Наследие: ,

«Лучшее время в жизни?.. Смотреть, как восходит солнце»

14 июня 2016

16-1_Фоменко_Николай Муханов

Основателю телекомпании «СКаТ», участнику Великой Отечественной войны, почетному гражданину Самары Николаю Пантелеевичу Фоменко исполнилось 90 лет.

Порой ночью вместо сна приходят мысли, «осколки» прошлого покалывают память… И он смотрит из окна на Волгу. И на звезды. На темном холсте ночи не отличишь огоньки на реке от тех, что на небе. Он обязательно поищет любимую Венеру. Откроет ноутбук и будет что-то писать в своем дневнике. Так вместе с Волгой и встретит утро. А в 6:30 – подъем, зарядка, душ. Изо дня в день, из года в год. Несмотря на настроение, нездоровье, невзгоды. «А зачем вы так рано встаете, если полночи не спалось?» – не удерживаюсь я, прокручивая в голове, кто бы еще из друзей-знакомых, на полвека младше Николая Пантелеевича, просто так вставал бы ни свет ни заря, да сразу – бр-р-р – под холодную воду. На ум приходит естественное предположение: неужели так живуча армейская привычка?

Он же – о другом: «Летом на даче на рассвете птицы в тишине поют – стараются, травой пахнет, как в детстве. Как же можно спать, когда кругом такая красота?! Втянулся! Жалко стало и зимой тратить впустую утренние часы. Для себя сделал открытие: лучшее время, когда видишь, как солнце восходит, играет светом по листьям, траве, ласкает живую землю».

Человек-эпоха, патриарх самарского телевидения. А есть в человеке те простота и искренность, доверительность, с которыми он сам говорит о себе. О своей жизни и временах, что пережил, гордости за созданное, о любимых людях и потерях, радости от восхода солнца. Или от заката: «Я на коленях у мамы. Солнышко на закате, большое, яркое, но уже не жаркое. Теплая благодать охватывает все тело и душу, и ты, еще бессознательно, чувствуешь себя частью этого вечера, этой природы, этой благодати».

Тихая родина Коли Стратона

«Вот пишу свою родословную и все сомневаюсь: а нужны ли мои старания? Кому? Зачем?» – тихо и застенчиво признавался «упрямый хохол» (как за настойчивость называл его начальник управления связи  Борис Скворцов) Фоменко пять лет назад.

За это время книга «Былое. От Тихой Сосны до берега Волги» была дважды издана. Сомнения побеждены? А что осталось? И светлая печаль, и щемящее чувство.

Все его дороги (раньше – отпускные маршруты, теперь – тропинки памяти) ведут в небольшой городок Острогожск Воронежской области, где течет Тихая Сосна. И где на окраинной Лушниковке рос белобрысый мальчишка Коля Стратон (так он звался по-уличному, в честь прадеда Стратона Николаевича, из рода казаков, основавших город).

Тихая книжная исповедь Николая Пантелеевича – как его Тихая Сосна: спокойная, чистая, незамутненная пафосом «я и время». Главка «Телега без лошади» – о том, как впервые в жизни увидел автомобиль, просто потрясший умы лушниковских мальчишек. «Радио» – о символической встрече 11-летнего Коли Стратона с будущей профессией связиста: «К нам в дом зашли солдаты, принесли с собой деревянный ящик. И вдруг заговорили и, главное, не друг с другом, а с кем-то, кого в комнате не было: «Фиалка, Фиалка, я Жасмин, отвечайте». И все повторяют эту загадочную фразу. Я аж затаил дыхание от неизвестности. И вдруг хриплый голос, плохо разборчивый: «Жасмин, Жасмин, я Фиалка, слышу вас, слышу вас». У меня как будто голова закружилась: в сказке я или наяву слышу голос ниоткуда».

А еще из детства «Кирпичные сараи отца», «Голод 1933-го»… Небогатого, голодного, с раскулачиванием отца, горькими слезами матери, которой на базаре вместо хлеба продали лепешку из конского навоза, обвалянного в муке.

Пишет Фоменко просто и непредвзято, так, что порой перечитываешь страницу не один раз. Именно так – про войну. Про оккупацию Острогожска. Когда глаза в глаза в пшеничном поле 16-летние мальчишки и солдаты вермахта: «Смотрю, прямо перед нами два немецких солдата, на головах каски, автоматы направлены на нас. Молодые ребята, лица загорелые, нормальные, не зверские. Один кричит: «Штее ауф! Хенде Хох!» Понимая, что наступил конец, стали медленно подниматься». Щуплых подростков трогать, однако, не стали: «Цу хаузе!» Но до дома было еще далеко: «На повороте от вокзала – патруль, три немца с автоматами. Вперед не пускают. Павлик не выдержал, крикнул: «Фашисты, мы домой!» В одно мгновенье немец прикладом ружья поддал ему под зад. Павлик согнулся от боли, застонал. Поняли, что перед нами враги».

