России, песню перевел, чтобы петь с женой на любительских фолк-вечерах в Гринвич-вилледж… Песня с новым английским текстом в их исполнении вышла в 1962 году и не имела успеха. Но Маккартни сразу понял, как ему повезло. «Those Were the Days» вышла, как первый сингл Мэри Хопкин, и взорвала мир! Первые позиции в хит-парадах Англии, США и Германии!

А при чем тут Далида? Ее альбом 1968 года — как раз построен вокруг французской версии все той же песни. Это, конечно, уникальная черта эпохи — «Дорогой длинною» в это время пели многие звезды, никого не смущало, что в репертуаре одна и та же песня. Альбом Далиды гораздо интереснее и чувственней, чем дебют Мэри Хопкин. Главный хит подперт роскошными песнями с такими густыми аранжировками и такой страстью в голосе Далиды, что можно увязнуть навсегда.

Анна Герман

Поет Анна Герман

Самый теплый и ламповый Советский Союз. При этом не набивший оскомину многочисленными перепевками. Да еще и с песнями зарубежных друзей. Достаточно послушать шуточную песню «По грибы» — странно, почему ее до сих пор нет в семплах.

Или первый хит Герман — «Танцующие Эвридики». И сразу — давно исчезнувший мир Варшавского Договора и стран социалистического содружества возвращается. Но очень светло, и не по-советски уютно.

«Где-то в центре Москвы не заснул человек…» В этом и было очарование Анны Герман. На этой пластинке, которая была дебютным альбомом в СССР, еще нет звездности, нет великих хитов. Даже знаменитая «Не спеши», к 1968 году была перепета многократно.

Но только здесь есть дебютная простота и даже наивность «молодой польской певицы, недавно закончившей геологический факультет» — так было написано на обложке диска. Здесь еще нет трагизма, который будет так заметен в ее творчестве в 70-х.

Альбом имел оглушительный успех. Были выпущены десятки тиражей и миллионы дисков, но самой Анне Герман было не до этого. В 1968 она вообще не могла выступать и ее карьера почти оборвалась.

Во время гастролей в Италии Герман попала в аварию, 27 августа 1967 года. Ночью, на высокой скорости автомобиль врезался в бетонное ограждение — водитель заснул за рулём. Герман выбросило через лобовое стекло в заросли, где она была найдена не сразу. Приехавшая к утру скорая поначалу забрала только тех, кто был в машине.

Герман получила 49 переломов (в т. ч. и позвоночника). После аварии неделю не приходила в сознание. Полгода она неподвижно лежала на больничной койке в гипсе. Несколько месяцев она училась дышать, сидеть, ходить, восстанавливать память.
Но она вернулась.

Deep Purple

Shades of Deep Purple

Дебют горячо любимых в России перплов мало похож на их знаменитые хард-роковые шедевры. Ничего особо тяжелого тут нет. Скорее, смесь наивного прогрессива и психоделии, с элементами блюза, кучей влияний и всего четыре собственные композиции на альбоме.

Главная песня альбома — выстрелившая неожиданно в США кавер-версия «Hush», поднявшаяся, к удивлению группы, аж до 4 места.

И целых три альбома формировалась группа, которая потом при смене состава исчезнет навсегда. Вместо Эванса и Симпера придут Гиллан и Гловер и будет эталонный хард-рок, «смок он зэ воте» и всемирная слава. И на этой пластинке, в далеком 68-м, в органных переливах One More Rainy Day и Prelude: Happiness уже слышатся раскаты будущего грома.

А вот Ричи здесь еще очень немного и звучит он совсем еще не по-блэкморовски. В жестком лязге Mandrake Root можно поймать будущие хардовые запилы, да и на концертах, уже тогда в этой вещи солировали по 15 минут каждый, но альбом так и останется первой страницей в истории группы, которой не случилось.

Velvet Underground

White Light/White Heat

Если вы любите White Light/White Heat, значит, вы действительно любите Velvet Underground. Так сказал Стерлинг Моррисон — гитарист группы. Это непросто — полюбить второй «Вельвет»!

Он еще менее слушабельный, чем первый, никаких песен с расчетом «на Нико» тут и в помине нет. Зато есть восьмиминутная занудная композиция The Gift и 17 минут звукового хаоса Sister Ray.

Странно, что это вообще кто-то согласился выпустить на диске. Музыканты старались сделать пластинку максимально антикрасивой и атакующей слух. А еще у Velvet появились усилители и колонки Vox невероятной мощности. Вообще в 68 году новая аппаратура появлялась постоянно, и, конечно, оказывала огромное влияние на звучание групп.

В 1969 году эти колонки у вельветов украли, авангардист Джон Кейл ушел из группы, в результате — в следующем году группа записала тихий акустический шедевр.

Но и второй альбом очень важен для развития музыки. Это была бескомпромиссная атака на вкусы и рамки поп-культуры. Даже Уорхол и Нико были для Velvet Underground недостаточно радикальны и экстремальны.

И вот теперь избавившись от необходимости изображать поп-арт, они развернулись во всей красе. Группа, записав такой альбом совершала коммерческое самоубийство.

Но! Это же волшебный 1968! И White Light/White Heat попадает в хит-парад Billboard. На 199 место, но все-таки попадает!

Velvet Underground нагло записали бескомпромиссный альбом, который ломал представление о рок-музыке и музыке вообще. И если дебютный альбом группы вознесен до небес, то «Белый свет», скорее относят к разряду авангардных казусов. Но его влияние на музыку, его разрушительная работа продолжаются по сей день. Искушение хаосом вечно.

Kinks

The Village Green Preservation Society

Прекрасная история о том, что худа без добра не бывает.

Kinks еще в 1964 году запретили играть в США и поэтому группе пришлось ориентироваться на британский рынок. Рынок в Англии, да и в остальной Европе несравнимо меньше,чем в США. Налоги высокие. Поэтому, чтоб зарабатывать нормальных денег, Рэю Дэвису — основному композитору группы приходилось клепать хиты.

И он их клепал — великие и бессмертные — Sunday Afternoon и Waterloo Sunsets и много еще других. К 1968 он настолько вымотался, что захотел записать что-то совершенно иное.
Village Green появился почти как сольный проект Рэя и мало похож на тот звук Kinks к которому все привыкли в 60-е годы.

Альбом принципиально не содержит ни одного хита — и похоже, что Дэвис сделал это специально, прекрасно зная из чего лепятся хиты, он старательно избегал в песнях убойных ингредиентов.

Никаких гитарных риффов! Зато много старомодных сюжетов, аранжировок и звуков. Саркастические и в то же время исполненные гордости тексты. Старая добрая Англия, наверное, в самом слушабельном и элегическом варианте.

Альбом провалился в 1968 году с треском. Архаическое, антикварное звучание совсем не вписывалось в революционный грохочущий контекст. Критики тоже не пришли в восторг, и пластинка оказалась самой неудачной в карьере группы.

Но постепенно скромное очарование Village Green взяло свое. И сейчас понятно, что это один из лучших альбомов английской рок-музыки, и один из самых британских за всю историю. На продажах, правда, это понимание сказывалось мало. Сегодня Village Green может претендовать на самый долгий путь к золотому альбому. Для этого понадобилось полвека.

Только осенью 2018 альбом «The Kinks Are the Village Green Preservation Society» получил статус золотого в Британии. В знак того, что продажи пластинки составляют отметку в 100 тысяч копий Рэю Дэвису вручили золотой диск. В интервью ITV музыкант заявил, что альбом был задуман как «ода мелочам жизни», и сообщил, что в данный момент работает над сценическим шоу по мотивам пластинки.

Mothers of Invention

We’re Only in It for the Money

Фрэнк Заппа и его банда сделали пародию на «Сержанта Пеппера», которая в итоге оказалась почти такой же важной и влиятельной, как источник вдохновения. Заппа считал битлов неискренними, и все их творчество — фальшивым. «Мы участвуем в этом только ради денег!» — прекрасный лозунг для года, который до сих пор считается символом идеализма.

