Мнения: ,

Валентин Урюпин: «Музыканты сканируют дирижера как личность»

22 марта 2017

 

31-летний талантливый дирижер и кларнетист дал концерт с симфоническим оркестром Тольяттинской филармонии. К встрече с ним оркестр готовился заранее – накануне пришла хорошая новость: Валентин стал победителем международного конкурса дирижеров имени сэра Георга Шолти во Франкфурте-на-Майне и, кроме того, получил приз зрительских симпатий и приз симфонического оркестра Франкфуртского радио.

В настоящее время Урюпин – дирижер Пермского академического театра оперы и балета, художественный руководитель оркестра Ростовской филармонии, выступает с лучшими оркестрами страны.

Для оркестрантов встреча с этим музыкантом всегда в радость. Всего за три дня репетиций удалось собрать программу, позволившую показать мастерство Урюпина-кларнетиста («Фантазия» современного композитора Видмана), ансамблиста (квинтет Моцарта) и дирижера. Симфония № 4 Шумана достойно венчала вечер и запомнилась насыщенным звучанием всех групп оркестра. Среди артистов оркестра чувствовалось оживление и вдохновение от исполняемого.

В антракте кто-то из них поделился, что вещь очень сложная – технически, эмоционально. Но, ведомые дирижером, музыканты выложились процентов на 90, не меньше. «Это еще не предел для вашего оркестра, здесь есть хороший потенциал», – поделился Урюпин после концерта. Анна Иванова, концертмейстер струнного квартета филармонии и «первый пульт» оркестра, пробегая, заметила, что с этим дирижером все было легко. И вообще, почаще бы да побольше играть, новый репертуар осваивать. К сожалению, график Урюпина очень плотный, но, к счастью, артист обещал приезжать хотя бы раз в два года, памятуя о своем дирижерском дебюте в 2005 году, когда впервые встал за пульт на сессии МСО Поволжья.

Многое для слушателей в тот вечер было непривычно – планшет на пюпитре вместо напечатанных нот, дирижирование без пульта, наизусть. Уникальная память, неужели можно помнить все детали? Респект заслуживала и программа, составленная таким образом, чтобы показать преемственность поколений австро-немецкой музыки. Интересны были и «цеховые» параллели, которые Валентин предложил провести между Видманом и Моцартом, интересен сам факт открытия широкой публике оркестрового Шумана, редко звучащего. Все это послужило поводом задать музыканту вопросы.

– Сегодня прочитала мнение пианистки Екатерины Мечетиной: почему молчат федеральные СМИ, ведь россиянин впервые победил в престижном международном конкурсе дирижеров, и это свидетельство того, что кризиса с дирижерами в России нет. Вы согласны?

– С молчащими СМИ? В мае на международном конкурсе имени Малера россияне заняли почетные II и III места. И сами конкурсы, на мой взгляд, не самый верный показатель состояния дел. Теодор Курентзис, Владимир Юровский, Туган Сохиев – известные дирижеры поколения 40-летних – не являются лауреатами конкурсов. И потом, у нас страна очень богатая на человеческие ресурсы, вряд ли с дирижерскими талантами кризис.

– Что было самым сложным в этом конкурсе для вас?

– Справиться с нервами. Чем старше становишься, тем больше груз ответственности, в том числе и перед самим собой. В финале мне по жребию досталось дирижировать «Учеником чародея» Дюка. К счастью, я это произведение хорошо знал. Все было в удовольствие – общение с двумя прекрасными коллективами первого эшелона в мире. Рад тому, что пригласили сыграть программу с оркестром Франкфуртского радио, ведь не каждому победителю конкурса выпадает такая честь. Также понял, что мифы о вражде между дирижерами не имеют основания, все участники подружились.

– Говорят, дирижер должен говорить не менее чем на пяти языках…

– Это так. Я прилично разговариваю на английском, понимаю французский, итальянский. В планах на ближайшее время добавить в копилку еще пару языков. Людям, выросшим в Европе, легче: владея двумя языками, не составит труда подучить третий. В этом плане уникален румынский, он на стыке разных лингвистических групп.

– Изменились ли творческие планы в связи с победой?

– Есть договоренности, но сейчас не хотел бы их озвучивать. У меня сложились творческие связи с ведущими оркестрами страны, как столичными, так и региональными. Недавно прошел дебют с Госоркестром России, запланированы премьеры в родном Пермском театре, Михайловском, Мариинке, театре Станиславского в Москве, Новосибирском оперном… В общем, надо уметь создавать повестку дня без конкурсов. Думаю, для меня этот был последним.

– Почему?

