Тайная жизнь Джерома Сэлинджера. К 100-летию писателя

Сэлин­джер был не толь­ко вели­ким писа­те­лем, но и выда­ю­щим­ся затвор­ни­ком, чья жизнь сама ста­ла пред­ме­том лите­ра­тур­ных про­из­ве­де­ний. В память о вели­ком писа­те­ле — гла­ва из раз­об­ла­чи­тель­ной кни­ги Робер­та Шна­кен­бер­га «Тай­ная жизнь вели­ких писа­те­лей».

Дже­ром Дэвид Сэлин­джер воз­вел в ранг искус­ства уме­ние созда­вать себе зага­доч­ный образ, уда­лив­шись от мира, живя затвор­ни­ком и ни с кем не всту­пая в кон­так­ты. (Тот же лов­кий трюк в свое вре­мя про­де­ла­ли Гре­та Гар­бо и Говард Хьюз.)

Если судить исклю­чи­тель­но по объ­е­мам, то вклад Сэлин­дже­ра в лите­ра­ту­ру неве­лик. Но мало кого из авто­ров мож­но поста­вить на одну сту­пень с этим чело­ве­ком, кото­рый одна­жды сам факт пуб­ли­ка­ции сво­их про­из­ве­де­ний обо­звал «жут­ким втор­же­ни­ем в мою лич­ную жизнь». А ведь мно­гие писа­те­ли за такое вме­ша­тель­ство гото­вы глот­ку кому-нибудь пере­грызть.

Его визит­ная кар­точ­ка — это, разу­ме­ет­ся, роман «Над про­па­стью во ржи», мастер­ское отра­же­ние под­рост­ко­вой отчуж­ден­но­сти, кото­рое и по сей день нахо­дит отклик у веч­но всем недо­воль­ных стар­ше­класс­ни­ков и про­чих депрес­сив­ных лич­но­стей.

Глав­ный пер­со­наж кни­ги Хол­ден Кол­филд (назван­ный в честь акте­ров Уилья­ма Хол­де­на и Джо­ан Кол­филд) был отра­же­ни­ем само­го Сэлин­дже­ра, толь­ко вме­сто воен­ной ака­де­мии, где учил­ся сам писа­тель, была изоб­ра­же­на пре­стиж­ная шко­ла. Едкая иро­ни­че­ская кни­га — спи­сок все­го, что нена­ви­дел Сэлин­джер, подан­ный в фор­ме рома­на, — ста­ла для рани­мо­го и заби­то­го авто­ра-еврея пло­щад­кой, на кото­рой он мог зад­ним чис­лом ото­мстить всем, кто застав­лял его чув­ство­вать себя неудач­ни­ком. Создав еще несколь­ко книг, при­ня­тых в эйзен­хау­э­ров­скую эпо­ху — эпо­ху, когда непри­спо­соб­лен­ность к жиз­ни ста­ла едва ли не куль­том, — «на ура», Сэлин­джер стал жить в уеди­не­нии и пре­кра­тил писать.

Было ли это бег­ство от сла­вы про­дук­том болез­нен­ной уяз­ви­мо­сти? В годы, после­до­вав­шие после пуб­ли­ка­ции рома­на «Над про­па­стью во ржи», целый ряд лите­ра­тур­ных вели­чин, таких как Джон Апдайк, Аль­фред Казин и Лес­ли Фид­пер, не стес­ня­ясь, раз­но­си­ли кни­гу в пух и прах. Джо­ан Диди­он назы­ва­ла его рабо­ту «фаль­шив­кой» и руга­ла мане­ру Сэлин­дже­ра «льстить зауряд­но­сти, скры­ва­ю­щей­ся внут­ри каж­до­го из чита­те­лей, его склон­ность давать инструк­ции, как надо жить».

Может быть, все это было про­дик­то­ва­но зави­стью. В кон­це кон­цов, Сэлин­джер зара­бо­тал куда боль­ше денег и полу­чил куда боль­ше вни­ма­ния пуб­ли­ки, чем любой из зло­пы­ха­те­лей. Одна­ко неко­то­рые подо­зре­ва­ют, что кри­ти­ка тут ни при чем. Быть может, Сэлин­джер про­сто опа­сал­ся, что уже нико­гда не смо­жет в сво­ем писа­тель­стве достиг­нуть былых высот. Впро­чем, неза­ви­си­мо от при­чин, он стал одним из самых зна­ме­ни­тых в мире затвор­ни­ков.