Фрэнк Заппа жестоко стебал хиппи, которых не любил из-за высокого самомнения и глупости, доставалось от него и правым-левым ультра, которые тогда были в моде. Что касается мнения о его собственной группе, то один из менеджеров в Нью-Йорке презрительно назвал Velvet Underground «такая же дерьмовая группа, как и у Заппы».

Музыкально альбом представляет из себя часть большого психоделически-авангардного полотна, которое Заппа и его Матери Изобретения создавали в 1967-68 годах . Это музыка, вошедшая в 4 альбома Заппы этого периода. Музыки было записано намного больше и Фрэнк утверждал, что если бы ему пришлось сесть за пульт с этими записями снова, он смог бы сделать четыре совершенно других альбома, не хуже. Впрочем, Заппу даже сейчас многие считают всего лишь великим пройдохой. Или гением.

Особо знаменитой стала обложка альбома, напрямую пародирующая битловский «Сержант». На постановочную фотографию Заппа потратил больше 4 тысяч — на нынешние деньги — примерно 28 000 $!

При этом на фотографии стоит живой Хендрикс — Фрэнк дружил с ним, и Джими с удовольствием позировал даром.

А вот с Маккартни договорится не удалось — Заппа честно позвонил ему, чтобы попросить разрешение использовать идею битловской обложки. По легенде Пол послал его к менеджерам. Фрэнк ответил, что есть вопросы, которые должны решать творческие люди между собой, без менеджеров. Пол повесил трубку, но это, конечно, легенда. Прекрасно оправдывающая гениальность названия.

Nina Simone

Nuff Said

Не самый известный альбом Нины. Но символичный для эпохи. В 1968 году фирмы грамзаписи гнались за естественностью звучания. Всем хотелось поймать концертную атмосферу. Этот альбом можно считать удачным примером, хотя, тоже «липовым» — часть вещей записаны в студии.

Сам концерт в Вэстбери Мюзик Фэйр прошел через три дня после убийства Мартина Лютера Кинга. Это событие потрясло всю Америку, но особенно — черную Америку, которая связывала с доктором Кингом огромные надежды. И вот — надежды убиты.

И, как бывает в жизни, именно этот альбом содержит запись, которая дала Нине Симон новую аудиторию, новый виток популярности, новые силы. В итоге — новую творческую жизнь. Это «Ain’t Got No — I Got Life» — попурри из двух композиций первой рок- оперы Hair, которая в 1968 году гремела. В исполнении Нины Симон песня стала хитом и заняла второе место в Англии, а в Голландии — первое. Нину Симон стала слушать более молодая и более белая аудитория, которая мало интересовалась джазом, но зато прониклась чувственностью и красотой ее вокальной манеры. Смерть дает жизнь — nuff said!

Julien Clerc

Premier Album

А вот этот альбом вполне может претендовать на звуковую дорожку к событиям 68 года в Париже. Главный хит Жюльена — Cavalerie вышел 9 мая и лучше всего озвучил восстание студентов.

Правда, отношение певца к мотоциклистам, проезжающим сквозь французские деревеньки из Калифорнии в Париж, отнюдь не восторженное. Хиппи и рокеры Франции не помогут. Жюльен Клерк мечтает присоединится к кавалерии, которая появится как в «фильме героическом, когда момент критический».

Да, для французов восстание против властей — это форма уважения к памяти предков и основа французской культуры. Только народ решает. И кавалерия действительно одна из самых пронзительных французских песен.

Но и остальной альбом очень хорош. Здесь тоже есть немного «странного русского» — песня Ivanovich, где Жюльен поет с ударением на последний слог, но песня про эмигранта, стареющего в Париже, вдали от «варварских церквей Санкт-Петербурга», тоже стала хитом в 1968 году!