– На мой взгляд, дирижеры, которые «скачут» с конкурса на конкурс, могут со временем потерять смысл деятельности. Например, далеко не все победители конкурса Шолти сказали свое веское слово в музыке. Я вообще не склонен преувеличивать роль конкурсов. Самое интересное начинается после них: уровень обязывает серьезнее подходить ко всему. Ведущие оркестры мира – это конгломерат умнейших музыкантов, это большие традиции. Если дирижер приходит туда работать, он должен быть готов ментально, он должен понимать свою функцию (а в разных оркестрах она разная!). Вообще дирижер продолжает оставаться центральной фигурой, и чтобы таковой оставаться, он должен вести постоянную разностороннюю работу над собой.

– Какие качества должны отличать современного дирижера?

– Музыканты реагируют на дирижера как на человека, а потом уже слушают и смотрят на технику. Одни дирижеры на репетициях говорят много, другие очень мало, но добиваются большего – почему? Потому что все сканируют личность, а потом уже дело доходит до творческого взаимодействия. Внутреннее спокойствие, наполненность, динамизм – вот главное.

 

– Вот сегодня вы работали с симфонией Шумана без дирижерского пульта и партитуры. Это новая манера?

– Не такая уж она и новая. Пример подавали Зубин Мета, Клаудио Аббадо, Даниэль Баренбойм, Лорин Маазель. Меня так сразу воспитали: дирижер обязан знать партитуру наизусть. Если вдруг карьера пойдет в гору, наступят моменты аврала, поэтому лучше учить заранее. Моя внутренняя оперативная память оказалась к этому готовой.

 

– Что вам ближе – дирижировать оперой или симфоническими произведениями?

– Для того, чтобы дирижер правильно и динамично развивался, лучше начинать с оперного репертуара. Так меня учили еще в МСО Поволжья Левин и Неймер. Симфония – это в первую очередь общение с оркестром и во вторую – репетиционная техника. Опера дает технику в самом широком смысле слова, здесь оттачивается необходимость невербального объединения множества сил. За дирижерским пультом в театрах я провел 5 лет, освоил 20 опер, немало балетов и пока еще чувствую себя начинающим специалистом.

– Общаетесь ли вы с Тимуром Зангиевым и Максимом Емельянычевым – перспективными молодыми дирижерами, взлет карьеры которых мы также могли наблюдать в Тольятти?

– Да, мы поддерживаем отношения. На днях играем в одном концерте с Максимом в Зале Чайковского. Он сотрудничает с театром «Геликон-опера», симфоническим оркестром «Новая Россия», много выступает в Европе. Тимур Зангиев с 2015 года – дирижер музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко. Наши пути пересекаются.

– Юрий Башмет сказал, что «альтист – это скрипач с темным прошлым». Дирижер Урюпин – это кларнетист с ярким настоящим?

– Хотелось бы оставаться кларнетистом. Да мне и не дадут забыть инструмент – выступления расписаны на два года вперед. Но находить время для ежедневных репетиций на инструменте все сложнее. Кстати, буквально вчера я выступал на фестивале в Сочи вместе с «Солистами Москвы» и Башметом.

– Что можете пожелать молодым музыкантам?

– Я бы посоветовал сначала ответить на один вопрос: можете ли вы прожить без музыки? Если нет, тогда надо идти ва-банк. Быть музыкантом – это работа, где есть прямая зависимость между личной востребованностью и количеством вложенных сил. Поэтому после первого успеха надо трудиться вдвое больше, после второго – втрое больше. Но это и служение. Относиться к музыке как к хобби нельзя. И мне бы очень хотелось, чтобы в нашей стране музыка не превратилась в субкультуру, а была магистральной деятельностью.

Анна ЛУКЬЯНЧИКОВА

Музыкальный критик, заместитель директора Тольяттинского музыкального колледжа имени Р. К. Щедрина по научно-методической работе.

Фото Федора БЫСТРОВА

Опубликовано в «Свежей газете. Культуре», № 5 (113), 2017, Март

Aviasales

  • 1
    Share

2 комментария к “Валентин Урюпин: «Музыканты сканируют дирижера как личность»

  1. Хорошая статья, спасибо. Только зачем в ней слово «респект»?? Что оно делает в такой статье? В русском языке есть слова «уважение», «почитание»

  2. Уважаемый Валентин Тихонович! Я врач, с 30 летним стажем, выпускник РГМИ, любитель музыки, привёл свою дочку — студентку медуниверситета на концерт Ростовского оркестра исполняющего произведения Моцарта, получил кайф от Вашего оркестра. Благодарен Вам , за то — что предоставили вашим музыкантам шанс — самовыразиться. Ваша способность управлять оркестром, Ваша эмоциональность и любовь к музыке вызывает только восхищение. При ближайшей возможности снова буду на концерте.

Оставьте комментарий