Когда имя Сэлин­дже­ра все же всплы­ва­ет, то обыч­но в свя­зи с каки­ми-нибудь неод­но­знач­ны­ми поступ­ка­ми.

В нача­ле 1970‑х он закру­тил роман с восем­на­дца­ти­лет­ней начи­на­ю­щей писа­тель­ни­цей Джойс Мэй­нард, а через девять меся­цев бес­це­ре­мон­но вышвыр­нул ее на ули­цу. Мэй­нард жесто­ко ото­мсти­ла Сэлин­дже­ру, про­дав с аук­ци­о­на его любов­ные пись­ма и напи­сав скан­даль­ную кни­гу об их отно­ше­ни­ях.

В 2000 году дочь Сэлин­дже­ра Мар­га­рет тоже напи­са­ла мему­а­ры, изоб­ра­зив отца в весь­ма нелест­ном виде. С ее точ­ки зре­ния, чело­век, поко­рив­ший целое поко­ле­ние чита­те­лей сво­и­ми бай­ка­ми о труд­но­стях взрос­ле­ния, на деле был угрю­мым сто­рон­ни­ком дис­ци­пли­ны, пил соб­ствен­ную мочу и насаж­дал вокруг себя дав­но вышед­шие из упо­треб­ле­ния расо­вые пред­рас­суд­ки, почерп­ну­тые из ста­рых гол­ли­вуд­ских филь­мов.

«Для мое­го отца все люди, чей род­ной язык испан­ский, были либо пуэр­то­ри­кан­ски­ми прач­ка­ми, — писа­ла она, — либо без­зу­бы­ми ухмы­ля­ю­щи­ми­ся типа­ми, похо­жи­ми на цыган из филь­мов бра­тьев Маркс». Когда Мар­га­рет выбра­ла себе в мужья чер­но­ко­же­го муж­чи­ну, Сэлин­дже­ра чуть кон­драш­ка не хва­ти­ла. Он пре­ду­пре­дил дочь, что смот­рел фильм, в кото­ром белая жен­щи­на вышла замуж за чер­но­го музы­кан­та, и послед­ствия это­го бра­ка были ката­стро­фи­че­ские.

Уеди­нив­шись в сво­их нью-гэмп­шир­ских вла­де­ни­ях, Сэлин­джер про­дол­жал писать. Гово­рят, у него в доме оста­лось несколь­ко сей­фов вели­чи­ной с ком­на­ту, запол­нен­ных гото­вы­ми или нахо­див­ши­ми­ся в рабо­те руко­пи­ся­ми. Вре­мя от вре­ме­ни Сэлин­джер про­го­ва­ри­вал­ся, что, может быть, вот-вот выпу­стит новый роман, но все­гда успе­вал пере­ду­мать. Он кате­го­ри­че­ски отка­зы­вал­ся про­да­вать пра­ва на экра­ни­за­цию сво­их работ и не давал ходу любым их пере­ра­бот­кам и про­дол­же­ни­ям, при­над­ле­жа­щим не его перу. В заве­ща­нии Сэлин­дже­ра вро­де как есть стро­ки, запре­ща­ю­щие сни­мать филь­мы по его кни­гам и после смер­ти авто­ра.

Само собой, недо­стат­ка в день­гах он не испы­ты­вал. «Над про­па­стью во ржи» еже­год­но рас­хо­дит­ся тира­жа­ми свы­ше 250 000 экзем­пля­ров, вдох­нов­ляя под­рост­ков-бун­та­рей по все­му миру. В этом есть некая горь­кая иро­ния судь­бы, но вели­чай­шее про­из­ве­де­ние Сэлин­дже­ра так­же ста­ло настоль­ной кни­гой для пси­хов-оди­но­чек и потен­ци­аль­ных манья­ков-убийц.

