Мнения: ,

Нонконформизм как способ отсчета

26 февраля 2016

vrutRsGLnds

В галерее «Виктория» открылась уникальная для Самары выставка «Нонконформизм как точка отсчета. Работы 1960–2000-х из собрания Московского музея современного искусства». Привезены работы от нонконформистов-шестидесятников до поколения младоконцептуалистов.

Столь полную ретроспективу, сопровождаемую профессиональным комментарием московских кураторов Ольги Турчиной и Владимира Прохорова, можно было только желать, и виват галерее «Виктория», что она не устает восполнять наши пробелы в знании отечественной истории искусства.

Сама эта история, впрочем, известна лишь в отношении питерской и московской жизни, провинцию кураторы пока не трогают, какая-то часть работ региональных художников в коллекции есть, но сам опыт не опознан, не вписан в анналы. Так что художники из регионов известны по редким случаям участия в неофициальных выставках в Москве.

К примеру, украинский художник Петр Беленок, примкнувший к нонконформизму в конце 60-х, участвовавший в скандально известной выставке в центральном выставочном зале «Манеж» в 1962 году, в павильонах «Пчеловодство» и «Дом культуры» на ВДНХ в 1975-м и с 1977 года – в выставках на Малой Грузинской, 28, где художники получили собственное выставочное пространство.

Так что дело не в предубеждении, что лучшее в отечественном искусстве могло произойти только в столицах, которое надо преодолевать, но и в сумме реальных возможностей заявить о себе.

Безусловно, со второй половины 50-х, когда Советский Союз активно открывал для себя зарубежный мир, у отечественных художников появились редкие возможности познакомиться с произведениями современного западного искусства. К примеру, в 1957 году во время проведения Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве современному искусству был отведен большой павильон, где можно было видеть работы Джаспера Джонса, Роберта Раушенберга, Николя де Сталя. В рамках того же фестиваля прошла международная мастерская пластических искусств, по результатам проведения которой были награждены Оскар Рабин (почетный диплом) и Анатолий Зверев (золотая медаль).

Это была только первая ласточка, такого рода выставки время от времени случались с 50-х и вплоть по 80-е годы и произвели революцию, заставив художников обратиться к вытесненному на периферию советской истории наследию русского авангарда. Самарская выставка включает работу Владимира Стерлигова, который прошел через репрессии 30-х, а в 60-е создал Старопетергофскую школу.

Был и еще один источник знакомства с мировым искусством – книги, журналы, каталоги. Показателен в этом отношении Франциско Инфанте-Орана, о котором кураторами было особенно отмечено, что он узнавал о западном искусстве из библиотеки иностранной литературы. По аналогии с ним мне вспомнился и наш земляк Александр Пескишев. Увлекшись в конце 60-х новой живописью, он самостоятельно изучил историю искусства ХХ века по книгам, альбомам, прямому общению с художниками Новосибирска, где он какое-то время жил.

Нонконформизм предстает на выставке и как попытка справиться с идеологией коллективного творчества на потребу масс, ведомых в светлое будущее адептами коммунизма, и как стремление профессионалов поставить вопрос о художественном каноне, которого у соцреализма, по сути, не было. Была доктрина соцреализма, которая что-то утверждала в плане содержания, но в области художественного языка работала конъюнктура.

Политическая злоба дня, предписывающая искусству утвержденное партией содержание, не имела в себе собственно художественного критерия оценки качества работ, ставила искусство в жесткую зависимость от партийного руководства, так что понятно, какого рода упрощения стояли за «борьбой» советского общества с формализмом.

Послевоенное поколение художников не стремилось желаемое выдавать за действительное. Не свойственен им оказался и дух 30-х годов, которые в целом отличала вера в светлое будущее, особенно после устранения из поколения всех тех, кто не разделял пафоса победившего социализма и обращал внимание на то, что мягко назовут «перекосами» во внутренней политике.

Первые нонконформисты не были борцами с режимом, но стали неугодны власти на том основании, что искали способы отобразить истину жизни. Последующие поколения нонконформистов, начиная с соц-арта, имеют еще более выраженный критический пафос, разоблачая лживость содержания официозного искусства и культуры соцреализма в целом. В каком-то плане нонконформизм сыграл роль пускового крючка, предложив не только точку отсчета нового искусства, но и способ опознания своего идеологического противника в качестве официозной культуры и политического искусства. Это объясняет, почему столь разные художники вошли в это движение, почему столь яростно они спорили между собой, в том числе и о том, что такое искусство и зачем искусство, об исчерпанности живописи и необходимости перехода к другим художественным (языковым) практикам, что имеет свой отголосок и сегодня.

Самарская выставка заявляет нонконформизм как характерное для русской культуры умонастроение, которое не осталось только в истории: на ней представлены и совсем современные работы – тех, кто заявил о себе как художник неофициальной волны до перестройки: Леонида Сокова, Владимира Янкилевского, Ивана Чуйкова, Константина Звездочетова. Своим правдоискательством оно живо, являя жест все еще живого человека, направленный против способной смести его политической машины, работающей на топливе идеологических спекуляций, в том числе и в области художественного творчества.

-CMNfDXNWho

Этот жест отстаивает право художника на свободу высказывания. Трудно сказать, насколько жест свободен сегодня от политики, способной подмять под себя любое живое начинание. Выставка послевоенного авангарда дает пищу для размышлений, предлагая ретроспективу как художественных исканий, так и личностного самоопределения. В этом плане зрителю помогает куратор: достроить контекст, понять, что стоит за работами знаменитой «Лианозовской группы», группы «Сретенский бульвар», участников выставок в Манеже и павильонах ВДНХ, московских концептуалистов и восьмидесятников; чем руководствовались организаторы скандально известной «Бульдозерной выставки» 1974 года.

Елена Богатырева

Кандидат философских наук, доцент Самарского университета.

Опубликована в издании «Культура. Свежая газета», № 3 (91) за 2016 год

Aviasales

  • 40
    Поделились

Оставьте комментарий