Сцены русской жизни глазами европейцев

Само­вар пых­тит, искрит­ся. Круж­ки – одна за дру­гой – напол­ня­ют­ся тем­ной пени­стой жижей и тот­час опу­сто­ша­ют­ся. Оче­редь весе­ло гудит, под­ра­жая само­ва­ру. Пуще огнен­но­го сбит­ня согре­ва­ют раз­го­во­ры. Извоз­чи­ки гром­ко спо­рят, того и гля­ди до дра­ки дой­дет. В ответ на ругань наем­ни­ков ста­ри­ки зева­ют в кулак и недо­воль­но при­чмо­ки­ва­ют. Пере­брав­ший горо­жа­нин гре­ет мор­ду в снеж­ной перине. Ему, как и всем здесь, теп­ло.

К рас­по­ло­жен­ной рядом ледя­ной гор­ке спе­шит ребят­ня. Маль­чиш­ки и дев­чон­ки, зали­ва­ясь звон­ким сме­хом, тащат за собой само­дель­ные сан­ки. Осед­лав их, они соби­ра­ют­ся спу­стить­ся с самой вер­ши­ны снеж­ной гро­ма­ды.

Сви­де­те­ля­ми этих сцен ста­ли посе­ти­те­ли Музея Ала­би­на. Им пред­ло­жи­ли взгля­нуть на рус­скую жизнь гла­за­ми евро­пей­ских худож­ни­ков, тво­рив­ших в XVIII и пер­вой поло­вине XIX века. Собра­ние гра­вюр пере­ко­че­ва­ло в Сама­ру из улья­нов­ско­го музея-запо­вед­ни­ка «Роди­на В. И. Лени­на». Прав­да, при­вез­ли не ори­ги­на­лы, а пре­вос­ход­но­го каче­ства фак­си­ми­ле: рань­ше они хра­ни­лись в част­ной кол­лек­ции Андрея Куса­ки­на, извест­но­го почи­та­те­ля печат­ной гра­фи­ки и Рос­си­ки.

Все гра­вю­ры, пред­став­лен­ные на выстав­ке, – сво­е­го рода исто­ри­че­ские доку­мен­ты, по кото­рым совре­мен­ный обы­ва­тель может судить о нра­вах и обы­ча­ях рус­ско­го наро­да.

В основ­ном это чер­но-белые и цвет­ные офор­ты, при­чем послед­ние от аква­ре­ли отли­чить непро­сто: часть работ выпол­не­на в непро­стой тех­ни­ке аква­тин­ты. Это тру­до­ем­кий метод гра­ви­ро­ва­ния, бла­го­да­ря кото­ро­му созда­ет­ся эффект, близ­кий к тоно­во­му рисун­ку.

Тех­ни­ка осо­бен­но полю­би­лась англи­ча­ни­ну Джо­ну Авгу­сти­ну Аткин­со­ну – одно­му из луч­ших масте­ров сво­е­го вре­ме­ни. В Рос­сии он про­жил почти 20 лет. Здесь он впер­вые попро­бо­вал себя в живо­пи­си. Выпол­нил несколь­ко поло­тен для Пав­ла I. Одна­ко его основ­ным про­фи­лем были репро­дук­ци­он­ные гра­вю­ры. Так, худож­ник пре­под­нес Алек­сан­дру I уни­каль­ный пода­рок – этно­гра­фи­че­ский аль­бом «Живо­пис­ное изоб­ра­же­ние нра­вов, обы­ча­ев и раз­вле­че­ний рус­ских». К рабо­те над ним Аткин­сон при­сту­пил уже по воз­вра­ще­нии на роди­ну. Все­го в аль­бом вошло око­ло сот­ни цвет­ных гра­вюр. Каж­дую иллю­стра­цию сопро­вож­да­ло подроб­ное опи­са­ние на двух язы­ках – фран­цуз­ском и англий­ском. Копии неко­то­рых стра­ниц аль­бо­ма пред­став­ле­ны на выстав­ке.

В экс­по­зи­цию вошла и серия работ дру­го­го англи­ча­ни­на, Джейм­са Дад­ли, посвя­щен­ная костю­мам наро­дов Рос­сии. В ее осно­ву лег­ли мате­ри­а­лы ака­де­ми­че­ских экс­пе­ди­ций, орга­ни­зо­ван­ных Ломо­но­со­вым для изу­че­ния раз­ных угол­ков стра­ны. Серия несколь­ко раз пере­из­да­ва­лась в XVIII – нача­ле XIX в. и поль­зо­ва­лась боль­шой попу­ляр­но­стью.

Не менее инте­рес­ны и чер­но-белые офор­ты. Бар­хат­но-чер­ные тона и мяг­кие пере­хо­ды от тем­но­го к ярким бли­кам – это тех­ни­ка мец­цо-тин­то, появив­ша­я­ся еще в XVII веке. Рису­нок на шеро­хо­ва­той дос­ке выгла­жи­вал­ся и выскаб­ли­вал­ся. Там, где необ­хо­ди­мо было полу­чить свет­лые пят­на, – поли­ро­вал­ся начи­сто. Дос­ка наби­ва­лась крас­кой, и толь­ко после это­го про­из­во­ди­лась печать. Впо­след­ствии мец­цо-тин­то ста­ли исполь­зо­вать и для полу­че­ния цвет­но­го изоб­ра­же­ния. С этой тех­ни­кой экс­пе­ри­мен­ти­ро­вал фран­цуз­ский гра­вер Жан Батист Леп­ренс – уче­ник леген­дар­но­го Буше. Он мно­го путе­ше­ство­вал, совер­шил несколь­ко поез­док в Рос­сий­скую импе­рию, а по неко­то­рым дан­ным, даже бывал в Сиби­ри. Домой при­вез сот­ни эски­зов и наброс­ков, кото­рые лег­ли в осно­ву его кар­тин и гра­вюр о Рос­сии. К изоб­ра­жа­е­мо­му быту Леп­ренс отнес­ся с сим­па­ти­ей. Впро­чем, то же самое мож­но ска­зать и о дру­гих авто­рах, пред­став­лен­ных на выстав­ке.

К сло­ву, несмот­ря на всю скру­пу­лез­ность ино­стран­цев, вни­ма­тель­ный зри­тель обя­за­тель­но оты­щет в их гра­вю­рах несу­раз­но­сти. Часть гра­вюр созда­ва­лась уже после воз­вра­ще­ния на роди­ну. Тво­ри­ли по памя­ти или опи­ра­ясь на при­ве­зен­ные эски­зы, кото­рые немуд­ре­но было и пере­пу­тать. Поэто­му то тут, то там встре­ча­ют­ся дета­ли, кото­рые не могут не вызвать у рус­ско­го зри­те­ля улыб­ку.

Опуб­ли­ко­ва­но в «Све­жей газе­те. Куль­ту­ре», № 5 (113), 2017, Март