В момент задер­жа­ния Марк Дэвид Чэп­мен, застре­лив­ший Джо­на Лен­но­на в декаб­ре 1980 года, сжи­мал в руках потре­пан­ное изда­ние «Над про­па­стью во ржи». Поз­же Чэп­мен заявил, что на убий­ство его вдох­но­вил Хол­ден Кол­филд. Если в Гол­ли­ву­де хотят, что­бы зри­те­ли сра­зу опо­зна­ли в герое чуди­ка (взять к при­ме­ру запу­тав­ше­го­ся пара­но­и­ка из филь­ма «Тео­рия заго­во­ра» в испол­не­нии Мэла Гиб­со­на), у того обя­за­тель­но на пол­ке ока­зы­ва­ет­ся «Над про­па­стью во ржи». «Я боюсь людей, кото­рым нра­вит­ся над „Про­па­стью во ржи“», — пела в 1991 году инди-рок-груп­па «Too Much Joy». Можем ли мы винить их за это?

Танцы на палубе

Самый зна­ме­ни­тый в мире отшель­ник когда-то лихо отпля­сы­вал лати­но­аме­ри­кан­ский танец кон­гу. В 1941 году Сэлин­джер был ответ­ствен­ным за раз­вле­че­ния на бор­ту кораб­ля «Кунг­схольм», рос­кош­но­го швед­ско­го лай­не­ра, достав­ляв­ше­го состо­я­тель­ных пас­са­жи­ров в Вест-Индию. Поз­же он исполь­зо­вал свой опыт в рас­ска­зе «Тэд­ди», дей­ствие кото­ро­го про­ис­хо­дит на оке­ан­ском лай­не­ре.

Унатик

Когда Сэлин­дже­ру было два­дцать с неболь­шим, он встре­чал­ся с Уной О’Нил, доче­рью дра­ма­тур­га Юджи­на О’Нила. Сэлин­джер пола­гал, что они пре­крас­ная пара, но тут его обо­шел на пово­ро­те смеш­ной чело­ве­чек в котел­ке. Чар­ли Чап­лин вскру­жил Уне голо­ву, и вско­ре они поже­ни­лись, несмот­ря на трид­цать шесть лет раз­ни­цы в воз­расте. Раз­гне­ван­ный Сэлин­джер напи­сал Уне злое и ядо­ви­тое пись­мо, где в мерз­ких подроб­но­стях изло­жил, как он пред­став­ля­ет себе ее первую брач­ную ночь с Чап­ли­ном.

Я женился на нацистке

Вот и гово­ри­те о ком­плек­сах! Сэлин­джер все­гда стес­нял­ся сво­е­го еврей­ско­го про­ис­хож­де­ния, этой же чер­той он наде­лил мно­гих сво­их лите­ра­тур­ных отпрыс­ков. При этом Сэлин­джер, воз­мож­но, — един­ствен­ный еврей, кото­рый по соб­ствен­ной воле женил­ся на нацист­ке. Это про­изо­шло в послед­ние меся­цы Вто­рой миро­вой вой­ны, когда Сэлин­джер слу­жил офи­це­ром контр­раз­вед­ки в окку­пи­ро­ван­ной Гер­ма­нии. В его обя­зан­но­сти вхо­ди­ло допра­ши­вать мел­ких фашист­ских чинов­ни­ков. Сэлин­дже­ра уго­раз­ди­ло влю­бить­ся в одну из них — в жен­щи­ну по име­ни Силь­вия (или Сали­ва, как звал ее Сэлин­джер). Нель­зя ска­зать, что­бы аме­ри­кан­ские род­ствен­ни­ки Сэлин­дже­ра при­ня­ли откро­вен­ную анти­се­мит­ку Силь­вию с рас­про­стер­ты­ми объ­я­ти­я­ми. Их союз про­дер­жал­ся все­го несколь­ко меся­цев, после чего Силь­вия отча­ли­ла обрат­но в фатер­ланд.

А еще он сказал бы, что я должен вас пристрелить

Когда в 1951 году роман «Над про­па­стью во ржи» был выбран кни­гой меся­ца, у орга­ни­за­то­ров этой пре­стиж­ной пре­мии воз­ник­ли про­бле­мы из-за туман­но­го назва­ния кни­ги. Пре­зи­дент клу­ба, вру­чав­ше­го пре­мию, обра­тил­ся к писа­те­лю с прось­бой назвать кни­гу как-нибудь по-дру­го­му,

Сэлин­джер ледя­ным тоном отка­зал­ся. «Хол­де­ну Кол­фил­ду, — объ­яс­нил он, — это не понра­ви­лось бы».

