Сергей Филиппов: Люди интересные, материальная база требует приведения в порядок

Толь­ко фак­ты: Филип­пов Сер­гей Васи­лье­вич. Родил­ся в Куй­бы­ше­ве. Окон­чил с отли­чи­ем физи­че­ский факуль­тет Куй­бы­шев­ско­го госу­дар­ствен­но­го уни­вер­си­те­та (1990). С 1990 по 1993 год рабо­тал в Инсти­ту­те систем обра­бот­ки изоб­ра­же­ний РАН. Затем рабо­тал в ряде ком­мер­че­ских орга­ни­за­ций. С 1997 года на муни­ци­паль­ной служ­бе: кура­тор коми­те­та по соци­аль­ным вопро­сам Самар­ской город­ской думы, началь­ник отде­ла орга­ни­за­ци­он­ной рабо­ты аппа­ра­та думы, началь­ник отде­ла про­то­коль­ной рабо­ты адми­ни­стра­ции горо­да Сама­ры. В 2006 году пере­шёл на рабо­ту в депар­та­мент инфор­ма­ци­он­ной поли­ти­ки аппа­ра­та пра­ви­тель­ства Самар­ской обла­сти. С 2008 года – руко­во­ди­тель управ­ле­ния, с 2012 – руко­во­ди­тель депар­та­мен­та инфор­ма­ци­он­ной поли­ти­ки адми­ни­стра­ции губер­на­то­ра Самар­ской обла­сти. В мае 2015 года назна­чен врио мини­стра куль­ту­ры. С 8 июня – министр куль­ту­ры Самар­ской обла­сти.

– Сер­гей Васи­лье­вич, пер­вый вопрос. Мину­ло, будем счи­тать, сто дней…

– Да? Я не счи­таю.

– …и вы уже успе­ли позна­ко­мить­ся с учре­жде­ни­я­ми куль­ту­ры и искусств, навер­ное, всех типов; со всем слож­ным бес­по­кой­ным хозяй­ством. Какие глав­ные выво­ды сде­ла­ли вы для себя после зна­ком­ства?

– Соб­ствен­но, что я могу ска­зать? Люди есть – инте­рес­ные, про­фес­си­о­наль­ные. Основ­ная про­бле­ма – мате­ри­аль­ная база. Тре­бу­ют­ся серьез­ные сред­ства и интел­лек­ту­аль­ные уси­лия для того, что­бы это хозяй­ство в поря­док при­ве­сти. И быст­ро это­го сде­лать нель­зя.

– Но с точ­ки зре­ния финан­сов, то есть того ресур­са, без кото­ро­го невоз­мож­ны ника­кие пре­об­ра­зо­ва­ния в мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской базе сей­час не луч­шее вре­мя и всем сест­рам по серь­гам не раз­дашь. Какие основ­ные направ­ле­ния под­держ­ки вы для себя уже опре­де­ли­ли или дума­е­те, что они тако­вы­ми будут?

– Есть у нас област­ные учре­жде­ния: драм­те­атр, кото­рый дав­но тре­бу­ет серьез­ных вло­же­ний имен­но в зда­ние. Я думаю, что в тече­ние осе­ни ста­нет понят­но, каким будет план рекон­струк­ции. Зани­мать­ся этим будет, в первую оче­редь, мин­строй, а наше дело – фор­му­ли­ро­вать для них зада­чу. СамАрт – в луч­шем поло­же­нии: их стро­и­тель­ство будет про­дол­жать­ся, тут все в поряд­ке. В филар­мо­нии пока мы кар­ди­наль­но­го ниче­го не сде­ла­ем. Систе­му вен­ти­ля­ции в сле­ду­ю­щем году попра­вим, а даль­ше – будем решать, что делать с аку­сти­кой.

Была идея все-таки вер­нуть­ся к стро­и­тель­ству одно­го зда­ния, где мож­но было бы под одной кры­шей собрать все област­ные биб­лио­те­ки, но пока на это нет средств. Гово­ря об област­ных биб­лио­те­ках сле­ду­ет ска­зать о том, что основ­ная про­бле­ма не в зда­ни­ях – в вос­тре­бо­ван­но­сти биб­лио­тек сего­дня. Как они могут при­влечь чита­те­ля? Чем они могут при­влечь чита­те­ля? Для меня вопрос: а надо ли осо­бое вни­ма­ние чита­те­лей сосре­до­та­чи­вать на Интер­не­те, если речь о кни­гах?