Очень честная и открытая пластинка, под стать эпохе. И певец, о котором вы вряд ли знаете. Жюльен Клерк удачно дебютировал — его песни сразу же зазвучали на баррикадах.

Nancy Sinatra and Lee Hazlewood

Nancy and Lee

Нэнси Синатра и Ли Хэзлвуд — самая лучшая в мире пара «ковбой и его девушка». И для обоих — этот альбом — главная вершина, пик карьеры. При том, что и Ли, и Нэнси творили долго и много, этот небрежный внешне альбом — не просто шедевр.

Лучшие лирические дуэты, где у него — голос с «песочком», а то и с гравием, а у нее — какой-то невнятный, еле слышный лепет. Особенно если сравнить с папой. Но тут Нэнси доказала, что она папина дочка и петь-играть может на чувствах, даже со своим слабым голосом.

Ли Хэзлвуд ухитрился всё своё ковбойство втиснуть в очень попсовое, но в меру психоделическое звучание, что, конечно, сильно меняло восприятие.

Нельзя забывать и про аранжировщика Билла Стрейнджа, который делал звук не только для поп-песен Нэнси, но и для Ventures и Beach Boys, а здесь показал, что и с кантри справится.

По уровню неги и мрачноватого любовного томления мало что сравнится с такими песнями, как Summer Wine и Some Velvet Morning. Все лучшие вещи на этом альбоме написаны Ли Хэзлвудом, но «для надежности» альбом усилили проверенными хитами.

В каком-то смысле, это сработало, и в 1968 году самой популярной песней с альбома была кавер-версия кантри Jackson. А с другой стороны — альбом, который весь состоит из таких песен, как Lady Bird — это уже too much!

Zombies

Odessey and Oracle

Еще одна весточка из психоделического свингующего Лондона, которая затерялась в пути, но теперь может порадовать приятной, никогда не слышанной музыкой из чарующей эпохи. Впрочем, и песни вы отсюда слышали и очарование у эпохи было своеобразным.

По крайней мере, для Zombies. Единственная песня группы, которую точно слышали и знают все — Time Of Season. Она последняя на альбоме и записывали ее тоже последней. Студийного времени на нормальную запись не хватало, клавишник Род Арджент и гитарист Крис Уайт, чтобы получить желаемый звук скинулись собственными деньгами из гонорара, выплаченного студией и ей же заплатили за дополнительное время.

Вокалист Колин Бланстон скидываться не стал, да и вообще петь эту стрёмную песню отказывался. В итоге, сразу после записи «зомби» разошлись, так и не исполнив живьем новый материал, злые друг на друга и потерявшие, как они думали, деньги на никчемную запись.

В песне, которую Колин Бланстон все-таки согласился спеть, самые знаменитые строчки звучат так:
What’s your name?
Who’s your daddy?
Is he rich like me?
Как тебя зовут? Кто твой папа? Так ли он богат, как я?

Иронично. Уже после распада группы, фирма выпустила альбом с легендарной ошибкой «ОдЕссей» на обложке, и… песня Time Of Season стала одним из гимнов хиппового лета 1968 года! Только в Америке было продано 2 миллиона дисков. Надо ли говорить, что музыкантам от этих миллионов досталось ничего. Is he rich like me?

Manny Kellem and His Orchestra

Love Is Blue

В 1968 году многие музыкальные стили находились на пике своего развития и популярности. Большие эстрадные оркестры имели не меньше славы и хитов, чем самые крутые рокеры. Одной из главных «песен года» стала Love Is Blue.

Весь мир знает эту вещь в версии оркестра Поля Мориа. Но его вариант настолько знаменит, что вот вам другая Love Is Blue. И альбом того же названия от совершенно забытого оркестра и хора Манни Келлема.

Здесь можно насладиться филигранными аранжировками, прекрасным хором и оркестром, и очень знакомыми мелодиями, звучащими приятно по-другому. Для эстрадных оркестров эта эпоха была последним большим взлетом.