Не желаете ли кружку пи…?

По сло­вам его доче­ри Мар­га­рет, Сэлин­джер пил соб­ствен­ную мочу. Не для удо­воль­ствия, конеч­но, а в меди­цин­ских целях. В Индии ури­но­те­ра­пия прак­ти­ку­ет­ся более пяти тыся­че­ле­тий, мно­гие верят, что она обла­да­ет замет­ным цели­тель­ным дей­стви­ем. А еще ею мож­но отбе­ли­вать зубы.

Патологический гомеопат

Ури­но­те­ра­пия была не един­ствен­ной вет­вью народ­ной меди­ци­ны, инте­ре­со­вав­шей Сэлин­дже­ра. В раз­ные годы он увле­кал­ся сай­ен­то­ло­ги­ей, гомео­па­ти­ей, аку­пунк­ту­рой и уче­ни­ем сек­ты Цер­ковь Хри­ста. Он обо­ру­до­вал себе в при­строй­ке соля­рий с метал­ли­че­ски­ми отра­жа­те­ля­ми и под­жа­ри­вал­ся там, пока кожа не ста­но­ви­лась тем­но­ко­рич­не­вой. Когда он пере­шел на мак­ро­био­ти­че­скую дие­ту, лицо его при­об­ре­ло устра­ша­ю­щий зеле­ный отте­нок, а изо рта, по сло­вам домо­чад­цев, отвра­ти­тель­но воня­ло.

Испы­ты­вать аль­тер­на­тив­ные мето­ды лече­ния на себе самом ему было мало. Когда слу­ча­лось забо­леть кому-то из его детей, Сэлин­джер впа­дал в бешен­ство и отка­зы­вал­ся отды­хать, пока не най­дет нуж­ное имен­но при этой болез­ни гомео­па­ти­че­ское сред­ство. Он мог часа­ми рыть­ся в кни­гах по нетра­ди­ци­он­ной меди­цине, ища лекар­ство от про­сто­го насмор­ка.

Когда речь шла об аку­пунк­ту­ре, «док­тор» Сэлин­джер при­дер­жи­вал­ся совсем уж несу­раз­ных мето­дов. Он избе­гал обыч­ных игл, отда­вая пред­по­чте­ние тол­стым дере­вян­ным дюбе­лям (вро­де тех, каки­ми скреп­ля­ет­ся мебель «IКЕА»). Это при­чи­ня­ло паци­ен­там страш­ные муче­ния. Его дочь Мар­га­рет опи­сы­ва­ет свои ощу­ще­ния так: «Буд­то тебе под кожу про­пи­хи­ва­ют тупой каран­даш». Сэлин­джер пытал­ся выле­чить сво­е­го про­сту­див­ше­го­ся сына Мэтью, при­дав­ли­вая одним из сво­их вол­шеб­ных дюбе­лей костяш­ки паль­цев ребен­ка. Маль­чик орал от боли, но раз­жа­ло­бить отца ему не уда­ва­лось. «У тебя, тво­ей мате­ри и сест­ры самый низ­кий боле­вой порог, какой я когда-либо видел, — вор­чал Сэлин­джер-стар­ший. — Ты так вопишь, буд­то в тебя попал заряд шрап­не­ли!» Неуди­ви­тель­но, что дети ста­ра­лись скрыть свои недо­мо­га­ния от мило­го папоч­ки.

