Театральные династии: как передается талант и где учатся современные актеры

В теат­раль­ной сре­де при­ня­то тре­пет­но про­из­но­сить фами­лии Бояр­ских, Ефре­мо­вых, Миро­но­вых, и кажет­ся, что сце­на — место для избран­ных, куда посто­рон­ним вход вос­пре­щен. Но наблю­де­ния за детьми арти­стов под­ска­зы­ва­ют: их орга­нич­ность — резуль­тат не мисти­че­ской кро­ви, а совер­шен­но кон­крет­ных вещей, доступ­ных каж­до­му в шко­ле актер­ско­го мастер­ства juliastage, где систем­но ста­вят те же навы­ки, кото­рые наслед­ни­ки дина­стий впи­ты­ва­ют года­ми.

Наследственное право

Рабо­та­ет ли здесь наслед­ствен­ное пра­во? Если вы посмот­ри­те на афи­шу любо­го мос­ков­ско­го теат­ра или спи­сок акте­ров нашу­мев­ше­го сери­а­ла, при­мер­но в тре­ти слу­ча­ев обна­ру­жат­ся одни и те же фами­лии, про­сто соеди­нен­ные раз­ны­ми род­ствен­ны­ми свя­зя­ми. Это не сго­вор и не кумов­ство в вуль­гар­ном пони­ма­нии. Про­сто театр — про­фес­сия семей­ная, и тра­ди­ции здесь удер­жи­ва­ют­ся креп­че, чем в любом дру­гом цехе.

Возь­мем дина­стию Бояр­ских. Нико­лай Бояр­ский играл в Теат­ре име­ни Комис­сар­жев­ской, его брат Миха­ил — леген­да МХА­Та и отец Ели­за­ве­ты Бояр­ской. Ели­за­ве­та вышла замуж за Мак­си­ма Мат­ве­е­ва, тоже акте­ра. Их дети уже сни­ма­ют­ся. Здесь мы видим чистую пере­да­чу: дед пере­дал сыну, сын — внуч­ке. Или дина­стия Ефре­мо­вых. Олег Ефре­мов осно­вал «Совре­мен­ник», его сын Миха­ил Ефре­мов стал одним из ярчай­ших акте­ров сво­е­го поко­ле­ния, а внук Ники­та Ефре­мов уже дав­но сам игра­ет глав­ные роли. Теат­раль­ный ста­нок рабо­та­ет без оста­нов­ки.

Одна­ко было бы ошиб­кой думать, что все реша­ют пря­мые род­ствен­ные линии. Взгля­ни­те на Янков­ских. Родо­на­чаль­ник — Олег Янков­ский. Его пле­мян­ник Филипп Янков­ский пошел ско­рее в режис­су­ру и про­дю­си­ро­ва­ние, а вот внук Иван Янков­ский сего­дня — один из самых вос­тре­бо­ван­ных акте­ров. Род­ство рабо­та­ет через поко­ле­ние, но меха­низм пере­да­чи мастер­ства не пре­ры­ва­ет­ся.

Прак­ти­че­ский при­мер. Обра­ти­те вни­ма­ние на семью Миро­но­вых. Андрей Миро­нов был сыном эст­рад­ных арти­стов Алек­сандра Мена­ке­ра и Марии Миро­но­вой. Каза­лось бы, маль­чик рос за кули­са­ми, впи­тал про­фес­сию. Его дочь Мария Миро­но­ва пошла тем же путем. Но клю­че­вой момент: ни Андрей, ни Мария не пола­га­лись толь­ко на фами­лию. Андрей Миро­нов закон­чил Теат­раль­ное учи­ли­ще име­ни Щуки­на, Мария — Шко­лу-сту­дию МХАТ. То есть фор­маль­ное обра­зо­ва­ние они полу­чи­ли отдель­но, а семей­ная сре­да дала им допол­ни­тель­ную фору.