Серьез­ных изме­не­ний тре­бу­ет ситу­а­ция с музе­я­ми. Худо­же­ствен­ный музей: на одной пло­щад­ке они живут, на дру­гой – хра­нят, тре­тью они уже кото­рый год ждут (я имею вви­ду особ­няк Шихо­ба­ло­вых). Эта разо­рван­ность фон­дов, недо­ста­ток залов – серьез­ная про­бле­ма. Быст­ро мы ее не решим, хотя с особ­ня­ком Шихо­ба­ло­вых что-то все-таки дви­га­ет­ся.

В горо­де нет нор­маль­ных выста­воч­ных залов. Кро­ме част­ных.

– Худож­ни­ки сами вино­ва­ты. У них было свое зда­ние, и они его про­да­ли! С выго­дой для кон­крет­ных физи­че­ских лиц…

– Давай­те не будем обсуж­дать, кто вино­ват. Вино­ва­ты все, и худож­ни­ки, без­услов­но. Сна­ча­ла про­да­ли, а теперь выхо­дят с про­те­ста­ми: «Нам нужен зал!» Нужен, но где день­ги взять? Этот вопрос на обсуж­де­нии. Вари­ан­ты есть. Допу­стим, пло­щад­ка рядом с музе­ем Ала­би­на, та, кото­рая в сто­ро­ну Крас­но­ар­мей­ской.

Музей Ала­би­на. Зда­ние есть, кол­лек­ция есть, музея нет. Зда­ние, конеч­но, нуж­но обсле­до­вать, занять­ся пере­пла­ни­ров­кой – спе­ци­аль­но для задач музея: не для это­го зда­ние вна­ча­ле про­ек­ти­ро­ва­лось. Его при­спо­со­би­ли наспех. Музей и сам пре­крас­но пони­ма­ет, что пока­зать есть что – нет воз­мож­но­сти это сде­лать. На обсле­до­ва­ние мы день­ги закла­ды­ва­ем в бюд­жет буду­ще­го года, нач­нем фор­му­ли­ро­вать тех­за­да­ние, даль­ше – кон­курс­ная исто­рия.

– Но преж­де чем начать про­ек­ти­ро­вать, необ­хо­ди­мо понять, под что про­ек­ти­ро­вать. Нуж­на кон­цеп­ция буду­ще­го музея.

– Конеч­но, нам нужен не про­ект зда­ния, а кон­цеп­ция музея. Поэто­му тех­за­да­ние будет не на про­ек­ти­ро­ва­ние мон­таж­но-стро­и­тель­ных работ. Про­ве­дем инже­нер­ное обсле­до­ва­ние зда­ния, пой­мем, что необ­хо­ди­мо сде­лать в первую оче­редь про­сто для того, что­бы зда­ние функ­ци­о­ни­ро­ва­ло, и можем спо­кой­но раз­ра­ба­ты­вать кон­цеп­цию и при­сту­пать к ее реа­ли­за­ции. Парал­лель­но укреп­ле­нию инже­нер­ных систем.

– В обла­сти нача­лась рефор­ма мест­но­го само­управ­ле­ния и, насколь­ко я пони­маю, в резуль­та­те этой рефор­мы город­ская власть в Сама­ре – это госу­дар­ствен­ная реги­о­наль­ная власть, а рай­он­ная – это муни­ци­паль­ная.

– Не совсем так. Тот вари­ант, о кото­ром Вы гово­ри­те, был бы навер­ное пра­виль­ным, но пока по фак­ту это не так. Пол­но­мо­чия горо­да, конеч­но, бли­же к госу­дар­ствен­ной вла­сти. И в совет­ские вре­ме­на, когда не было раз­де­ле­ния вла­сти на муни­ци­паль­ную и госу­дар­ствен­ную вет­ви, была еди­ная систе­ма госу­дар­ствен­но­го управ­ле­ния в горо­де. Сего­дня это двух­сту­пен­ча­тая систе­ма. Рай­он­ная власть – муни­ци­па­ли­тет, в его клас­си­че­ском пони­ма­нии, и город­ская – вто­рой уро­вень мест­но­го само­управ­ле­ния. С одной сто­ро­ны, власть – муни­ци­паль­ная, с дру­гой, с госу­дар­ствен­ны­ми пол­но­мо­чи­я­ми. Куль­ту­ра, насколь­ко я пони­маю, все-таки уро­вень город­ской вла­сти.