Так начиналась оккупация. А дальше – про то, что и «под немцами» детство не кончилось. Только оказалось разбитым на множество осколков, как оконные стекла, что разлетелись, когда дом Фоменко на улице Октябрьской, 13, задела немецкая бомба.

Не прошедшее время

«Под Мулином меня ранило осколком японской мины в руку, второй раз под Харбином подорвались на мине, которую подложили хунхузы. Лежал в госпитале». Маленькой победоносной войне СССР с Японией в 1945 году отведено всего-то несколько строк в большой истории Второй мировой. В книге рядового Фоменко у нее лицо почти мальчишки с восьмиклассным образованием и пометкой «находился в оккупации» в личном деле.

Сержантские погоны он снял только в октябре 1950 года (служил с ноября 1943-го). В 24 года. И пошел, точнее метнулся, опаздывая, в 9 класс вечерней школы в своем Острогожске. Желание учиться затмило боязнь насмешек: «Ну и детина за парту сел!» Поддерживали родители Пантелей Николаевич и Ксения Ивановна, старшая сестра Муся.

Дальше – штурм Одессы. Одесский электротехнический институт связи был успешно взят. Мечта стать инженером-связистом, казалось, поглотила его целиком и полностью. Так он сам считал. Ан нет! Оказалось, есть чувство, которое логарифмической линейкой не измеришь. 7 ноября 1955 года на студенческой вечеринке Николай Фоменко пригласил на вальс однокурсницу Марию Рощупкину: «Ее бесхитростное, теплое внимание и выбило меня из колеи. Ко мне еще никто так наивно, по-доброму, кроме, конечно, матери, не относился. Как поется в песне, «словно ветром тронуло струну».

Первый вальс со своей Марусей Николай Пантелеевич описывал спустя 55 лет. Все это время Мария Петровна была рядом. Но часы семейной жизни Фоменко остановились в мае 2011 года. Остановилась тогда и работа над книгой воспоминаний, в которой Маруся была первой помощницей. Книга помогла и пережить потерю. Писал отдельную главу о жене, ее суровом военном детстве, об общих радостях: «Мы были по отношению друг к другу как единое целое. С Марусей ушла в Лету половинка этого целого. Моя! Марусина осталась со мною».

Человек и телевизор

«12 октября 1957 года. Где-то в середине дня мне на улицу Победы, 10, позвонил Иван Михайлович Потемкин, главный инженер строительства телецентра, возбужденно кричит в трубку: «Николай, мы с москвичами включили передатчик, выходим в эфир! Скорее включай телевизор, смотри, что там у вас. Жду!» Подключаю к одному – помнится, что это был «Луч», – наружную антенну и, о радость, вижу таблицу, первую телевизионную испытательную таблицу Куйбышевского телецентра. Кричу: «Иван, вижу твою таблицу!»

Так в Куйбышеве начиналась эра ТВ. А Николай Пантелеевич Фоменко, молодой инженер-связист, стал первым телезрителем города! 33 года работы связаны с развитием телевидения в нашей области. Как заместитель начальника управления связи Фоменко добился, вопреки мнению московских авторитетов, строительства не дешевых маломощных передатчиков, а более дорогих, но мощных – в Жигулевске, Сызрани, Сергиевске, Большой Глушице. Он сделал максимум возможного по тем временам: две цветные программы ТВ с хорошим качеством стали приниматься почти во всей области.

В 1990 году Фоменко создает телекомпанию «СКаТ». Первую в России независимую региональную телекомпанию. «СКаТ» 90-х – это боевая программа СТВ, а до того, по телевизионным меркам, в немыслимую рань, выходила программа-прорыв «Вместо утреннего кофе». В народе – любимые, для разного уровня начальников – головная боль.

Впрочем, если тысячи самарских зрителей напишут хотя бы по паре строк о том, что значили его программы в их жизни, – получится этакое эпическое полотно, и не парадный портрет телекомпании, а именно такой, как задумывал ее основатель и первый руководитель Николай Пантелеевич Фоменко. Живой, с человеческим лицом и личностным началом. Сейчас всякую новинку принято называть проектом. Для Фоменко «СКаТ» был не проектом и не продуктом, не игрушкой, не средством пропаганды. Фоменко просто его любил. Без всяких сравнений и аналогий.

***

Сегодня ему, кажется, нет нужды спешить. Что тогда остается, если не нужно догонять время, бояться потерять его, опоздать? Надо каждый день вставать на рассвете, чтобы увидеть солнце. Или хотя бы свет его сквозь тучи. И твой мир станет светлее. И добрее, убежден мудрый Фоменко. Я ему верю.

Нина Алпатова

Фото Николая Муханова

Опубликовано в издании «Свежая газета. Культура», № 11 (99) за 2016 год

 

Aviasales

  • 17
    Shares

Оставьте комментарий