Лягушонка в коробчонке

Во вре­мя, сво­бод­ное от бес­че­ло­веч­ных меди­цин­ских опы­тов над детьми, Сэлин­джер любил нена­дол­го забрать­ся в свой пер­со­наль­ный оргаз­мот­рон. Это вме­сти­ли­ще из дере­ва и листо­во­го метал­ла, рас­счи­тан­ное на одно­го чело­ве­ка, было изоб­ре­те­но в 1930‑е годы пси­хо­ана­ли­ти­ком-мошен­ни­ком Виль­гель­мом Рай­хом. Короб­ка раз­ме­ра­ми 150×60×60 сан­ти­мет­ров, назы­вав­ша­я­ся орго­но­вым акку­му­ля­то­ром, яко­бы накап­ли­ва­ла «оргон», саму сущ­ность жиз­ни. (Мно­гие так­же вери­ли, что устрой­ство дей­ству­ет на сидя­ще­го внут­ри как мощ­ный сек­су­аль­ный сти­му­ля­тор.) В нача­ле 1950‑х подоб­ные маши­ны про­да­ва­лись бой­ко, как горя­чие пирож­ки, пока аме­ри­кан­ское пра­ви­тель­ство не объ­яви­ло их шар­ла­тан­ством и не поса­ди­ло изоб­ре­та­те­ля в тюрь­му. (Для справ­ки: Райх одна­жды бесе­до­вал с Аль­бер­том Эйн­штей­ном пять часов кря­ду. В кон­це бесе­ды он ска­зал: «Теперь вы пони­ма­е­те, поче­му все дума­ют, что я сума­сшед­ший». Эйн­штейн доба­вил: «И пони­маю, како­во им при­хо­дит­ся».

Сила болтовни

Духов­ные иска­ния Сэлин­дже­ра напо­ми­на­ли короб­ку кон­фет ассор­ти. Родив­шись в иудей­ской семье, он пере­про­бо­вал дзэн-буд­дизм, веди­че­ский инду­изм и даже хариз­ма­тич­ное хри­сти­ан­ство. Посе­тив в Нью-Йор­ке молель­ный дом, он так впе­чат­лил­ся, что, вер­нув­шись в Нью-Гэмп­шир, начал гово­рить на раз­ных язы­ках. Его дочь одна­жды нашла его в при­строй­ке для зага­ра впав­шим в глос­со­ла­лию (это про­из­не­се­ние непо­нят­ных, бес­смыс­лен­ных зву­ков в состо­я­нии рели­ги­оз­но­го экс­та­за; в неко­то­рых рели­ги­оз­ных направ­ле­ни­ях счи­та­ет­ся, что таким обра­зом чело­век может раз­го­ва­ри­вать с Богом на непо­нят­ном для него само­го язы­ке).

Увидимся в суде!

Сэлин­джер ярост­но защи­щал непри­кос­но­вен­ность сво­ей лич­ной жиз­ни, то и дело пода­вая в суд, что­бы отпуг­нуть потен­ци­аль­ных био­гра­фов. В 1988 году он выиг­рал тяж­бу с Иэном Гамиль­то­ном и обя­зал его не вклю­чать в био­гра­фию фраг­мен­ты его (Сэлин­дже­ра) част­ной пере­пис­ки. Когда иран­ские кинош­ни­ки в 1998 году зате­я­ли не согла­со­ван­ную с авто­ром экра­ни­за­цию «Фрэн­ни и Зуи», Сэлин­джер натра­вил на них сво­их адво­ка­тов.

Даже одной его угро­зы подать в суд обыч­но было доста­точ­но, чтоб про­ти­во­по­лож­ная сто­ро­на отка­за­лась от сво­их наме­ре­ний. Такие кино­пер­со­на­жи, как Тер­ренс Манн из филь­ма «Поле меч­ты» в испол­не­нии Джейм­са Эрла Джон­са и Уильям Фор­ре­стер, сыг­ран­ный Шоном Кон­не­ри в филь­ме «Най­ти Фор­ре­сте­ра», изна­чаль­но осно­вы­ва­лись на обра­зе Сэлин­дже­ра, но в ходе съе­мок были изме­не­ны, что­бы избе­жать каких бы то ни было обви­не­ний.

Мой герой

Сын Сэлин­дже­ра Мэтью Сэлин­джер в 1990 году сыг­рал супер­пат­ри­о­та и супер­ге­роя «Капи­та­на Аме­ри­ку» в одно­имен­ном филь­ме.

Смерть

Сэлин­джер умер есте­ствен­ной смер­тью в сво­ём доме в Нью-Гэмп­ши­ре 27 янва­ря 2010 года в воз­расте 91 года. Его наслед­ни­ка­ми назва­ны тре­тья жена Колин О’Нил-Закшески-Сэлинджер и сын Мэтью.