Доктор филологии в сетях

– В Интер­не­те вы?..

– C кон­ца 96-го. Тогда жур­нал «Пуш­кин» вме­сте с Руне­том про­во­дил кон­курс интер­нет-лите­ра­ту­ры. Мы зашли и ска­ча­ли «Низ­ший пило­таж», про­из­ве­де­ние нико­му еще неиз­вест­но­го Бая­на Ширя­но­ва [Кирил­ла Воро­бье­ва, недав­но ушед­ше­го из жиз­ни. – Ред.]. Он и побе­дил в этом пер­вом серьез­ном кон­кур­се худо­же­ствен­ных тек­стов, кото­рых не суще­ство­ва­ло на бумаж­ных носи­те­лях. Пред­се­да­те­лем жюри, кста­ти, был име­ни­тый бумаж­ный автор – Андрей Битов. Ну а в 2006‑м я заре­ги­стри­ро­ва­лась в «Фейс­бу­ке». Под вли­я­ни­ем моей кол­ле­ги Ната­льи Соко­ло­вой. У нее была дис­сер­та­ция о фор­ми­ру­ю­щей­ся куль­ту­ре Web 2.0, о том, как сети меня­ют про­цес­сы и обу­че­ния, и соци­аль­но­го вза­и­мо­дей­ствия. Тер­мин «пар­ти­си­па­тор­ная куль­ту­ра» – куль­ту­ра не вер­ти­каль­ной транс­ля­ции зна­ний, а сов­мест­но­го дей­ствия – я впер­вые услы­ша­ла от Ната­льи, очень вооду­шев­лен­ной новым трен­дом. И она всех уго­ва­ри­ва­ла заве­сти стра­нич­ку в ФБ.

– Вас там ниче­го не шоки­ро­ва­ло?

– Интер­нет – вещь по опре­де­ле­нию интер­ак­тив­ная. Каков поль­зо­ва­тель, таков у него и Интер­нет. Знаю людей, кото­рые бук­валь­но живут в «Фейс­бу­ке» и при этом воз­му­ща­ют­ся: «В ФБ – одни него­дяи!» Мой «Фейс­бук» достав­ля­ет мне удо­воль­ствие. Я обща­юсь лишь с теми, кто не вызы­ва­ет у меня оттор­же­ния. «Фейс­бук» – это ты.

– И не такое уж ноу-хау, если не счи­тать соф­та и желе­за. Суще­ство­ва­ли же и в ана­ло­го­вую эпо­ху сети: кухон­ные поси­дел­ки, впис­ки хип­пов­ские…

– Да тот же блат. Сете­вые вза­и­мо­дей­ствия были все­гда. Про­сто сеть ста­ла гло­баль­ной.

– Но и в ней все по уса­деб­кам.

– Зато лег­ко изме­нить кон­фи­гу­ра­цию. Попро­буй­те в реа­ле, если у вас зна­ком­ства в обра­зо­ва­нии, при­об­ре­сти зна­ком­ства сре­ди, допу­стим, сан­тех­ни­ков. При­дет­ся при­ло­жить уси­лия. А здесь вы сде­ла­е­те это не напря­га­ясь. Вооб­ще, Интер­нет так глу­бо­ко вошел в мою жизнь, что если я ока­зы­ва­юсь там, где его нет, ста­но­вит­ся как-то никак.

– Это назы­ва­ет­ся «под­се­ла».