– То есть рефор­мы не повле­кут за собой пере­да­чу муни­ци­паль­ных учре­жде­ний куль­ту­ры ни в госу­дар­ствен­ную соб­ствен­ность, ни в рай­он­ное управ­ле­ние?

– Так вопрос ста­вить­ся не будет. У рай­о­нов нет пока ни пол­но­мо­чий, ни средств на это. Дру­гой вопрос: сей­час в пла­нах феде­раль­но­го уров­ня вла­сти – пере­смотр нор­ма­ти­вов обес­пе­чен­но­сти куль­тур­но­го учре­жде­ния. И это будет очень серьез­ная зада­ча для муни­ци­па­ли­те­тов: уве­ли­чи­ва­ет­ся, ска­жем, плот­ность объ­ек­тов куль­ту­ры. Дол­гое вре­мя систе­му опти­ми­зи­ро­ва­ли, пока выплес­ну­ли цели и зада­чи.

– Все област­ные учре­жде­ния одной из сво­их функ­ций име­ют орга­ни­за­ци­он­но-мето­ди­че­ское руко­вод­ство муни­ци­паль­ны­ми учре­жде­ни­я­ми того же про­фи­ля. За исклю­че­ни­ем двух направ­ле­ний: пар­ков…

– Есть област­ной парк – Заго­род­ный. Он, по-мое­му, еще с 2010 года нахо­дит­ся в веде­нии Мини­стер­ства лес­но­го хозяй­ства, охра­ны окру­жа­ю­щей сре­ды и при­ро­до­поль­зо­ва­ния.

– Но, по край­ней мере, у мини­стер­ства куль­ту­ры ни одно­го пар­ка нет. Как нет ни одно­го клуб­но­го учре­жде­ния. Хоро­шо ли это?

– Пло­хо. По мно­гим при­чи­нам. У нас мето­ди­че­ским цен­тром высту­па­ет Агент­ство соци­о­куль­тур­ных тех­но­ло­гий, кото­рое в том чис­ле и клуб­ной рабо­той зани­ма­ет­ся. Но образ­цо­во-пока­за­тель­но­го клу­ба нет. А отсут­ствие нор­маль­но­го ДК при­во­дит к тому, что все наши теат­раль­ные пло­щад­ки рабо­та­ют как кон­фе­ренц-залы, как залы для про­ве­де­ния тех меро­при­я­тий, кото­рые как раз в боль­шом ДК мог­ли бы про­хо­дить. Вынуж­ден­ная исто­рия. И в бли­жай­шее вре­мя, я думаю, она не будет реше­на. Если толь­ко в рам­ках под­го­тов­ки к чем­пи­о­на­ту мира: есть про­ект стро­и­тель­ства боль­шо­го кон­церт­но­го зала, а может и ДК все-таки.

– Есть же учре­жде­ние (от него, на моей памя­ти, город пытал­ся изба­вить­ся раза три), кото­рое сей­час как образ­цо­во-пока­за­тель­ное не рабо­та­ет, но кото­рое прак­ти­че­ски пусту­ет – ДК Лит­ви­но­ва.

– Город не так уж пыта­ет­ся изба­вить­ся от него. И до област­но­го уров­ня, на мой взгляд, не дотя­ги­ва­ет.

– Все рав­но стро­ить?

– Стро­ить. Та же исто­рия, что с музе­ем Ала­би­на: есть зда­ние, постро­ен­ное по дру­гой идео­ло­гии. Оно совер­шен­но не соот­вет­ству­ет сего­дняш­ним тре­бо­ва­ни­ям. И пытать­ся его дотя­ги­вать будет доро­го и, навер­ное, бес­по­лез­но. Дешев­ле постро­ить новое, с новы­ми стро­и­тель­ны­ми тех­но­ло­ги­я­ми, и сра­зу закла­ды­вать туда все, что нам нуж­но. У нас ведь дей­стви­тель­но мно­го твор­че­ских кол­лек­ти­вов, кото­рым места нет.