Типич­ная ошиб­ка зри­те­ля. Мно­гие счи­та­ют, что дети извест­ных роди­те­лей попа­да­ют в театр «по бла­ту». Реаль­ность слож­нее. Попасть в труп­пу по про­тек­ции мож­но, но удер­жать­ся на сцене, когда на тебя смот­рит тыся­ча пар глаз, невоз­мож­но по зна­ком­ству. Зри­те­ля не обма­нешь. И дети акте­ров это зна­ют луч­ше дру­гих.

Экс­перт­ный мик­ро-инсайт. Семей­ные дина­стии дер­жат­ся не на день­гах или свя­зях, а на досту­пе к про­фес­си­о­наль­но­му язы­ку с мла­ден­че­ства. Ребе­нок слы­шит, как отец раз­би­ра­ет роль, как мать рабо­та­ет над дыха­ни­ем. Он впи­ты­ва­ет тер­ми­но­ло­гию и зако­ны жан­ра как род­ной язык. К 16 годам он уже гово­рит на этом язы­ке сво­бод­но, тогда как при­ш­ло­му при­хо­дит­ся учить его с алфа­ви­та.

Огра­ни­че­ния. Семей­ная фами­лия рабо­та­ет как про­пуск толь­ко на вхо­де. Если моло­дой актер не обла­да­ет соб­ствен­ной энер­ги­ей и тех­ни­кой, его быст­ро спи­шут в раз­ряд «детей, кото­рые не пошли в роди­те­лей». При­ме­ров таких сло­ман­ных судеб внут­ри дина­стий доста­точ­но, про­сто о них не при­ня­то гово­рить гром­ко.

Кровь или воспитание? Главный секрет актерских семей

Спор меж­ду сто­рон­ни­ка­ми при­род­но­го дара и при­вер­жен­ца­ми ремес­ла идет столь­ко же, сколь­ко суще­ству­ет сам театр. Одни утвер­жда­ют, что без искры божьей делать на сцене нече­го. Дру­гие наста­и­ва­ют: актер­ское мастер­ство — это набор навы­ков, кото­рые ста­вят­ся как голос пев­цу или кор­пус тан­цов­щи­ку. Исти­на тра­ди­ци­он­но лежит посе­ре­дине, но с силь­ным сме­ще­ни­ем в сто­ро­ну вос­пи­та­ния.

Гены дей­стви­тель­но опре­де­ля­ют тем­пе­ра­мент. Ребе­нок может родить­ся с повы­шен­ной эмо­ци­о­наль­но­стью, чув­стви­тель­но­стью, подвиж­ной пси­хи­кой. Это хоро­шая база. Но если эти задат­ки не раз­ви­вать, они так и оста­нут­ся сырой гли­ной. Актер­ская тех­ни­ка — это рабо­та с телом и голо­сом. Ника­кие гены не научат вас сни­мать зажим с диа­фраг­мы или посы­лать звук в резо­на­то­ры.

В актер­ских семьях ребе­нок еже­днев­но наблю­да­ет труд. Он видит не толь­ко три­умф на сцене, но и уста­лость после репе­ти­ций, сомне­ния перед выхо­дом, рабо­ту над ролью за кухон­ным сто­лом. Про­фес­сия лиша­ет­ся оре­о­ла магии и ста­но­вит­ся ремеслом. Это клю­че­вое пре­иму­ще­ство. Обыч­ный чело­век, посту­па­ю­щий в теат­раль­ный вуз, часто ловит­ся на роман­ти­ке «слу­жить искус­ству» и раз­би­ва­ет­ся о быт.

Прак­ти­че­ский при­мер. Дочь режис­се­ра или акте­ра к деся­ти годам уже быва­ла на сот­нях спек­так­лей, при­чем не в зри­тель­ном зале, а за кули­са­ми. Она видит, как рабо­та­ют софи­ты, как мон­ти­ру­ют деко­ра­ции, как актер выхо­дит на покло­ны взмок­шим. Для нее это такая же рабо­та, как для дру­гих — поход в офис. Отсут­ствие излиш­ней тре­пет­но­сти дает сво­бо­ду. Она не оча­ро­ва­на, зна­чит, она спо­соб­на рабо­тать.