– Про­сто сло­жи­лись тех­но­ло­ги­че­ские при­выч­ки. Это же такой помощ­ник! Писа­ла «Тюра­там» [роман, луч­шая кни­га 2015 г. по вер­сии Bigvill. – Ред.]. Пона­до­би­лись казах­ские выра­же­ния. Разу­ме­ет­ся, нуж­ны были толь­ко созву­чия. Но я долж­на была понять и семан­ти­че­ские свя­зи. Откры­ваю пере­вод­чик с казах­ско­го! Он полон ком­мен­та­ри­ев. Где в Сама­ре я это най­ду? Пой­ду в биб­лио­те­ку, ста­ну часа­ми рыть­ся в фон­дах, и не факт, что обна­ру­жу. Или, напри­мер, нуж­на мел­кая справ­ка: зна­че­ние сло­ва, поня­тия, в каком году напи­са­на кни­га, кем…

– У неко­то­рых к све­де­ни­ям из Интер­не­та доволь­но скеп­ти­че­ское отно­ше­ние.

– Я не раз­де­ляю это­го скеп­си­са. Выска­ки­ва­ет раз­ное. Но, напри­мер, Вики­пе­дия не вызы­ва­ет у меня недо­ве­рия. Допус­каю, что пре­тен­зии могут быть у пред­ста­ви­те­лей спе­ци­фи­че­ских наук. Но для гума­ни­та­ри­ев, тем более обу­ча­ю­щих­ся, для школь­ни­ков, сту­ден­тов Вики­пе­дия – непло­хой пер­вич­ный мате­ри­ал. Дру­гое дело, когда воз­ни­ка­ет необ­хо­ди­мость в серьез­ной науч­ной лите­ра­ту­ре. Тут надо уметь оце­нить, что перед тобой: пуб­ли­ка­ция с авто­ри­тет­но­го ресур­са или рефе­рат какой-нибудь Тани.

– Вот для это­го и нуж­ны в Сети док­то­ра наук. Чтоб ори­ен­ти­ро­ва­ли.

– У меня в лен­те часто зада­ют вопрос: какие кни­ги по такой-то теме почи­тать? Недав­но девуш­ка, фило­лог, спро­си­ла – и целая биб­лио­гра­фия. Мгно­вен­но! Очень удоб­но. Но надо пони­мать: в гума­ни­тар­ной сфе­ре транс­мис­сия, то есть пере­да­ча зна­ния с пози­ции авто­ри­те­та, – это то, что чело­век осу­ществ­ля­ет не толь­ко сво­ей ква­ли­фи­ка­ци­ей, но и сво­ей лич­но­стью и всей сво­ей жиз­нью. Есть, конеч­но, авто­ри­те­ты, кото­рые в Интер­не­те сфор­ми­ро­ва­лись. Но и они все­гда выхо­дят за его пре­де­лы. В той же лите­ра­ту­ре. Не так мно­го фигур, кото­рые как авто­ры роди­лись и полу­чи­ли при­зна­ние в Сети. Но они есть. И они есть, как пра­ви­ло, уже и за пре­де­ла­ми Сети. Тот же Баян Ширя­нов. Его и в бума­ге сего­дня мож­но про­честь.

– Гово­рят, изда­те­ли спе­ци­аль­но по сетям рыщут: кого бы издать.

– Не ищут. У них и так мно­го пред­ло­же­ний. Дру­гое дело, когда нефор­маль­ный авто­ри­тет сете­во­го авто­ра рас­тет, рас­тет, рас­тет и в кон­це кон­цов дости­га­ет тако­го уров­ня, что им невоз­мож­но не заин­те­ре­со­вать­ся. Но что­бы какой-нибудь Ваня бро­сил что-то на «Проза.ру» или на «Стихи.ру», и к нему нача­ли ломить­ся изда­те­ли… Это­го не будет нико­гда. Лич­ные зна­ком­ства, дове­рие, репу­та­ция – все эти инсти­ту­ты рабо­та­ют, как и преж­де. Интер­нет – лишь инстру­мент. А вот пре­по­да­ва­ние он меня­ет. Рань­ше пре­по­да­ва­тель вста­вал перед сту­ден­та­ми и гово­рил, что в такое-то вре­мя в лите­ра­ту­ре шли такие-то про­цес­сы, были созда­ны такие-то про­из­ве­де­ния, таких-то авто­ров… Сего­дня глав­ное – моти­ви­ро­вать чело­ве­ка к полу­че­нию зна­ний и сфор­ми­ро­вать у него ком­пе­тен­цию, о кото­рой мы с вами гово­ри­ли. Чтоб чело­век знал, что, загля­нув в «Жур­наль­ный зал», он полу­чит лите­ра­ту­ру, про­шед­шую опре­де­лен­ный отбор. А на «Прозе.ру» полу­чит сам­из­дат. Это не зна­чит, что на «Прозе.ру» не может пуб­ли­ко­вать­ся гени­аль­ный писа­тель. Может. Но толь­ко име­на в лите­ра­ту­ре опре­де­ля­ют­ся, к сожа­ле­нию, не гам­бург­ским сче­том, а вот эти­ми вот репу­та­ци­он­ны­ми веща­ми – соци­аль­ны­ми, ком­му­ни­ка­тив­ны­ми, на кото­рые отча­сти рабо­та­ет и Интер­нет.