– У меня есть при­мер – мой дав­ний това­рищ, быв­ший зам­ми­ни­стра мос­ков­ской куль­ту­ры Еле­на Зелен­цо­ва, в свое вре­мя взя­лась за ДК ЗИЛа (более чем арха­ич­ное зда­ние с допо­топ­ным содер­жа­ни­ем) и суме­ла создать на его пло­ща­дях плац­дарм для инно­ва­ций. И потом, ДК Лит­ви­но­ва рас­по­ло­жен в рай­оне, где ника­ких дру­гих «оази­сов куль­ту­ры» вооб­ще нет.

– Закон об изме­не­нии нор­ма­ти­вов, кото­рый сей­час гото­вит мин­культ, содер­жит тре­бо­ва­ние, по кото­ро­му каж­дый рай­он горо­да будет иметь свой ДК.

– А пар­ки? Ведь после того, как, на мой взгляд, абсо­лют­но без­дум­ную идею стро­и­тель­ства ста­ди­о­на напро­тив эле­ва­то­ра погу­би­ли, воз­ник­ла очень здо­ро­вая идея: не сде­лать ли там парк?

– В прин­ци­пе эта идея жива. Вопрос в инве­сти­ци­ях. Про­ект вполне жиз­не­спо­соб­ный. Его мож­но кор­рек­ти­ро­вать, с ним мож­но рабо­тать. Но суще­ствен­ной частью это­го про­ек­та была пар­ко­во-рекре­а­ци­он­ная зона на Стрел­ке.

Вооб­ще-то у нас есть област­ной парк. Область может этим зани­мать­ся. Про­бле­ма пар­ков, на мой взгляд, свя­за­на с тем, что пар­ки сего­дня – объ­ект бла­го­устрой­ства, в основ­ном. Поче­му и хозя­ин пар­ков у нас не мини­стер­ство куль­ту­ры.

– Это было бы очень инте­рес­но. Я могу ска­зать, если мой внук выби­ра­ет парк, то мы идем в Заго­род­ный с гран­ди­оз­ной цен­траль­ной алле­ей. Орга­ни­за­ция про­стран­ства пар­ка в общем уже завер­ше­на, ее необ­хо­ди­мо толь­ко содер­жа­тель­но насы­щать…

– Не уго­ва­ри­вай­те, я тоже Заго­род­ный парк люб­лю. Хотя боль­ше люб­лю Стру­ков­ский. Может быть, опыт пар­ка как объ­ек­та куль­ту­ры пер­вым будет реа­ли­зо­ван имен­но в Стру­ков­ском. Суще­ству­ет про­ект рекон­струк­ции пар­ка, суще­ству­ет идеи воз­рож­де­ния лет­не­го теат­ра (в дру­гом немно­го виде), стро­и­тель­ства выста­воч­но­го зала на месте бас­сей­на «Чай­ка»…

– Еще одна струк­ту­ра, ваше мне­ние о вза­и­мо­от­но­ше­ни­ях с кото­рой хоте­лось бы про­яс­нить. Общее место: все виды и направ­ле­ния тури­сти­че­ской дея­тель­но­сти объ­еди­ня­ет еди­ная для них ком­по­нен­та – куль­тур­ная. И вро­де бы депар­та­мент туриз­ма – состав­ная часть мини­стер­ства куль­ту­ры, а суще­ству­ет он сам по себе.

– В дан­ный момент рабо­та­ем мы само­сто­я­тель­но, но в феде­раль­ном мини­стер­стве есть депар­та­мент туриз­ма. С одной сто­ро­ны, куль­тур­ная состав­ля­ю­щая, навер­ное, основ­ная для Сама­ры. Хотя есть и курорт­ная состав­ля­ю­щая. Все осталь­ное ─ это туризм, собы­тий­ный и куль­тур­ный. Как мини­мум, с депар­та­мен­том туриз­ма нам рабо­тать пред­сто­ит. И мы с Маль­це­вым [руко­во­ди­тель област­но­го депар­та­мен­та туриз­ма. – В. Д.] уже начи­на­ем зани­мать­ся сов­мест­ной рабо­той.