Возможности звукозаписи, новые инструменты, стили и технические горизонты позволяли грамотным и талантливым дирижерам-руководителям создавать изящнейшие произведения, в которых барокко соседствовало с восточной этникой, роком и вообще чем угодно + все это исполнялось с мощью симфонического оркестра.

Было где развернуться! И этот альбом, совсем забытый, немногим хуже своего «великого» тезки записанного оркестром Поля Мориа. Но…

Уже появились синтезаторы, гитарные примочки, муги всякие и они, конечно, через несколько лет задвинули эту роскошь в самый дальний и пыльный угол эстрадного аккомпанемента. А жаль.

Silver Apples

Silver Apples

Вот еще один дебютный альбом ультра-экспериментальной группы, который повлиял на всё и всех и при этом, был практически не замечен при выходе ни публикой, ни критиками.

«Серебрянные яблоки» были дуэтом — Денни Тейлор играл на ударных, а Симеон Кокс пел и играл на… Симеоне. Так скромно назывался его примитивный, но очень громоздкий синтезатор из звуковых генераторов, сделанных еще во время войны.

Осцилляторы использовались для генерации партии баса и сольных партий, 9 генераторов имели 84 регулятора, несколько вау-педалей и переключателей. Даже клавиатуры не было, но уже в 1968 году Silver Apples записали альбом как бы сейчас сказали «прорывной электроники».

Пульсирующий бит, электронный ритм, атональный звук — все это появилось в поп-музыке впервые именно на этой пластинке.

Тут уж, действительно, без натяжек — эта пластинка оказала огромное влияние на появление и развитие электроники. Краут, прото-панк, синти-вейв, дрон и нойз — в композициях группы Silver Apples можно услышать самые первые ноты, самые первые звуки всех этих музыкальных стилей. Музыка, сыгранная на инструменте, у которого не было даже клавы!

Новый звук высоко оценил Джими Хендрикс. Альбом писался параллельно с Electric Lady land, в соседних студиях, и музыканты часто джемовали вместе — на бутлегах можно услышать, как Хендрикс играет под Симеона.

Но и без выдающейся роли в развитии электроники — это очень хороший и странный альбом американской экспериментальной психоделии. От первого до последнего звука. Просто слово «осциллятор» переводится с латыни, как «качающий». И они качали.

Орэра

Орэра

Третий альбом великой грузинской группы. Странно, что при увлеченности ретро, песни с этой пластинки можно назвать неизвестными сокровищами. Потому что это, на самом деле, великолепная и уникальная музыка, как раз для 1968.

Советская поп-музыка в исполнении «Орэра» — это очень сложная, но красивая жанровая и стилистическая смесь джаза, местами даже бопа, народной грузинской музыки, ду-уап вокальных ансамблей, барокко и много-чего-еще.

Кроме того, большинство песен было двуязычными — тоже нечастое явление — все-таки альбом выходил на всесоюзной студии, группа гремела на всю советскую страну и даже выступала, как представитель СССР в странах капитала.

В 1967 году ансамбль «Орэра» от имени Советского Союза принял участие на выставке ЭКСПО-67 в Канаде, на которой Вахтанг Кикабидзе был признан третьим лучшим барабанщиком мира.

«Орэра» сейчас прочно связано с именем Кикабидзе, хотя он был только солистом группы, да и не самым известным. Нани Брегвадзе неотразима и великолепна в эту эпоху, Вагиз Мустафа-заде великий пианист из Азербайджана играет на этом альбоме.

Но, прежде всего, «Орэра» — это Роберт Бардзимашвили. Он создал ансамбль и вывел его на вершину. Собственно, этот альбом — вершина и есть. Наш, советский ответ, и очень-очень достойный на музыкальный дух эпохи. Который, конечно, летает, где хочет и альбом грузинских музыкантов пронизан им так же, как и калифорнийских.