– Воз­вра­ща­ясь к ваше­му сете­во­му опы­ту. Для вас как для писа­те­ля «Фейс­бук» – это что?

– Я исполь­зую ФБ в том чис­ле и для того, что­бы напо­ми­нать о себе как о писа­те­ле. Но, напри­мер, у Соро­ки­на акка­ун­тов нет. И у Пеле­ви­на нет. То есть они, может, в Сети и при­сут­ству­ют, но под дру­ги­ми име­на­ми. А если зай­де­те в ФБ на акка­унт Дмит­рия Быко­ва, то обна­ру­жи­те, что сам Быков не выкла­ды­ва­ет там ниче­го. Дру­гие люди сооб­ща­ют о его лек­ци­ях, встре­чах, пере­да­чах. Как част­ное лицо он там не пред­став­лен, и я не знаю, пред­став­лен ли в иных сетях. Но мы с вами живем в горо­де, где фак­ти­че­ски нет изда­тельств. И я нача­ла пуб­ли­ко­вать­ся в Сети. У меня был опыт бумаж­ной пуб­ли­ка­ции, но я поду­ма­ла: «Черт возь­ми! Ведь я сама суще­ствую в Интер­не­те».

Даже если у меня есть кни­га, и она же есть в Сети, я ее ска­чи­ваю и читаю с план­ше­та. Осо­бен­но удо­бен план­шет в слу­чае тек­стов, в кото­рые не нуж­но вчи­ты­вать­ся. Про­сто зна­ко­мишь­ся. Или уже чита­ла и надо осве­жить в памя­ти. Ско­рость чте­ния с план­ше­та суще­ствен­но выше. У меня, во вся­ком слу­чае. Дома огром­ное коли­че­ство книг, издан­ных в 60‑е, 70‑е, 80‑е, 90‑е… После план­ше­та – не могу их читать. Настоль­ко неги­ги­е­нич­на там поли­гра­фия. А на план­ше­те шрифт мож­но сде­лать любым. И, кста­ти, заме­ти­ли? Совре­мен­ные кни­ги – Cоро­кин, послед­нее изда­ние Пеле­ви­на (а сто­ят они очень доро­го, 800 руб­лей книж­ка) – выхо­дят в фор­ма­те план­ше­та. Широ­чен­ные поля, огром­ные бук­вы. Конеч­но, это в какой-то сте­пе­ни арха­и­зи­ру­ет людей. Но и щадит. Одна­ко если вы в науч­ной рабо­те цити­ру­е­те худо­же­ствен­ное про­из­ве­де­ние, то вы его долж­ны цити­ро­вать по кни­ге. И обя­за­тель­но при­лич­но­го изда­ния. Такое же отно­ше­ние к жур­наль­ным ста­тьям. У жур­на­ла долж­на быть репу­та­ция. Сей­час уже начи­на­ют допус­кать ссыл­ку на интер­нет-ресурс. Когда, напри­мер, речь идет об архив­ных мате­ри­а­лах. Но и это дол­жен быть ува­жа­е­мый пор­тал. Такой, как, ска­жем, ostrovaksenov.ru, где выло­же­ны мате­ри­а­лы о Васи­лии Аксе­но­ве. И про­из­ве­де­ния, и чер­но­ви­ки, и интер­вью, и пись­ма, и вос­по­ми­на­ния – бери и пиши содер­жа­тель­ную лите­ра­ту­ро­вед­че­скую рабо­ту. Ну и уже мно­гие изда­тель­ства, солид­ные в том чис­ле, пере­хо­дят на элек­трон­ные кни­ги.