– Один из самых важ­ных вопро­сов – вза­и­мо­от­но­ше­ние мини­стерств куль­ту­ры и обра­зо­ва­ния. До 1953 года, ведь, суще­ство­ва­ли нар­ком­прос и коми­тет по делам искусств. Потом их объ­еди­ни­ли и полу­чил­ся «тяни-тол­кай». Из внут­рен­них про­ти­во­ре­чий так до сих пор и не выбра­лись: все-таки у обра­зо­ва­тель­ных учре­жде­ний одни зада­чи, а у учре­жде­ний искусств – дру­гие. И сей­час нали­че­ству­ют непри­ми­ри­мые про­ти­во­ре­чия, не на уровне мини­стров, а на низо­вом. Я толь­ко в стра­да­тель­ном накло­не­нии могу гово­рить о кол­ле­дже куль­ту­ры, с ужа­сом наблю­даю за состо­я­ни­ем музы­каль­но­го учи­ли­ща, и, нако­нец, самая боль­шая за послед­ние 85 лет про­бле­ма: Сама­ра – един­ствен­ный город с ака­де­ми­че­ским теат­ром опе­ры и бале­та, в кото­ром нет кон­сер­ва­то­рии. Как будут раз­ви­вать­ся вза­и­мо­от­но­ше­ния двух ведомств в обо­зри­мом буду­щем и как долж­ны, на ваш взгляд раз­ви­вать­ся?

– На этот вопрос я сей­час, навер­ное, не отве­чу. В проф­тех­об­ра­зо­ва­нии есть тен­ден­ция пере­хо­да от мини­стер­ства обра­зо­ва­ния к про­филь­ным мини­стер­ствам. Пер­вые, с кого нача­ли – меди­ци­на, сель­ское хозяй­ство. Мне кажет­ся, дой­дет и до куль­ту­ры.

Вер­нуть их в веде­ние мини­стер­ства куль­ту­ры или устро­ить сов­мест­ное веде­ние? Вари­ан­ты могут быть раз­ные. Вопрос в ресурс­ной под­держ­ке, в том чис­ле и финан­со­вой. И потом, област­ной дого­во­рен­но­сти может не хва­тить. Хотя пре­це­дент все-таки есть. Хорео­гра­фи­че­ское учи­ли­ще ─ оно у мин­куль­та. Но состо­я­ние хорео­гра­фи­че­ско­го учи­ли­ща хва­лить не при­хо­дит­ся.

– Это очень слож­ная про­бле­ма. Если гово­рить исхо­дя из опы­та таких вот явлен­ных из ниче­го учи­лищ, то поми­мо реше­ния об их откры­тии все­гда при­ла­гал­ся «подъ­езд 12-ти этаж­но­го дома», в кото­ром были слу­жеб­ные квар­ти­ры для пре­по­да­ва­те­лей. Ибо необ­хо­ди­мо­го каче­ства пре­по­да­ва­те­лей, кото­рые нуж­ны для хорео­гра­фи­че­ско­го учи­ли­ща, в Сама­ре нет.

– И еще – обще­жи­тие и интер­нат, пото­му что если попа­да­ют­ся спо­соб­ные ребя­та из рай­о­нов, часто ока­зы­ва­ет­ся, что они не из не очень бога­тых семей и опла­чи­вать их про­жи­ва­ние в горо­де роди­те­ли не в состо­я­нии.

– Какой-то свет виден хотя бы? Надеж­да? Ведь, по боль­шо­му сче­ту, у минобра есть интер­на­ты, от кото­рых они мог­ли бы отка­зать­ся, если бы захо­те­ли.

– Пони­ма­е­те, для хорео­гра­фи­че­ско­го учи­ли­ща есть один разум­ный вари­ант раз­ви­тия: одно зда­ние, где будет все, ну кро­ме квар­тир пре­по­да­ва­те­лей, конеч­но. Вот есть зда­ние быв­ше­го реаль­но­го учи­ли­ща на Алек­сея Тол­сто­го. Феду­ло­вой [дирек­тор хорео­гра­фи­че­ско­го учи­ли­ща. – В. Д.] дико нра­вит­ся.

– А воен­ным?

– Мини­стер­ство обо­ро­ны – это раз. Навер­ное, мож­но было бы попы­тать­ся решить этот вопрос. Но «где день­ги, Зин?» Это еще и памят­ник ко все­му про­че­му, а зна­чит – совсем дру­гой уро­вень рас­це­нок на рекон­струк­цию. Да и не все в нем мож­но делать.

И о кон­сер­ва­то­рии. Раз­го­вор идет дав­но. И не в луч­шее вре­мя мы это обсуж­да­ем. Хотя вооб­ще-то луч­ше­го вре­ме­ни нико­гда не будет…

Есть у нас кон­сер­ва­то­рия в горо­де Тольят­ти. Еще есть, и, я думаю, все-таки она сохра­нить­ся. То, что в Сама­ре нет кон­сер­ва­то­рии, – заста­ре­лая боль.

– Мы с вами гово­ри­ли в основ­ном о мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской базе, о каких-то инсти­ту­ци­о­наль­ных осо­бен­но­стях. Но, чего гре­ха таить, каче­ствен­ный уро­вень под­го­тов­ки спе­ци­а­ли­стов, в общем, остав­ля­ет желать… Все рав­но – ори­ен­та­ция на варя­гов. Более того, в послед­нее вре­мя на варя­гов, рабо­та­ю­щих вах­то­вым мето­дом, у кото­рых где-то есть база, и они при­ез­жа­ют сюда «на сда­чу».

– Я думаю, это не толь­ко для Самар­ской обла­сти харак­тер­но.

– Я при­ве­ду один при­мер из обла­сти поли­ти­че­ских реше­ний. С чего-то тюмен­ско­му губер­на­то­ру вдруг дове­лось пой­ти на сим­фо­ни­че­ский кон­церт, и он туда пошел совер­шен­но созна­тель­но, слу­шать музы­ку. После чего, что есте­ствен­но в подоб­ных слу­ча­ях, обсу­ди­ли про­бле­мы мест­ной филар­мо­нии, дока­зы­вая, что само собой ника­кой каче­ствен­ный оркестр ни в какой Тюме­ни нико­гда не создашь. И губер­на­тор сво­ей волей обес­пе­чил про­ве­де­ние кон­кур­сов на каж­дое место в оркест­ре, на каж­дый пульт, с после­ду­ю­щей достой­ной зара­бот­ной пла­той. Теперь там игра­ют очень хоро­ше­го каче­ства выпуск­ни­ки кон­сер­ва­то­рий, в первую оче­редь – мос­ков­ской и петер­бург­ской. При­чем музы­кан­ты живут в Тюме­ни в слу­жеб­ных квар­ти­рах.

Систе­ма сти­пен­ди­а­тов в насто­я­щее вре­мя прак­ти­че­ски не замет­на. Ну, что­бы область пла­ти­ла чело­ве­ку, за то, что он учит­ся в Джу­льярд­ской шко­ле или в Москве, а потом воз­вра­ща­ет­ся и отра­ба­ты­ва­ет кре­дит. Если не отра­ба­ты­вал, воз­вра­ща­ет сред­ства, кото­рые в него вло­жи­ли. Такой систе­мы нет. Сво­их теат­раль­но­го инсти­ту­та и кон­сер­ва­то­рии не суще­ству­ет. Тогда мы или долж­ны быть настоль­ко при­вле­ка­тель­ны, что­бы чело­век меч­тал бро­сить то место, где он родил­ся, жил и где у него все хоро­шо, и при­е­хать сюда. Я не очень пони­маю, чем его мож­но зама­нить. Или ему предо­став­ля­ют карт-бланш рабо­той и пла­тят за это достой­ные день­ги.

Пока­ле­че­на вся систе­ма под­го­тов­ки и повы­ше­ния ква­ли­фи­ка­ции кад­ров кро­ме обра­зо­ва­тель­ных учре­жде­ний куль­ту­ры и искусств, где Ира­и­да Миро­но­ва зани­ма­ет­ся этим сколь­ко я себя пом­ню. Все­го осталь­но­го не суще­ству­ет ни на уровне само­де­я­тель­но­сти, ни на про­фес­си­о­наль­ном уровне. Такое мое оце­ноч­ное суж­де­ние.

Это содер­жа­тель­ный вопрос, а не мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ский. Что здесь будет про­ис­хо­дить? И потом: в тех горо­дах и стра­нах, где это­го зри­те­ля со школь­ной ска­мьи учат вос­при­ни­мать худо­же­ствен­ные тек­сты, закан­чи­ва­ет­ся про­бле­ма с инте­ре­сом зри­те­ля к собы­тию…

– С этим даже спо­рить не буду, согла­шусь сра­зу. Мож­но сколь­ко угод­но ругать совет­скую систе­му, но было при­ня­то водить детей в теат­ры, в музеи, в кино на хоро­шие филь­мы, на выстав­ки, на кон­цер­ты в филар­мо­нии, в биб­лио­те­ки — за руку из шко­лы. Эта систе­ма была пра­виль­ная. Ее надо было бы вос­ста­но­вить. Но одно очень про­стое «но»: если рань­ше систе­ма была под­креп­ле­на мате­ри­аль­но, то сей­час все забо­ты пада­ют на пле­чи роди­те­лей. Если есть в шко­ле дирек­тор либо пре­по­да­ва­те­ли, а луч­ше не один, кото­рые это все пони­ма­ют и этим зани­ма­ют­ся, то дети из этих школ ходят в театр и не про­сто так: гото­вят­ся к это­му, чита­ют про­из­ве­де­ния, по кото­рым посмот­рят спек­такль, а, воз­вра­ща­ясь из теат­ра, обсуж­да­ют уви­ден­ное на уро­ках. Если пре­по­да­ва­тель хоро­ший, он готов выслу­шать мне­ния. Все это ста­но­вит­ся цен­тром при­тя­же­ния. И для детей, и для роди­те­лей. У меня сын учил­ся в такой шко­ле, где все это было.

– Там есть вто­рая про­бле­ма. В Самар­ской обла­сти сколь­ко школь­ни­ков? Тысяч 200?

– Учи­ты­вая, что у нас поряд­ка 700 учеб­ных заве­де­ний по обла­сти (школ). В Сама­ре око­ло 170.

– Хоро­шо, тысяч 300 – 400, навер­ное. А теперь пред­ставь­те, что все учи­те­ля и дирек­то­ра при­ве­ли моз­ги в поря­док и пове­ли детей в музеи, теат­ры. Для того что­бы 300 000 чело­век хотя бы два­ра­за в год схо­ди­ли в театр, у нас для это­го столь­ко поса­доч­ных мест нет. Вот ком­плекс­ная про­бле­ма ─ обра­зо­ва­ния и куль­ту­ры. Я стал­ки­ва­юсь с про­бле­ма­ми кино­об­ра­зо­ва­ния, и не в автор­ской шко­ле, в кото­рой учил­ся ваш сын, а в обыч­ной, при­двор­ной шко­ле шаго­вой доступ­но­сти, где нор­ми­ру­ет­ся все, в том чис­ле вне­школь­ная рабо­та. Там есть объ­ек­тив­ные орга­ни­за­ци­он­ные труд­но­сти, кото­рые сто­ят перед пре­по­да­ва­те­лем.

– С одной сто­ро­ны, нор­ма­тив­ная систе­ма не спо­соб­ству­ет все­му это­му. И средств на то, что­бы запла­тить за биле­ты в театр либо ком­пен­си­ро­вать эти рас­хо­ды теат­ру, нет. Но есть один нюанс. Во-пер­вых, это каче­ство под­го­тов­ки новых педа­го­гов. И для школ, и для учре­жде­ний куль­тур­но­го про­фи­ля. В чем про­бле­ма? Я пока не знаю, как ее решить. Моло­дой совре­мен­ный педа­гог, при­хо­дит в шко­лу с внут­рен­ним убеж­де­ни­ем, что его обя­зан­ность доне­сти до детей мате­ри­ал. Вос­при­я­тие это­го мате­ри­а­ла его вооб­ще не инте­ре­су­ет: «Я им дал, а взя­ли они или нет, это вооб­ще не мое дело».

– Вы пра­виль­но гово­ри­те. Но если на позна­ва­тель­ном уровне они еще гото­вы, то на уровне вос­пи­та­ния души это­го вооб­ще ниче­го нет.

– А зна­е­те поче­му? Пото­му что мы 20 лет гово­рим о том, что в зада­чи систе­мы обра­зо­ва­ния вос­пи­та­ние не вхо­дит. Совсем. Тако­вой была госу­дар­ствен­ная поли­ти­ка. Нача­ли с того, что не долж­но быть в стране идео­ло­гии, а раз нет идео­ло­гии, зна­чит, не надо и вос­пи­ты­вать. Зачем? Неви­ди­мая рука рын­ка регу­ли­ру­ет все. В том чис­ле и это.

– Будем наде­ять­ся, что если за 20 лет уда­лось раз­ру­шить, то, может быть, за 20 лет воз­мож­но вос­ста­но­вить.

– Для вос­ста­нов­ле­ния, как все­гда, нуж­но боль­ше. Раз­ру­шить про­ще и быст­рее. Но вопрос в том, что я пока не вижу серьез­ных подви­жек. По край­ней мере, со сто­ро­ны систе­мы обра­зо­ва­ния.

– Это, к сожа­ле­нию, вопрос не для спе­ци­а­ли­стов. Это поли­ти­че­ский вопрос. Работ­ни­ки обра­зо­ва­ния ─ это вто­рое зве­но.

– Ска­жу так. При жела­нии и это воз­мож­но. И даже сей­час. Вот мы с вами гово­рим о поса­доч­ных местах в теат­раль­ных и кон­церт­ных учре­жде­ни­ях. Есть такая про­бле­ма, без­услов­но. Но вот тут това­рищ Интер­нет предо­став­ля­ет неоце­ни­мые услу­ги. Мож­но же не выхо­дя из клас­са посмот­реть в прин­ци­пе любой спек­такль, послу­шать любой кон­церт, и хотя бы этим заин­те­ре­со­вать.

– Готов поспо­рить. Пото­му что я могу сесть дома и все эти квад­ро­фо­нии Бостон­ско­го оркест­ра с иде­аль­ной запи­сью могу послу­шать. А я, дурак, иду в филар­мо­нию и слу­шаю кик­су­ю­щий оркестр, пото­му что это живое вос­при­я­тие.

– Но все-таки. Может быть, это в какой-то сте­пе­ни пал­ли­а­тив, но такая воз­мож­ность суще­ству­ет. Хотя бы к это­му мож­но при­учить. В кон­це кон­цов, если мы гово­рим про поп-куль­ту­ру, есть воз­мож­ность любую груп­пу послу­шать, но идут же на кон­церт? Один кон­церт за дру­гим, Кол­лек­тив­ное вос­при­я­тие, драйв, как сей­час гово­рят.

– И дру­гая ком­му­ни­ка­ция с испол­ни­те­лем.

– Все рав­но какая-то потреб­ность вот это послу­шать и посмот­реть появ­ля­ет­ся до того, как они при­хо­дят в зал.

– По край­ней мере, объ­яс­нить осо­бен­но­сти вос­при­я­тия худо­же­ствен­но­го тек­ста.

– Уро­ки искус­ства ─ их же вооб­ще не суще­ству­ет. А на каких уро­ках об этом гово­рить? На уро­ке лите­ра­ту­ры частич­но. Опять же, не все. Да и урок лите­ра­ту­ры сего­дня, к сожа­ле­нию, по-дру­го­му постро­ен. Вот сей­час вер­ну­ли сочи­не­ние. Дума­е­те, меня это пора­до­ва­ло? Нет. Пото­му что у этих сочи­не­ний, как и в совет­ское вре­мя, чет­кие кри­те­рии как надо писать. Из это­го ниче­го хоро­ше­го не будет. Могу ска­зать по сво­е­му школь­но­му опы­ту (а я был всю жизнь отлич­ни­ком), тер­петь не мог писать сочи­не­ния имен­но по той про­стой при­чине, что писать надо вот так. Не так, как ты это видишь. Не важ­но, хоро­шо ты это пони­ма­ешь, пра­виль­но не пра­виль­но, у учи­те­ля есть зада­ча кор­рект­но тебя попра­вить. Была чет­кая схе­ма.

Вот здесь мне повез­ло. У меня была учи­тель­ни­ца лите­ра­ту­ры ─ соуче­ни­ца Андрея Дона­то­ви­ча Синяв­ско­го, они в уни­вер­си­те­те за одной пар­той сиде­ли. Она при­е­ха­ла сюда, пото­му что тяже­ло был болен отец, и всю жизнь про­ра­бо­та­ла в шко­ле. Може­те пред­ста­вить, нача­ло 70‑х годов, а мы на уро­ке лите­ра­ту­ры дела­ли срав­ни­тель­ный ана­лиз сочи­не­ний Досто­ев­ско­го и «Масте­ра и Мар­га­ри­ты». У нас все было нор­маль­но. Нам, соро­ка школь­ни­кам, пер­со­наль­но повез­ло. А общая ситу­а­ция была, конеч­но, ужас­ная.

Спа­си­бо, Сер­гей Васи­лье­вич, за интер­вью.

Бесе­до­вал Вик­тор Долонь­ко

Фото Андрея Саве­лье­ва

Опуб­ли­ко­ва­но в изда­нии «Куль­ту­ра. Све­жая газе­та», № 14 (81) за 2015 год