Типич­ная ошиб­ка педа­го­гов. При рабо­те со взрос­лы­ми нович­ка­ми часто пыта­ют­ся сра­зу лезть в «чув­ства», тре­буя про­жи­ва­ния. Но без постав­лен­но­го голо­са и сня­тых телес­ных зажи­мов любое про­жи­ва­ние выльет­ся в крик и судо­ро­гу. Сна­ча­ла ремес­ло, потом искус­ство. В дина­сти­ях этот поря­док усва­и­ва­ют неосо­знан­но.

Экс­перт­ный мик­ро-инсайт. Гене­ти­ка опре­де­ля­ет лишь то, как быст­ро вы вклю­ча­е­тесь в зада­чу и как дол­го може­те удер­жи­вать вни­ма­ние. Тех­ни­ку поста­нов­ки голо­са и сце­ни­че­ско­го дви­же­ния гена­ми не пере­да­ют. Это­му учат. Поэто­му фра­за «у него это в кро­ви» озна­ча­ет толь­ко то, что ребе­нок видел это с пеле­нок, а не то, что ему пере­да­ли осо­бые хро­мо­со­мы.

Огра­ни­че­ния. Сре­да вос­пи­та­ния рабо­та­ет без­от­каз­но толь­ко до тех пор, пока у ребен­ка есть инте­рес. Извест­ны слу­чаи, когда дети акте­ров ухо­ди­ли в нау­ку или биз­нес. Сре­да дает базу, но не отме­ня­ет сво­бо­ду выбо­ра.

Тень фамилии: с какими ограничениями сталкиваются «наследники»

При­ня­то зави­до­вать детям из теат­раль­ных семей. Кажет­ся, что доро­га для них выстла­на лепест­ка­ми роз. На деле лепест­ки эти часто ока­зы­ва­ют­ся с очень ост­ры­ми кра­я­ми. Фами­лия рабо­та­ет как уве­ли­чи­тель­ное стек­ло. Любой успех пре­уве­ли­чи­ва­ют, но любой про­вал раз­ду­ва­ют до ката­стро­фы. Зри­тель и кри­ти­ка ждут от них уров­ня роди­те­лей, а если уро­вень ока­зы­ва­ет­ся ниже, при­го­вор выно­сят жест­кий: «не дотя­нул», «про­ехал на фами­лии», «без­дар­ность».

Вто­рой момент — отсут­ствие пра­ва на ошиб­ку. Моло­дой актер из дина­стии не может поз­во­лить себе несколь­ко лет проб и поис­ков в малень­ких теат­рах или антре­при­зах. Он сра­зу обя­зан быть на уровне. Его срав­ни­ва­ют не с одно­курс­ни­ка­ми, а с отцом или дедом в луч­шие годы. Это дав­ле­ние лома­ет мно­гих.

Кро­ме того, суще­ству­ет про­бле­ма выбо­ра амплуа. Если ваш отец — король дра­мы, вам слож­но пой­ти в коме­дию. Зри­тель не пове­рит. Если мать игра­ла тра­ве­сти, доче­ри при­дет­ся дока­зы­вать, что она спо­соб­на на взрос­лые роли. Амплуа слов­но закреп­ле­но за фами­ли­ей, и вырвать­ся из это­го кори­до­ра труд­но.

Прак­ти­че­ский при­мер. Лео­нид Ярмоль­ник, не будучи выход­цем из дина­стии, создал семью, где актри­сой ста­ла его дочь Алек­сандра. И Алек­сан­дре при­шлось столк­нуть­ся с обрат­ной сто­ро­ной извест­но­го отца. Ее вос­при­ни­ма­ли исклю­чи­тель­но как «доч­ку Ярмоль­ни­ка», пока она не дока­за­ла делом свою само­сто­я­тель­ность. Ей при­шлось рабо­тать жест­че и боль­ше, чем ее ровес­ни­кам без извест­ных роди­те­лей.

Типич­ная ошиб­ка род­ствен­ни­ков. Роди­те­ли-акте­ры часто пыта­ют­ся ста­вить детей на те же роли, кото­рые игра­ли сами, или режис­си­ру­ют их карье­ру, исхо­дя из сво­е­го опы­та. Но вре­мя меня­ет­ся, театр меня­ет­ся, и то, что рабо­та­ло два­дцать лет назад, сего­дня может выгля­деть арха­и­кой. Навя­зы­ва­ние шаб­ло­нов губит инди­ви­ду­аль­ность.

