Антихайп и Смерть

26 ноября в клубе «Звезда» с презентацией нового альбома «Солнце мертвых» выступал популярный русский рэпер Слава КПСС, он же Гнойный.

После «баттлавека»  карьера победителя  Оксимирона быстро пошла  в гору. И вот Гнойный дает интервью Юрию Дудю  и его узнают еще больше.   И вот Гнойный отвечает в эфире телеканала «Культура» экс-министру Михаилу Швыдкому на вопросы о баттле-рэпе. И вот Гнойный уже как авторитетный артист судит молодых исполнителей в шоу «Успех» вместе с Филиппом Киркоровым, главным поп-идолом 90-х.  Слава КПСС  — культурный герой уходящего 2017 года. В Самару Гнойный приехал уже в статусе полноценной звезды. Идти на концерт Гнойного стоит не для того, чтобы послушать его новые треки. С большим комфортом это можно сделать, не выходя из соц.сетей. Сам по себе концерт рэпера – зрелище довольно сомнительное, если ты, конечно, не его фанат.  На сцене Гнойный смотрится куда менее интересней, чем в ситуации баттла.

Концерт в Самаре продлился всего час. Рокеры играют дольше. В начале концерта Гнойный  скандировал:  «Владимир Путин, Владимир Путин. Я в русском рэпе Владимир Путин».  В конце выступления Гнойный и его соратник по движению «Антихайп» Хан Замай показали публике средний палец и крикнули  в толпу то же, что могли крикнуть сопернику по баттлу – рэпер за грубым словом в карман не полезет. Никакого выхода на бис.  Никакого потрясения. Никакого скандала. Но концерт был заявлен как презентация нового альбома. Треки с серьезного альбома «Солнца мертвых»  Гнойный исполнял вперемешку с песнями своих многочисленных сторонних проектов.  Были упомянуты и Путин, и Оксимирон, и Киркоров, и ВИЧ, и Парижская Коммуна и модный московский дизайнер Гоша Рубчинский.

Почему рэп – это вообще важно? Потому что русский рэп, который существует еще с 1990-х, никогда еще не вызывал такого внимания общественности. Не проглядеть бы, как на наших глазах  творится история.   Любое событие в год столетия революции усиливает сигналы.  Сейчас это событие, благодаря медиа,  становится  известным миллионам. В 1917-м году в политические вихри было вовлечено не большелюдей, чем сейчас вовлечено в рэп. Кстати, в том самом «баттле века» с Оксимироном Гнойный произнес «я везу вам революцию». Революция приходит откуда не ждешь. По ТВ показывают комедийные шоу с сюжетами о том, как все русские люди превратились в рэперов, как зомби.  В наше время увлечение рэпом можно сравнить с увлечением авторской песнью в 1960-е.  Через него до молодых людей доходят какие-то сигналы, которые им не дает поэзия или даже современное искусство.

Именно Слава КПСС и его соратники ввели в оборот публичного дискурса  незамысловатое, но сильное слово антихайп. В ситуации культурного перепроизводства уже недостаточно просто известности, надо уметь хайпануть, прорвать информационный шум чем-то скандальным, полемичным. Хайп может за несколько дней сделать тебя знаменитым, но, как правило, хайп для нашей насквозь нарциссичной культуры является целью, а не средством.  Главное – посмотри на меня, подпишись на меня, ставь лайк.  Гнойный с его лево-анархистским бэкграундом не может с этим так просто мириться и провозглашает антихайп, как стратегию ухода от этого медийного внимания («лучше я сдохну …..чимноунэймом, чем прославлюсь и стану тобой»).  На поверку антихайп оказывается тем же хайпом, а Гнойный с его установкой на андеграунд и создание нового «рэпа постмодерна» становится медийной звездой.  Но если в искусстве вещи, на которых «не хайпанешь»?  Слава КПСС, которого постоянно обвиняли в том, что он умеет только унижать соперника на баттлах, а не творить, выпускает альбом о русской смерти.  Альбом «Солнце мертвых» был вывешен в соц.сетях  в октябре вместе с вот этим текстом.

Дело в том, что я почему-то умираю. Они все допрашивают меня, что со мной и почему я молчу и отчего я умираю, — и эти вопросы сейчас самое трудное для меня и тяжелое; я знаю, что они спрашивают от любви и хотят помочь мне, но я этих вопросов боюсь ужасно. Разве всегда знают люди, отчего они умирают? Мне нечего ответить, а они все спрашивают и мучают меня ужасно. Не нужно все время спрашивать, не надо говорить так много. Как мне объяснить, что молчание — есть естественное состояние человека?

Примечательно, что авторство цитаты не указано. Но поисковые системы по этому тексту выводят на авторство Егора Летова. Русский рэпер в 2017 году стоит на плечах Егора Летова, титанической  фигуры 1980-х и 1990-х, лидера сибирской панк-группы «Гражданская оборона», которую при куда менее развитых носителях информации и куда более жесткой цензуре слушала вся страна.  Сибирский панк, несмотря на низкое  качество звукозаписи, схватывал что-то важное и общезначимое для того поколения. Русский рэп, безусловно, тоже что-то схватывает, но его так много, что даже важные сигналы ослабевают в условиях беспрерывного производства. И в этой ситуации рефлексирующему рэперу (а к таковым, как раз, нужно отнести Гнойного) нужно найти сильную тему, для которой уже существует традиция внутри современной популярной культуры.

Массовая культура тоже имеет свой архив, в ней тоже есть своя классика, свои укорененные образцы, которые распознаются публикой и позволяют легитимировать эту низовую эстетику. В альбоме «Солнце мертвых» есть все, что должно быть в русской андеграундной музыке: небрежность, многословие, настаивание на «одном и том же». Гнойный цитирует Летова, Гребенщикова и даже Мамлеева. В альбоме есть песня «Шатуны» (названная по знаменитому роману Юрия Мамлеева) о метафизических маньяках-убийцах, с которыми субъект Гнойного тоже готов идентифицироваться.  В песне «Мышка-норушка» Гнойный будто упражняется в изучении фольклориста В.Проппа.

Упаду, как доминошка
К смерти в лукошко
Крепкий фундамент — да … там
На курьих ножках эта избушка
(Не было и нет!)
Хвостиком смахнёт меня мышка-норушка

Гнойный пугает так, чтобы не страшно было. Символист Бальмонт в начале ХХ века призывал «быть как солнце», футурист Крученых готов был вообще его победить ради модернисткой утопии, а рэпер Слава КПСС показывает мир, где главной утопией становится смерть. Другой вопрос: почему русский рэпер не дает надежды? Вот в таких случаях уместно использовать слово постмодернизм. Рэп после модерна.

Илья Саморуков

Опубликовано в «Свежей газете. Культуре», № 20 (128), 2017, Декабрь

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *