В этом году все поминают 1967‑й и юбилей битловского “Сержанта”. Но для моего поколения гораздо важнее другой юбилейный год — 1987. Вот субъективная подборка произведений, вызывающих ностальгию по эпохе, не более того. Никаких “лучших”, распределения мест и принципов отбора — только то, что пробуждает воспоминания. И, конечно, все эти альбомы были услышаны в разное время. Иногда — на десять лет позже, но дух эпохи они выражают.
1 Smiths
Strangeways, Here We Come
В New Musical Express его признали “альбомом года”, я узнал об этом из чешского музыкального журнала Melodie, который выписал с огромным трудом и со словарем пытался переводить статьи. Там, кроме отчетов о “бархатной революции”, народных песенных фестивалях и Лори Андерсон печатали хит-парады, и я увидел на серой фотографии впервые Моррисси и Марра, а услышал много позже — Таня привезла кассету из Парижа, кажется. И весь образный ряд из золотой зари 90‑х. Сколько пьяных рассветов и закатов встретили мы под эти простые и правдивые строки: Girlfriend in a coma, I know /I know, it’s really serious… А в паре случаев даже девушка в коме рядом была… И было это очень серьезно и только спокойный голос Моррисси удерживал девушку в этом мире.
2 Sonic Youth
Sister
Сверхзвуковая молодость — это была просто невероятная группа. Ведь еще не было ни Кобейна, ни всей дальнейшей истории рока, а были эти злые песни и стрёмно-шумные гитары, которые захватывали сразу. В нашу страну Sonic Youth попал на волне перестройки, аж в 1988 году, и на туче в Куйбышеве знаменитый Дима “Кримзонист” рассказывал, про этот концерт в Горбушке, как Терстон Мур ногой отпихнул особо назойливого столичного “металлера”, лезшего на сцену, и перед сценой началась драка. Мы слушали, разинув рты, наверное. Дима врал, но я так и не удосужился узнать правду, хоть и мог. Так панковей. Sister надо слушать целиком. Я, слушая, всегда вспоминаю Жеку из группы “Флейтатирепозвоночник”, он был очень похож на этот альбом.
3 The Cure
Kiss Me, Kiss Me, Kiss Me
Такие красные югославские альбомы Cure в Самаре, около “Мелодии”, были всегда, и у всех были, и все как-то очень спокойно к этому двойнику относились. Ну, то есть слушали, любили, но без истерик. Вот раннего Роберта Смита тогда сильно ценили за готичность, хотя слова такого еще не пользовали. Одновременно появился такой же юговский сборник Standing on a Beach. Там вообще Цой был один-в-один! А этот шедевр, да, как иначе, казался каким-то слишком попсовым и затянутым одновременно. Теперь, оказывается, это самое щемящее и нежное ощущение от той эпохи. А я ведь стеснялся носить майку с Робертом Смитом — недостаточно он был мрачен на мой тогдашний взгляд!
4 Dead Can Dance
Within The Realm Of A Dying Sun
И вот еще один великий “мрачняк”. Тут как раз тот уровень скорби, страдания и смерти, который потребен в молодости. «В царстве умирающего Солнца». Могила на кладбище Пер-Ляшез на обложке. Но это не какая-нибудь клоунская готика, а самый настоящий декаданс. Великий. Дэд Кен Дэнс. В самом имени — упадок, рассадником которого в мире рок-музыки был тогда лейбл 4AD. Это же пароль был, своего рода, — ты “фо эй-ди” знаешь?
5 David Sylvian
Secrets Of The Beehive
А это просто одна из самых красивых пластинок в популярной музыке. Так получилось, что в момент, когда информации о музыке стало сразу много, мы многие стили восприняли из-за этого неправильно. То есть новую романтику мы узнали на самом излете, в самом ее вычурном и рафинированном виде. Мне вот скажи “новая романтика” и я сразу слышу, как начинается The Boy With a Gun. Эта пластинка очень рафинированная и изысканная, даже слишком. Осенняя в жизненном смысле. Поэтому слушать ее в юности не надо. Но мы слушали запоем, ведь такой пронзительной и проникающей музыки мне больше услышать и не довелось. Правда — самая прозрачная, слезливая, салонная акустика — величайшая! Хотя бы потому что только гений может быть искренним и манерным одновременно. Орфей!