Simon & Garfunkel

The Graduate [Original Soundtrack]

Шоу-биз, конечно, быстро понял, что рок и поп-музыка — это огромная аудитория совершенно безумных и фанатичных потребителей. И этот саундтрек к нашумевшему фильму «Выпускник» — не только собрание лучших песен Саймона и Гарфанкла, не только большой дебют Дастина Хоффмана, но и продукт могучего союза идеализма и цинизма.

Самый тонкий и хрупкий фолк, лучшие вещи Саймона и Гарфанкла, конечно, очень хорошо выражали дух эпохи и прекрасно озвучивали фильм. Во многом, благодаря песням «Выпускник» стал не просто киноклассикой, но и эссенцией эпохи. Хотя…

«Миссис Робинсон», без которой невозможно представить «Выпускник» звучит в фильме два раза, небольшими отрывками, лейтмотивом ее не назовешь. Не очень подходящие по уровню инструментальные композиции Дейва Грузина, которые лучше промотать, при всем уважении.

Вот он — новый голливудский рецепт опробованный впервые!!!Не надо писать песен специально для фильма, не надо даже сильно стараться «вписать» песню в картинку. Достаточно парочки крепких хитов, которые можно разбавить вообще чем угодно — поклонники купят!

Такая простенькая «переупаковка» до сих пор приносит миллиарды шоу-бизнесу. Ну, а в основании этой конструкции бесстыдной наживы — наивный идеализм. «Слова пророков написаны на стенах метро и в подъездах многоквартирном залов.
И шепотом, в звуке тишины.»

Caetano Veloso

Caetano Veloso

И еще один гимн свободе и революции. Велозо на этом альбоме хотел быть более свободным в творчестве, чем Beatles в Сержанте. Это был манифест «тропикалии» — новой творческой концепции, революционной и людоедской. В культурном смысле. Жильберто Жиль и Каэтано Велозо — лидеры и создатели тропикалии хотели обновить бразильскую культуру с помощью инъекции поп-музыки и психоделического рока.
Само слово «тропикалия» — редкий пример, когда произведение современного искусства дает имя мощному музыкальному направлению. Tropicalia — название иронической инсталляции Элио Ойтичика — бразильского художника-авангардиста. Идея произведения — искусственное соединение природы и новой поп-культуры — пляж и пальмы, втиснутые в пространство музея современного искусства, была созвучна идеям музыкантов.

Велозо записал настоящий шедевр — одну из лучших пластинок в истории всей бразильской музыки. Радостную, эйфорическую и незабываемую. Босса, американская поп-музыка и психоделия сплетаются в орнамент тропикалии, которая звучит лирично и весело. Впрочем, развеселил дебют Каэтано не всех. В 1969 году Велозо за этот альбом и свою творческую деятельность был арестован, а потом выслан из Бразилии. Военная хунта, стоявшая у власти, считала тропикалию музыкой подрывной и бунтарской.

The United States Of America

The United States Of America

Еще одна фантастическая бомба из прошлого. Песня любви для мертвого Че. При этом никакой спекуляции — самый чистый образец американской психоделии. Парадоксальный по происхождению и смыслу.

Лидер группы Джозеф Берд был самым настоящим композитором-авангардистом, да еще и специалистом по корневой американской музыке. И уже в 1963 году по заказу журнала Time записывал музыку Гражданской войны, параллельно будучи членом Fluxus — международной художественной группы, в которую входили Джон Кейдж, Ля Монте Янг и Йоко Оно.

Но Йоко группы только разваливает, поэтому Джозеф начал работать с певицей и автором стихов Дороти Московиц. Отношения быстро стали близкими. Дороти тоже больше интересовалась современным искусством, чем рок-н-роллом, поэтому музыку они видели только частью хепеннингов.

Но вскоре стало понятно, что публика ходит чтобы послушать необычной музыки. Пришлось собирать группу. В основном, из других таких же музыкантов-авангардистов.

Для завершения картины — Джозеф Берд был членом американской компартии! Активно занимался расширением сознания всяческими способами. И был одним из первых, кто начал использовать в своем творчестве синтезаторы и шумы.

