Мнения: , ,

Мы осиротели: в Самарской области не осталось ни одного вуза искусств

27 сентября 2016

tolyattinskaya-konservatoriya

Беседа Дмитрия Дятлова и Виктора Долонько.

 

Виктор Долонько: Тольяттинской консерватории в том виде, в каком она была, больше нет – это факт. То есть единственной – первой и пока последней – муниципальной консерватории в российском городе, не являющемся центром субъекта федерации, в лицензии на высшее образование отказано. Нет больше уникальной – непрерывного цикла в три ступени (школа, колледж, вуз) – образовательной институции.

Конечно, раздражает позиция городских властей Тольятти, которым, похоже, не нужно ничего, что связано с художественной культурой, но, с другой стороны, коллеги так радуются: «Прасолова закрыли», что это заставляет меня вспомнить высказывание Сергея Довлатова: «Мы без конца ругаем товарища Сталина, и, разумеется, за дело. И все же я хочу спросить: кто написал четыре миллиона доносов?»

Всё. Приехали. Что делать, как вопрошал «классик»? Один вариант – перехватить падающее знамя и устроить на базе Тольяттинской консерватории областную консерваторию. Второй, в порядке бреда, – сделать Тольяттинскую консерваторию филиалом СГИК, перенаправив туда весь поток музыкантов. Третий – вообще забыть об этом, как о страшном сне, и начать все с нуля.

Дмитрий Дятлов: Начну с соболезнований руководителям Тольяттинской консерватории и тольяттинской музыкальной общественности по поводу того, что у них потух такой очаг культуры. Теперь о вариантах развития ситуации. Первый кажется наиболее фантастическим: на базе закрытой муниципальной институции создавать областную?.. Сделать из Тольяттинской консерватории филиал института культуры? Такие разговоры ходят, и такие планы кто-то разрабатывает, но и этот путь ложный. В концепции развития академической музыки до 2025 года констатируется падение качества образования в непрофильных вузах. Там не указано, какие вузы являются непрофильными в сфере искусства, но мы понимаем, что за вузы имеются в виду. Это вузы культуры. Пока оставлены контрольные цифры приема, некоторое бюджетное финансирование, которое с каждым годом становится все меньше и меньше. У этих вузов забрали программы специалитета, они могут выпускать только бакалавров. А что такое бакалавры в сфере искусства?

В. Д. Те, кто ноты переворачивает.

Д. Д. В плане шутки это можно допустить. Но тандем «вуз культуры – вуз искусств» вызывает вопросы. Возможно, я выскажу опасную точку зрения, но предпочтительно начать с нуля. Но не совсем же с нуля. По большому счету, музыкальной культуре и музыкальному образованию Самары 100 лет. В сравнении с историей европейских культурных центров – ничто, но если противопоставлять Самару Тольятти, областной центр имеет больше оснований для этого.

В. Д. А принцип вертикали? Первая ступень, вторая и третья…

Д. Д. Сейчас это абсолютно обязательно для образования в сфере искусства. Есть стандарты, есть приказы федерального министерства культуры о необходимости непрерывной цепочки образования.

В. Д. И какой вы представляете первую ступень новой институции?

Д. Д. По моему мнению, речь не об учреждениях, а о людях. Если мы хотим создать что-то настоящее и серьезное, то должны не объединять какую-то музыкальную школу, какое-то училище и какой-то вуз. Не в этом дело. Когда я работал на административной должности в нашем вузе, у нас начала создаваться школа искусств. Я полагал, что туда нужно приглашать лучших педагогов города. Отовсюду. Тогда это имело бы смысл. Планировалось ведь создание не очередной школы искусств, помимо нескольких десятков уже существующих…

В. Д. То есть собрать лучших и разорить все остальные?

Д. Д. Дело в том, что большинство родителей отдают детей в школы искусств не для профессионального образования, а для дополнительного эстетического. Известно, как искусство влияет на развитие.

В. Д. А остальные все равно отдают не куда-то, а кому-то. Это правда.

Д. Д. Именно так. И тогда это школа, элитарная в лучшем смысле. Какая и должна быть базой для консерватории…

В. Д. С первой ступенью понятно. Вторую берем действующую? Здесь какие сомнения?

Д. Д. Честно говоря, коллектив Самарского музыкального училища не очень знаю. Но я знаю, что определенное количество людей, работающих в этом учебном заведении, – специалисты экстра-класса.

В. Д. То есть речь идет о том, чтобы опять собрать людей и создать вторую ступень точно так же, как первую?