6 Spacemen 3
The Perfect Prescription
Врать не буду, эту пластинку я послушал много позже, в третьем даже тысячелетии. Но атмосферу эпохи она сохранила и передает до сих пор. Жужжание гитар и однообразное монотонное звучание — занудство. Или медитация. Дрон, как музыкальный стиль и наивная самоуверенность сопляков в том, что они делают что-то новое и невиданное, хотя было все это уже тысячу раз, но поди ж ты, проходит лет 30 и только вот это вскрикивание сквозь жужжание — “возьми меня на другую сторону” — пока еще торкает, пока еще верим, что та сторона все-таки есть. И не только в могиле. Но самая прочная и смешная связь эпох — это Юра Шатунов на обложке. Это же 87‑й!
7 Suzanne Vega
Solitude Standing
Главную песню Сюзанн Веги про закусочную Тома, все советские люди услышали году в 1990, когда ремикс с наложенными хип-хоповыми ритмами, ворвался на вершины MTV. А у нас его как раз показывали ночью по первому каналу. В общем, айэмвейтингонэкорнэр слышали все. И всё. А вот мне повезло — в те же времена Женя Флойд, мой товарищ, нашел югославский Solitude Standing — бесплатно, думаю, такая музыка — нью-йоркский городской фолк тогда никому даром не нужен был. И в эту пластинку, и в хрупкость Сюзанны Веги я влюбился. Если вдруг не слышали — найдите время, такой неиспорченной интеллигентной музыки сейчас уже не сочиняют. Охренительно хрупко.
8 Tom Waits
Franks Wild Years
Для меня самый пьяный альбом Уэйтса навсегда связанный с Васей “Базилем”, который сам был как Уэйтс и кассету эту первым притащил. И пел пьяным Blow wind Blow — и просил ветер — унеси меня отсюда. В оперный к монтировщикам, где коньяк в буфете по за четвертак, ветер, неси! Дикие годы, как и обещает название альбома. Пластинка великая, в любом году, но при первых надрывных аккордах я вижу Базиля в кафе “Россия” на речном вокзале, мы третью пару пьем портвейн и он просит поставить нашу кассету с пьяным артистизмом и нахальством студенческого кабака. И нет ничего прекрасней, если часть твоей жизни выпала на самые дикие годы. Хоть ты и не Фрэнк.
9 10 000 Maniacs
In My Tribe
Название группы я узнал из журнала Rolling Stone. Это уже была эпоха газеты “Кумир” и запредельно смелых статей про пост-панк, мрачный стиль царил. Но благодаря Андрею Забегалову, который всегда первым находил всю новую музыку, а мимо названия “десять тысяч маньяков” Андрей пройти не мог… И вдруг оказывается, что это лучший фолк с женским вокалом. У Натали Мершант вокал незабываемо девичий и нежный. Ручеек. А про любовь к фолку с женским вокалом в Самаре можно написать сложный роман. Ну, вот, кстати, да. Возникают рядом с этой группой литературные ассоциации непременно. И не только потому, что “Hey Jack Cerouac!” был еще одной формой опознания своих.
10 Napalm Death
Scum
Этот альбом я услышал у Дениса Цедрика. Он любил находить всякую экзотику, хотя никогда не был металлистом, но только приколистом. Сочинял стихи для группы “Гаврош”, дарил Руслану Татаринцеву на свадьбу пачку списанных брошюр по сопромату и строительным конструкциям, выступал по телевизору, оформлял “Самый Плохой” — чистое искусство. Как и у Напалма — такой металический метал, как нам всегда хотелось. Потому что втайне всем мальчишкам нравится хэви-метал, а здесь такая бешеная мальчишеская энергия. Злость. Злость очень быстро превращается в Зло. Рёв переходит в хрип.
11 Element of Crime
Try To Be Mensch
Честность. Простота. Наивность. Тут они просто гениальны. Это, серьезно, один из лучших альбомов пост-панка, записанных когда-либо. И то, что это немцы из Берлина, старательно придумавшие тексты на английском языке, делает эти строки гениальными. Сколько миллионов парней в гаражах по всей Вселенной сидят и пишут тексты на английском… И мрачно это все, но как-то немного по-детски. Хотя такое детство прифронтовое — группа из Западного Берлина, первые концерты в Восточном давала нелегально. Это все очень чувствовалось при прослушивании. И сейчас чувствуется. Ну и, конечно, неотразимо бил тот факт, что Свен Регенер на обложке очень похож на моего товарища Вадика Мошина. Его помнят многие. И я теперь его вспоминаю, когда слышу
You fucked up your life
You fucked up your life
Your life is a mess
And I wonder why
You sit there and smile
Why do you smile?
Хотя песня, конечно, про девушку. И эту девушку я тоже знаю.