Экс­перт­ный мик­ро-инсайт. Самый слож­ный пери­од для моло­до­го акте­ра из дина­стии — это сепа­ра­ция. Ему необ­хо­ди­мо най­ти соб­ствен­ную инто­на­цию, не похо­жую на отцов­скую. И если он не совер­шит эту внут­рен­нюю рабо­ту, он навсе­гда оста­нет­ся в тени, каким бы талант­ли­вым ни был. Фами­лия — это якорь, кото­рый дер­жит, но и тянет ко дну.

Огра­ни­че­ния. Есть дина­стии, где талант рас­пре­де­лил­ся рав­но­мер­но. Напри­мер, семья Доро­ши­ных — Вер­тин­ских. Но это ско­рее исклю­че­ние. В боль­шин­стве слу­ча­ев вто­рое поко­ле­ние све­тит отра­жен­ным све­том, а тре­тье уже вынуж­де­но выжи­вать в сумер­ках.

Путь без связей: как обычному человеку войти в профессию

Если вы роди­лись в семье инже­не­ров или вра­чей, это не при­го­вор. Более того, у вас есть неожи­дан­ное пре­иму­ще­ство: вам не нуж­но нико­му ниче­го дока­зы­вать, кро­ме само­го себя. Вы сво­бод­ны от гру­за фами­лии и може­те стро­ить карье­ру так, как счи­та­е­те нуж­ным. Глав­ное — понять, чему имен­но нуж­но научить­ся, что­бы догнать и пере­гнать тех, кто рос за кули­са­ми.

Клю­че­вые навы­ки, кото­рые дети акте­ров полу­ча­ют бес­плат­но и еже­днев­но, на самом деле отлич­но упа­ко­ва­ны в про­грам­мы теат­раль­ных школ и сту­дий для взрос­лых. Это не магия, это тех­но­ло­гия. Пер­вое — сня­тие мышеч­ных зажи­мов. Напря­жен­ное тело не пере­да­ет эмо­цию. Вто­рое — голос и дыха­ние. Без опо­ры вы не буде­те слыш­ны даже в малень­ком зале. Тре­тье — вни­ма­ние и вза­и­мо­дей­ствие с парт­не­ром. Сце­на — это посто­ян­ный диа­лог, даже когда вы мол­чи­те. Чет­вер­тое — импро­ви­за­ция. Уме­ние выхо­дить из нештат­ных ситу­а­ций без поте­ри лица.

И все­му это­му мож­но научить­ся. Вопрос вре­ме­ни и уси­лий. Дина­стий­ные тра­тят на это 20 лет пас­сив­но­го наблю­де­ния. Вы може­те потра­тить 2 года актив­ной рабо­ты. Раз­ни­ца лишь в осо­знан­но­сти.

Типич­ная ошиб­ка нович­ка. Думать, что актер­ское мастер­ство — это про «искус­ство» и «духов­ность». На пер­вом кур­се вас заста­вят делать физи­че­ские упраж­не­ния, рабо­тать над дик­ци­ей, сни­мать зажи­мы. Это ремес­ло. Это тяже­лый труд. Если вы не гото­вы к физи­ке, к повто­ре­нию одно­го и того же этю­да по сто раз, луч­ше не начи­нать. Духов­ность при­хо­дит потом.

Экс­перт­ный мик­ро-инсайт. Отсут­ствие семей­ной шко­лы ком­пен­си­ру­ет­ся «жад­но­стью» до зна­ний. Взрос­лый уче­ник, кото­рый запла­тил за курс, рабо­та­ет в десять раз интен­сив­нее, чем ребе­нок акте­ра, кото­рый при­шел в про­фес­сию по инер­ции. Моти­ва­ция взрос­ло­го нович­ка — это его глав­ный козырь. Ему неку­да отсту­пать, у него нет фами­лии за спи­ной, он дол­жен выгры­зать место под солн­цем сам.

4 навыка, которые отличают профессионала от любителя

Управ­ле­ние телом. Люби­тель машет рука­ми и не зна­ет, куда их деть. Про­фес­си­о­нал вла­де­ет каж­дым муску­лом. Он может изоб­ра­зить ста­ри­ка, ребен­ка, живот­ное — и тело под­чи­нит­ся. Это дости­га­ет­ся тре­на­жем и сня­ти­ем зажи­мов. Про­стой тест: если вы не може­те спо­кой­но сто­ять перед ауди­то­ри­ей и не зна­е­те, куда деть руки, зна­чит, тело вами управ­ля­ет, а не вы им.

Рече­вая сво­бо­да. Люби­тель гово­рит на связ­ках, быст­ро уста­ет и его не слыш­но. Про­фес­си­о­нал дышит диа­фраг­мой, исполь­зу­ет резо­на­то­ры, посы­ла­ет звук в зал. Его голос зву­чит лег­ко, но доле­та­ет до послед­не­го ряда. Про­верь­те себя: если после деся­ти минут раз­го­во­ра у вас пер­шит в гор­ле — вы гово­ри­те непра­виль­но.

Эмо­ци­о­наль­ный интел­лект. Люби­тель пыта­ет­ся изоб­ра­зить эмо­цию лицом. Про­фес­си­о­нал про­жи­ва­ет обсто­я­тель­ства роли, и эмо­ция воз­ни­ка­ет сама, как след­ствие. Это рабо­та с вооб­ра­же­ни­ем и памя­тью.

Импро­ви­за­ция. Люби­тель теря­ет­ся, если парт­нер забыл текст или рек­ви­зит упал. Про­фес­си­о­нал вклю­ча­ет ситу­а­цию в спек­такль. Для него нет оши­бок, есть новый пово­рот.

Экспертный блок: Как школа актерского мастерства создает среду для роста

Шко­ла актер­ско­го мастер­ства «JuliaStage» как раз и реша­ет зада­чу искус­ствен­но­го созда­ния той самой сре­ды, о кото­рой мы гово­ри­ли. Сюда при­хо­дят люди, у кото­рых нет за спи­ной теат­раль­ной кух­ни. Им нужен резуль­тат: уве­рен­ность в пере­го­во­рах, уме­ние дер­жать­ся на пуб­ли­ке, рас­кре­по­ще­ние.

В отли­чие от пас­сив­но­го наблю­де­ния за кули­са­ми, здесь вы за 2 – 3 меся­ца полу­ча­е­те кон­цен­три­ро­ван­ный опыт. Мето­ди­ка стро­ит­ся на том, что вы не про­сто слу­ша­е­те лек­ции, а с пер­вых заня­тий рабо­та­е­те с телом и голо­сом. Упраж­не­ния на сня­тие зажи­мов, кото­рые дети акте­ров осва­и­ва­ют года­ми через под­ра­жа­ние, здесь дают­ся систем­но и осо­знан­но. Резуль­тат виден быст­ро: уже через месяц уче­ни­ки заме­ча­ют, что исче­за­ет дрожь в голо­се во вре­мя пуб­лич­ных выступ­ле­ний, появ­ля­ет­ся внут­рен­няя опо­ра и спо­кой­ствие в кон­фликт­ных ситу­а­ци­ях.

Груп­па ста­но­вит­ся вашей теат­раль­ной семьей, а педа­го­ги — стар­ши­ми настав­ни­ка­ми, пере­да­ю­щи­ми ремес­ло. Раз­ни­ца лишь в том, что обу­че­ние сжа­то по вре­ме­ни и мак­си­маль­но при­цель­но на резуль­тат. Вы полу­ча­е­те те же инстру­мен­ты, что и наслед­ни­ки дина­стий, но без необ­хо­ди­мо­сти ждать 20 лет.