Д. Д. Один из вариантов.

В. Д. И создать конкуренцию: два училища в одном городе…

Д. Д. В Тольятти уже такое было.

В. Д. Не бы́ло, а есть: эту ступень у Прасолова никто не отбирал.

Д. Д. Конкуренция – это всегда хорошо.

В. Д. Когда ты богатый. А если ты нищий?.. И, наконец, третья ступень. Если для первой есть учителя экстра-класса и для второй есть, то достаточное количество экстра-класса преподавателей вуза в этом городе не родилось.

Д. Д. Убежден, что такие есть.

В. Д. Я по инструментам могу сейчас начать перечислять, и все станет понятно.

Д. Д. Абсолютно для всех есть.

В. Д. Но если есть суперпреподаватели по классу валторны, то что у нас в городе происходит с валторнистами?

Д. Д. Вспомним, с чего начиналась в 1946 году, в послевоенную разруху, вновь открытая Горьковская консерватория. Время было значительно хуже нынешнего. Не было не то что денег – еды, а открыли консерваторию. В Горьком ведь тоже не было специалистов в достаточном количестве. И тогда прибыл довольно крупный десант из Московской консерватории.

В. Д. Рассказать, как в 1946-м году формировали подобные десанты?

Д. Д. Я договорю. Это была так называемая учебно-методическая помощь, и несколько профессоров Московской консерватории просто наездами работали в Горьком, пока постепенно не выросла смена.

В. Д. Приведу пример. Уже много лет назад в Самаре создали хореографическое училище. И что? Дупель пусто! Оно ничего не решает. А я помню 1990 год, когда в театр приехала директриса Саратовского хореографического училища и молила поехать с ней в Москву, начать договариваться о том, чтобы училище перевели в Самару. И тогдашний замминистра не возражал. В Самаре по разным причинам не захотели. Смысл в том, что десант нужен, иначе ничего не получится. И это политическое решение, даже не экономическое. То есть варяги все равно понадобятся.

Д. Д. Согласен. Другое дело, что, как в советское время, давать квартиры – этого просто не может быть сейчас. Я не вижу, что это возможно.

В. Д. Тогда я адресую вас к примеру Губернаторского тюменского оркестра.

Д. Д. Тюмень – нефтяной край…

В. Д. А мы так, погулять вышли?

Д. Д. Я каждый день слышу о секвестре бюджета.

В. Д. А федеральные министры утверждают, что самая опасная фаза кризиса преодолена. И, по большому счету, при наличии политической воли нет ни одной материально-технической проблемы. Поскольку вы борец за институт искусств…

Д. Д. Скорее за консерваторию все-таки. По двум причинам. Первая – потому что это универсальное учебное заведение в области искусства. И мы знаем примеры, когда в консерваториях есть и театральные факультеты, например в Собиновской. В Волгоградской консерватории есть изобразительное искусство и дизайн и, кстати, по всем направлениям разрешен специалитет. Вторая причина – само название: Сonservare, то есть мы сохраняем, и это главное, на чем мы стоим. На базе консерватории можно реализовывать какие угодно практики, совершенно авангардные, радикальные, но если в основе лежит сохранение традиций в том или ином виде искусства, тогда это правильно, это будет жить. Я бы назвал и третью причину. Это сама история создания консерваторий. Первые консерватории появились в Италии, и это были приюты для бездомных детей. То есть изначально в самом понятии заложены благороднейшие цели. Поэтому я – за консерваторию.

В. Д. Наконец-то! А у нас с вами есть союзники не среди людей рассуждающих, а среди акторов? Можно их не называть.

Д. Д. Они есть, но они колеблются.

В. Д. Что нужно сделать для того, чтобы они стали активными?

Д. Д. Это очень просто. Достаточно решения губернатора, и у нас будут тысячи союзников.

В. Д. То есть речь о том, что причина их колебаний – нежелание остаться у разбитого корыта?

Д. Д. Я не стал бы за них отвечать. Насколько я знаю, готовятся круглые столы в министерстве культуры и в министерстве образования и науки. Я думаю, должны собраться те люди, которые понимают смысл и суть этого решения.

Подготовила Юлия Авдеева

Культуролог, пресс-секретарь Самарской областной универсальной научной библиотеки.

Опубликовано в издании «Культура. Свежая газета»,

№ 15-16 (103-104) за 2016 год (сентябрь)

Aviasales

  • 272
    Shares

Оставьте комментарий