Музыканты понятия не имели, что значит играть в рок-группе и были гораздо опытней в современной академической музыке. Название было выбрано, одновременно, пафосное и обличительное.

И вся эта алхимия сработала. После первого же концерта группу подписывает компания Columbia. И появляется шедевр!

Наивный, местами даже с налетом надуманности, он все равно безумен и прекрасен, как документ эпохи, когда крупнейшие американские компании записывали «Песню любви для мертвого Че».

Это единственный альбом группы, но его хватило с лихвой всем последующим поколениям. Например, из него выросли все монотонные группы с анемичным девичьим вокалом — Stereolab, Broadcast и т.д.. При этом Дороти Московиц до недавних пор, как обычный преподаватель, учила петь детей в одной из музыкальных школ Калифорнии.

George Benson

Shape of Things to Come

Если в рок-музыке 1968 году шла настоящая битва Великих за звание лучшего гитариста, то в джазе все было проще и даже скучней. Король умер — да здравствует король! Скончался Уэс Монтгомери и на трон был сразу же возведен Джордж Бенсон.
Крид Тэйлор — глава лейбла A&M — высоко оценивал талант молодого короля, но решил, что его лучше сыграет свита. Поэтому для записи альбома были приглашены знаменитый аранжировщик Дон Себески, делавший звук Уэсу Монтгомери, великий оператор Руди Ван Гельдер и парочка звезд нового джаза — Херби Хэнкок и Рон Картер — оба из квинтета Майлза Дэвиса, который тогда был для джаза больше Бога.
Молодой король — Джордж Бенсону было 24 года во время записи — все время пытается вырваться из-под слишком плотной, нежной опеки и заявить свое «я».

Впрочем, короли, как вы знаете, говорят о себе во множественном числе — «мы». Из состязания талантов получился вечный шедевр. Не революционный, но эталонный альбом джазовой гитары. Энергичный, лаконичный и еще совсем не испорченный приторностью.

Хотя материал здесь подобран с явным прицелом — композиция, давшая название альбому, взята из саундтрека подросткового фильма. Из тинейджерского рока Бенсон делает упругий психоделичный джаз. Радикально переделывается знаменитая «Чаттануга Чучу», переигрываются песни Monkees и Ареты Фрэнклин — выбор материала довольно необычный, но Джорджу и его свите удается делать бриллианты из всего, и сразу доказать миру, что «здравствует король».

Hair

Broadway Cast

Главный мюзикл эпохи и символ, уровня Вудстока. В отличии от фестиваля, прогоревшего, несмотря на 300 000 гостей, «Волосы» — это еще один из самых коммерчески успешных продуктов эпохи.

Пластинка занимала первое место в Биллборде 11 недель. Три песни с нее стали хитами. А сколько раз их перепевали потом! Да, почти сразу! Нина Симон и Fifth Dimension записали собственные версии и они тоже стали хитами уже в 1968.

Рок-мюзикл был намеренно провокационным и по форме, и по содержанию. Но это была тщательно рассчитанная «провокация». Композитор Гэлт МакДермот был вполне взрослым специалистом по африканской музыке, именно композитором по образованию и большим умельцем смешивать и скрещивать стили. Еще в 1961 году он получил «Грэмми за композицию «Африканский вальс», исполненную Нэтом Эддерли.

В «Волосах» немного рока, но много удачных поп-мелодий и хорошо схвачен дух эпохи. Авторам либретто было по 23 года и они писали, не от имени поколения, а от себя. Гашиш, содомия, психоделики, свободная любовь, равенство рас — для среднего класса Америки все это было очень интересно и желанно. А тут еще и великолепно упаковано. Кислотная обложка, голые артисты, запретные темы — только на Бродвее «Волосы» прошли 1750 раз. В театре Стаса Намина идут по сей день.

Авторы, кстати, так больше ничего выдающегося и не создали, но успеха Hair им хватило до конца жизни. Такой вот удачный мюзикл. Про свободную любовь и жизнь без денег.

Aviasales

  • 3
    Поделились

Оставьте комментарий