12 Sisters of Mercy
Floodland
Вот готика, так готика. У меня был друг Игорь, он привез в 1987 году с московской книжной ярмарки каталог издательства … не помню. Там еще книга Троицкого была на обложке, где гитара и серп. И в каталоге кроме всякой другой роскоши была книга про Sisters of Mercy с Элдричем на обложке. И это, конечно, был очень стильный чувак. Ну и в краткой аннотации к книге писалось, мол, группа играет готическую музыку. И очки у вокалиста итальянские черные. В общем, послушать “сестер” мне тогда было негде совсем, но очень хотелось. И я даже себе как-то представлял, ну, потому что уже слышал Дивижн и Кэйва. А потом откуда-то принес Floodland, кажется, Киря Цейтлин. Я его послушал — и прямо вот, как я себе весь-этот-гот и представлял — все что грезилось. Конечно, в молодости такое приводит только к одному — к ра-зо-ча-ро-ва-нию. Так я за все годы и не смог полюбить “сестер милосердия”. Но альбом мускулистый и зыбкий. И выросло из него уже не одно поколение музыкантов.
13 Marianne Faithfull
Strange Weather
Это душераздирающее произведение английского происхождения как нельзя лучше подходит к беспробудному употреблению. Грустная невыносимо. Про поломанные, разбитые мечты, когда еще тосковать, как не в 19 лет?! Марианна глубоко любима мною именно за этот глубокий женский диск. И ее молодость уже прошла и так это надрывно спето и прочувствовано тут, что хочется немедленно выпить. Вот просто пропаганда алкоголизма. Один из лучших мировых образцов. Как начинает петь Марианна своим хриплым, да, правильно, прокуренным-пропитым голосом, про Жиголо и Жиголет — сразу необратимо хочется выпить старинный коктейль. Стакан водки на пол-стакана водки. Немного подпить и немного подпеть.
14 Midnight Oil
Diesel And Dust
Я когда вижу или слышу эту группу, то сразу вспоминаю Руслана Татаринцева. Хотя он и поклонником их не был, вроде. Тут дело, видимо, в энергии и энтузиазме. Потому что именно Midnight Oil был в те времена символом позитивной энергии в рок-н-ролле. И Татаринцев тоже был таким энергичным энтузиастом, способным своротить горы. Ну или спасти аборигенов. Сделать что-то очень полезное. Дэвид Гарретт — лысый певец — даже был министром по делам наследия и культуры в Австралии! И хотя весь этот энергичный и бодрый настрой кажется сегодня наивным, но читайте выше — лысый стал министром! Настоящим. Потому что этот альбом еще и памятник той эпохе, когда рок-музыка могла менять мир.
15 U2
Joshua Tree
Про этот альбом написали все советские газеты и это, конечно, сослужило U2 не очень хорошую службу в нашей стране. Так совпало, но рок-музыку в СССР разрешили и этот альбом вышел. Весь такой пафосный, стадионный и антиимпериалистический. Красивое, но мутное ч/б в газетах. Статья в журнале “Ровесник”. И сводящий скулы своей правильностью и жизнеутверждающей силой альбом. И это же весь мир знал, что до этого были другие альбомы — нервные, злые, рвущие. Нам сразу досталось “Дерево Иешуа” — альбом рок-музыки, созданной чтобы изменить мир к лучшему. И люди в это верили. А Боно был секс-символом и ходил в черных очках в ООН.
16 Pixies
Come On Pilgrim
Благодаря Александру Астрову это услышал еще в 80‑х. Ему на фестивале в Литве подарили кассету ребята со студии 4 AD, с той самой. На кассете была группа, которую 4 AD только-только подписали и выпустили. Это было не похоже ни на что и похоже сразу на всё. На самую дебильную идеальную школьную группу. Такую же как у Чижа, но только американскую. Вообще сама возможность такой раздолбайской и в то же время мощной музыки, не мрачной, но и не слишком веселой, ироничной и неуклюжей и шумной — это было в первый раз. “Школьная группа” как архетип получила новое великолепное воплощение — с толстяком-лидером, молчуном-гитаристом, умной-девушкой-на-басу, впрочем, сначала была просто кассета и дурацкие песенки про Карибу и Эд из дэд.
17 Наутилус Помипилиус
Разлука
Альбом из 1986 года, если быть точным, но весь СССР услышал его в 1987. Это был год “Нау”. Конечно, у них не было и сотой доли нынешней известности и процента сегодняшних фэнов, но тогда люди слышали их впервые и очаровывались. Точными и увесистыми словами, слишком жесткими для нас, советско-перестроечных. Голосом и образом героя, ритмом нью вейва, саксом, настоящестью этой музыки. Тут вообще ничего не скажешь, но никакая русская группа так не ошарашивала меня своей, простите, гражданской лирикой. Потому что Кормильцев, о котором тогда никто еще и знать не знал, всегда был очень граждански ответственным поэтом. Да что тут говорить. Я помню, где и как я услышал, что Ален Делон не пьет одеколон. Есть ли русской поэзии строки сильнее?
