Что-то другое, но не новое

В октябре 2018 года в самарской галерее «Виктория» при поддержке московской галереи «Триумф» открылась выставка молодых британских художников «Кое-что еще» (Something else).

Это седьмая выставка «Виктории» за этот год. Искусство в будущем, современная живопись, диалог русского и зарубежного концептуалистского искусства, использование в искусстве электричества, конструирование истории самарского искусства, новое самарское искусство – вот темы предшествующих выставок и та повестка, которую предлагает самарской публике самая активная в городе арт-институция. Новая выставка демонстрирует зрителю, казалось бы, иной территориальный контекст и даже претендует на показ искусства конкретной страны «первого мира»; страны, задающей тон в современных художественных тенденциях. Перед нами работы выпускников ведущих и всемирно известных инкубаторов современных художников: Royal College of Art, USL Slade, Goldsmiths, University of London, The Glasgow School of Art. Примечательно, что названия учебных заведений в кураторском тексте напечатаны на английском, а имена художников – на русском языке. Работы были отобраны московским куратором Софией Симаковой.

«Несмотря на развитие цифрового искусства и повсеместное распространение технологий, всех участников объединяет интерес к материальности и склонность к рукотворному, а не умозрительному способу работы, к противопоставлению абстракции и фигуратива, к смешению различных медиа и созданию средовых инсталляций».

В сопроводительном тексте, который тоже является частью выставки, прокламируется ситуативный отход от современных технологий и, конечно же, смешение «различных медиа». Возрастная принадлежность («молодые художники») обещает свежесть, непосредственность, самовыражение и возможный прорыв в будущее. Молодым позволено больше («важно не качество исполнения, а полнота самовыражения»), и отсылка к молодости всегда предполагает оправдание.

Примечательная деталь выставки, которая обращает на себя внимание и позволяет говорить о новых экспозиционных приемах, – это отсутствие этикеток. При желании фамилии авторов работ можно узнать из кураторской экспликации через QR-код (дань технологичности в выставке про «материальное и рукотворное»). Другой вопрос: возникло ли у зрителей такое желание? Если этикеток нет, то значимыми становятся не фамилии, а сами объекты – «странные прикольные штуки». Белый куб галереи наполнен множеством английских диковин: керамическая бейсболка, гнутая бита, угри в миске, глиняный ноутбук, металлические загогулины, сюрреалистические туфли, разноцветные колечки, яркие шары, в меру эпатажные веселые картины. В центре зала стоит стол с керамическим тортом и головами в тарелках.

«В поисках собственного языка художники перекраивают привычную карту жанров и стилей и очерчивают новые границы современного искусства. На этом пути художники отказались от последовательного повествования в пользу фрагментарности. Иерархия смыслов нарушена: частное важнее общего. Важно не качество исполнения, а полнота самовыражения. В рамках одного проекта художники свободно переключаются с графики на живопись, с живописи на керамику, с керамики на инсталляции и обратно».

С точки зрения куратора, если судить из открывающего выставку текста, художники отказываются от «иерархии смыслов», от «последовательного повествования в пользу фрагментарности». А разве иерархии в XXI веке уже не разрушены? Разве искусство второй половины ХХ века уже не расправилось с «последовательным повествованием»? Разве выставки, в том числе и в «Виктории», не представляют собой интуитивно расположенные в пространстве белого куба причудливые объекты, где куда важнее возможность встречи с конкретным произведением, а не выстроенная кураторская концепция?

Ключом к ответу может послужить название выставки. Оно остается в памяти дольше, чем сами произведения. «Кое-что еще». Что это за «еще»? Дает ли выставка этот эффект приращения? Меняет ли эта выставка наше представление об искусстве? Узнаем ли мы что-то о неизвестной нам английской реальности или видим застывшие молодежные аффекты самовыражения?

Если сравнивать английские работы, например, с произведениями самарских художников, то, конечно, больше фантазии и декоративности. Но сам тип объектов никак нельзя назвать новым. Перед нами «все тот же» узнаваемый совриск, к которому ретрограды предъявляют претензии в несерьезности и вторичности. Выставка вполне встраивается в постмодернистский тип образности с пониженной рефлексивностью и уходом от концептуалистской скуки в пользу зрелищности, которая в свою очередь скатывается в декоративность. Представленные работы вполне органично совмещаются со стереотипной версией британского искусства с его хлесткостью и прогнозируемой скандальностью, известной нам по искусству young british artists или провокациям Бэнкси.

Перед нами пир образов, которые вполне могут понравиться и которые просятся на отчетное фото в инстаграм. Образы уже объединены в галерейном пространстве выставки рукой куратора и превращены в высказывание со скромным, судя по названию, посылом: «кое-что еще». Сама идея новизны, от которой, несмотря на постмодернистскую критику идеи нового, все-таки сложно отказаться, значима именно для логики самой галереи, а не искусства вообще. Как сказал куратор «Виктории» Сергей Баландин в ответ на вопрос «Почему вы сделали эту выставку?»: «Слава богу, что что-то другое». Не самарское, не цифровое, но английское, но молодое. Есть на что посмотреть, но думать особо не о чем. Хотя каждый объект с выставки, безусловно, способен вызвать аффект или украсить домашний интерьер.

Илья САМОРУКОВ

Литературовед, культуролог, кандидат филологических наук, старший преподаватель кафедры русской и зарубежной литературы СамГУ, сотрудник Музея Модерна.

Фото автора

Опубликовано в «Свежей газете. Культуре» 31 октября 2018 года,
№№ 15-16 (144-145)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *