Братья меньшие и Самара

Никакого житья козам

Сама­ра 80‑х годов XIX века радо­ва­ла глаз при­ез­жав­шим в город сель­ским жите­лям. По ули­цам спо­кой­но раз­гу­ли­ва­ли быки и коро­вы, козы и сви­ньи. Оза­да­чен­ный губер­на­тор А. Д. Свер­бе­ев пред­пи­сал полиц­мей­сте­ру при­нять меры «к недо­пу­ще­нию на ули­цах и пло­ща­дях бро­дя­че­го домаш­не­го ско­та и, в осо­бен­но­сти, сви­ней и коз, опу­сто­ша­ю­щих рас­ти­тель­ность в садах и пали­сад­ни­ках, и вооб­ще нано­ся­щих вред обще­ствен­но­му бла­го­устрой­ству».

3 мая 1885 года губер­на­тор пред­ло­жил город­ской думе отве­сти в Сама­ре поме­ще­ние для заго­на, «дабы поли­ция бес­пре­пят­ствен­но мог­ла заго­нять бро­дя­чий скот и при­вле­кать винов­ных хозя­ев оно­го к долж­ной ответ­ствен­но­сти», а так­же издать соот­вет­ству­ю­щее поста­нов­ле­ние.

Дума-то согла­си­лась, а нынеш­ним самар­цам пред­ло­жим самим отве­тить на вопрос, как стро­го их зем­ля­ки испол­ня­ли рас­по­ря­же­ния вла­стей.

Поживем — увидим

Точ­но неиз­вест­но, когда имен­но Сама­ра нача­ла бороть­ся с бро­дя­чи­ми соба­ка­ми. Навер­ное, с появ­ле­ни­ем собак в горо­де. Пери­о­ди­че­ски власть шла на доволь­но ради­каль­ные меры. После того как в апре­ле 1886 года соба­ка уку­си­ла шести­лет­не­го маль­чи­ка, А. Д. Свер­бе­ев пред­ло­жил город­ской думе поста­вить вопрос об истреб­ле­нии бро­дя­чих собак. Город­ская упра­ва реши­ла опре­де­лить два дня, в тече­ние кото­рых вла­дель­цы «охот­ни­чьих, ком­нат­ных, цеп­ных и тому подоб­ных собак» долж­ны удер­жи­вать их дома. Всех осталь­ных живот­ных, застиг­ну­тых на ули­цах и пло­ща­дях, над­ле­жа­ло уби­вать. Затем выпус­кать собак толь­ко с ошей­ни­ка­ми, а боль­ших, кро­ме того, и в наморд­ни­ках. К делу при­вле­ка­лись пожар­ные. Было истреб­ле­но 358 «бро­дяг», рас­хо­ды соста­ви­ли 102 руб­ля и 2 копей­ки.

Соба­ки, впро­чем, осо­бо истреб­лять­ся не хоте­ли. И в мае сле­ду­ю­ще­го года губер­на­тор вновь про­сил город­ско­го голо­ву П. В. Ала­би­на без­от­ла­га­тель­но при­нять меры и создать для это­го отдель­ную коман­ду.

Про­шло еще несколь­ко лет. В фев­ра­ле 1895 года глас­ные думы опять обсуж­да­ли, что делать с бес­хоз­ны­ми соба­ка­ми. Пред­ла­га­лось, отло­вив их, неко­то­рое вре­мя дер­жать в ого­ро­жен­ном месте и уни­что­жать толь­ко в слу­чае неяв­ки вла­дель­цев…

Груст­но, но эта же про­бле­ма сто­я­ла в повест­ке дня город­ских вла­стей и в совет­ское вре­мя. А может, несчаст­ные бро­дя­чие соба­ки исчез­нут толь­ко тогда, когда обще­ство ста­нет гуман­нее?

Скотина и скоты

В 1920‑е годы самар­цы часто жало­ва­лись «на бес­че­ло­веч­ное обра­ще­ние извоз­чи­ков» со сво­и­ми лошадь­ми. «Лупить без раз­бо­ру по чему попа­ло и чем попа­ло лоша­дей, изне­мо­га­ю­щих под непо­силь­ной тяже­стью, у извоз­чи­ков вошло в посто­ян­ную при­выч­ку. На заме­ча­ния со сто­ро­ны про­хо­жих в луч­ших слу­ча­ях слы­шит­ся „Не твоё дело“, а в худ­ших — отбор­ная матер­щи­на».

Учи­ты­вая, что мили­ция оста­ва­лась совер­шен­но рав­но­душ­ной к это­му бес­пре­де­лу, самар­цы пред­ла­га­ли создать обще­ство покро­ви­тель­ства живот­ным. Мож­но пред­ста­вить, как бед­ные сив­ки и каур­ки радо­ва­лись уве­ли­че­нию в горо­де чис­ла гру­зо­вых машин.