18 Гражданская оборона
Тоталитаризм, Некрофилия и др.
В 1987 году “ГО” записала пять альбомов. Летов записал, точнее. Мне повезло его услышать почти сразу. У прогрессивной девушки Оли Толмачевой были кассеты со всем русским роком — от Пикника до первого альбома ДДТ. И “Оборона” была. Первой моей реакцией на это — досада. Я ходил в школу с купленным в Москве значком Clash, слушал Sex Pistols и очень надеялся, что наш русский панк будет таким же… утонченно-грязным что ли. Но уж совсем не таким — “мне насрать на моё лицо”. То есть я понимал, что никаким другим он быть и не может, russian punk. Приятель мой — единственный самарский панк Яша-Леди любил игру в “веснушки”. Там почти как у Летова в песне. Поэтому было обидно-досадно, но сразу понятно — это оно и есть. И вот ведь фокус какой — этот первый, самый неприятный Летов с его гадкими песнями сейчас воспринимается, как короткая вспышка настоящего и полного хаоса. АНАРХИЯ! Потому что уже в 88‑м году появится великий хит. И всё пойдет по плану.
19 Michael Jackson
Bad
Майкл был на пике величия. Даже в СССР знали про “Триллер”. А у меня даже был! Правда, “амиговский”. Но в 1986 году. И там было сразу ясно, что это невероятно крутой альбом. И все ждали следующего, потому что все уже знали, что Майкл — король поп-музыки. Новый Элвис, а может и покруче. Я приносил в школу вырезки из газеты итальянских коммунистов Unita — там мы впервые увидели этот кожаный костюм и прядь — видно было плохо — высокая печать.
И Майкл не подкачал! Bad оказался круче, чем Thriller. Не лучше, но круче. Вспомнить хотя бы Dirty Diana со Стивом Стивенсом, которого все считали, конечно, Слэшем из Ганзов. Джексон делал всё лучше всех и был полным инопланетянином. Все ведь в СССР знали, что он спит в барокамере, а число его операций… Это вообще были первые пластические операции, которые люди начали тут массово обсуждать. И нам повезло, что для нас “самый крутой заграничный певец” — именно Майкл. Хотя бы потому, что момент его наивысшего взлета не сравнится ни с чем. И, конечно, это было началом конца — последний альбом с Куинси Джонсом. Теперь мы знаем, что было дальше.
20 George Michael
Faith
Этот альбом и образ Джорджа Майкла для нашего поколения стал самым качественным, почти идеальным воплощением гей-культуры. Музыка, особенно вокал, его крашеная челка, сапоги и куртка, крест в ухе и общая атмосфера непотребства, сочащаяся отовсюду. Услышали Faith практически сразу, как он вышел — такие вещи быстро появлялись в киосках грамзаписи на кассетах. Появились фотографии из соцстрановских журналов, а потом и клипы. Джорджа Майкла после этого альбома назвали “новым Элтоном Джоном”. Не у нас, в Англии. Сейчас это слушается, как заезжанный до дыр сборник вечных хитов, а тогда это был идеал красоты и стиля, да и музыкально альбом так хорош, что и в девятом классе было понятно. На самом деле, один из краеугольных столпов популярной музыки, оказавший влияние на все-что-только-можно. Классика-классика. Поэтому уже не возбуждает. Но когда мои одноклассницы, с химией над подведенными бровями, пожирали глазами портрет Джорджа Майкла из журнала Neues Leben мысли у них были самые непристойные. Из тех, что возможны в 16 лет.
Midnight Oil (№14) — солист Питер Гарретт.
А Дэвид Гарретт — знаменитый скрипач, и ни разу не лысый))
Удивительно, но есть буквальные пересечения. “Solitude Standing”, “Withing the Realm…”, “Strange Weather” были и в моём “плейлисте”. Sonic Youth и The Cure тоже , но скорее “Daydream Nation” и “Disintegration”. При всей моей любви к 4AD, Pixies была самой нелюбимой их группой, также терпеть не мог “Sisters of Mercy”… Может быть расхождение в датах, но так ли уж важен год выпуска? На мой взгляд важен год, когда мы это услышали, а тогда год шёл за пять!