Где учатся современные актеры: от вузов до студий

Выбор учеб­но­го заве­де­ния зави­сит от вашей цели. Если вы меч­та­е­те о дипло­ме госу­дар­ствен­но­го образ­ца, карье­ре в ака­де­ми­че­ском теат­ре и гото­вы потра­тить 4 – 5 лет на обу­че­ние с 17 лет — вам пря­мой путь в теат­раль­ные вузы: ГИТИС, Щеп­ка, Щука, МХАТ. Кон­курс там чудо­вищ­ный, тре­бо­ва­ния жест­кие, воз­раст­ные огра­ни­че­ния есть, и посту­пят в основ­ном те, кто уже зани­мал­ся в сту­ди­ях при этих вузах.

Но если вы взрос­лый чело­век с про­фес­си­ей, если вы не пла­ни­ру­е­те менять пас­порт на теат­раль­ную книж­ку, но хоти­те овла­деть навы­ка­ми для жиз­ни и, воз­мож­но, для люби­тель­ской сце­ны, фор­мат част­ных сту­дий и школ для взрос­лых под­хо­дит гораз­до боль­ше. Здесь нет кон­кур­са, нет воз­раст­но­го цен­за, а про­грам­ма скон­цен­три­ро­ва­на на прак­ти­ке. Вы сра­зу начи­на­е­те рабо­тать над речью, дви­же­ни­ем, этю­да­ми.

Онлайн-кур­сы в актер­ском мастер­стве рабо­та­ют пло­хо. Театр — это про здесь и сей­час, про живое дыха­ние парт­не­ра. Через экран невоз­мож­но почув­ство­вать энер­гию зала или реак­цию кол­ле­ги по сцене. Онлайн может дать тео­рию, но не навык.

Прак­ти­че­ский при­мер. Чело­век, рабо­та­ю­щий в про­да­жах, при­хо­дит в сту­дию, что­бы научить­ся управ­лять голо­сом и убеж­дать. Через пол­го­да его эффек­тив­ность в пере­го­во­рах вырас­та­ет вдвое. Он не ста­но­вит­ся акте­ром, но исполь­зу­ет инстру­мен­та­рий. Это и есть совре­мен­ный под­ход.

Типич­ная ошиб­ка выбо­ра. Идти в теат­раль­ный вуз после 25 лет без под­го­тов­ки. Вас не возь­мут или возь­мут, но вы буде­те чув­ство­вать себя белой воро­ной сре­ди 18-лет­них, а педа­го­ги будут тре­бо­вать того же, что от них. Систе­ма не рас­счи­та­на на позд­ний старт. Для взрос­лых суще­ству­ют сту­дии, где про­грам­ма адап­ти­ро­ва­на под ваш темп и зада­чи.

Экс­перт­ный мик­ро-инсайт. Теат­раль­ное обра­зо­ва­ние пере­ста­ло быть толь­ко путем на сце­ну. Сего­дня это спо­соб изме­нить себя. Люди идут в сту­дии не за ролью в теат­ре, а за уве­рен­но­стью в жиз­ни. И это нор­маль­но. Про­фес­сия акте­ра шире, чем сце­на. Это уме­ние быть убе­ди­тель­ным в любой ком­му­ни­ка­ции.

Огра­ни­че­ния. Ника­кая шко­ла, даже самая луч­шая, не сде­ла­ет из вас акте­ра, если у вас нет внут­рен­не­го стерж­ня и жела­ния рабо­тать. Инстру­мен­ты дадут всем, но вос­поль­зу­ют­ся ими толь­ко те, кто готов пахать.

Заключение

Мы нача­ли с раз­го­во­ра о дина­сти­ях и кро­ви, а при­шли к про­стой истине: театр — это рабо­та. Семей­ная фами­лия дает фору, но не побе­ду. Шко­ла дает инстру­мен­ты, но не талант. Талант — это ваше жела­ние выхо­дить на сце­ну сно­ва и сно­ва, несмот­ря на страх, кри­ти­ку и уста­лость. И если это жела­ние есть, име­ет смысл сде­лать пер­вый шаг — прий­ти на проб­ное заня­тие и про­ве­рить, как сни­ма­ют­ся зажи­мы и появ­ля­ет­ся опо­ра голо­са имен­но у вас. Язык теат­ра открыт для всех, неза­ви­си­мо от запи­си в пас­пор­те о месте рож­де­ния. Глав­ное — начать на нем гово­рить.