– Кро­ме поли­гра­фии, Интер­нет что-то еще поме­нял в лите­ра­ту­ре?

– Сти­ли­сти­ку. Я и за собой заме­чаю. Как лите­ра­ту­ро­вед я смот­рю на про­из­ве­де­ние, ино­гда и на соб­ствен­ное, как на рече­вую кон­струк­цию и вижу вли­я­ние сетей. Кри­ти­ки гово­рят: с поэ­зи­ей у нас нор­маль­но, у нас с про­зой пло­хо. С инно­ва­ци­он­ной про­зой. И это прав­да. Мно­гие пишут по ста­рым лека­лам. Боль­шие, мно­го­слов­ные про­из­ве­де­ния в 600 – 700 стра­ниц. Думаю, у сего­дняш­не­го чита­те­ля на такие повест­во­ва­ния нет вре­мен­но­го ресур­са. И те из писа­те­лей, кто раз­де­ля­ет эту точ­ку зре­ния, ста­ра­ют­ся текст сжать. Пишут коро­че. Лапи­дар­ней. И идет ори­ен­та­ция на субъ­ек­тив­ность. А посты в Сети – они ведь тоже субъ­ек­тив­ны и крат­ки. В сти­ле Льва Тол­сто­го – пано­рам­ным обзо­ром и все­об­щим зре­ни­ем – такое уже…

– Не катит.

– Нет. Про­за ста­но­вит­ся более интим­ной, но про­бле­ма­ти­ка рас­ши­ря­ет­ся.

– Маши­не­рия, о кото­рой мы с вами гово­рим, здо­ро­во, конеч­но же, упро­ща­ет и когни­тив­ный, и, воз­мож­но, даже твор­че­ский про­цесс. Но не упло­ща­ет ли чело­ве­ка?

– Она уни­что­жа­ет память. Умбер­то Эко как-то заме­тил: «Чело­век начал глу­петь, когда изоб­рел пись­мен­ность». Преж­де он хра­нил инфор­ма­цию в соб­ствен­ном теле, а с пись­мен­но­стью начал запи­сы­вать эту инфор­ма­цию на внеш­них носи­те­лях. И этот про­цесс, види­мо, про­дол­жа­ет­ся. Вы заме­ча­ли, каким бы гром­ким ни было медий­ное собы­тие, три дня – и буд­то не было? А кни­га собы­тие фик­си­ро­ва­ла, и мож­но было вос­про­из­ве­сти его в памя­ти, в эту кни­гу загля­нув. Ну и чело­ве­ка она меня­ет, эта маши­не­рия. Сту­ден­ты – они уже и антро­по­ло­ги­че­ски изме­ни­лись.

– Голов­ка усох­ла?

– Я о пове­де­нии. Физи­че­ски-то мы не боль­но меня­ем­ся. Так вот, нынеш­ние сту­ден­ты при­вык­ли рабо­тать кол­лек­тив­но. Поко­ле­ние «ВКон­так­те». Им инте­рес­ней выпол­нять груп­по­вые зада­ния. И они в них более успеш­ны. И, конеч­но, Интер­нет вос­пи­ты­ва­ет поверх­ност­ность, слов нет. Рань­ше, если чело­век не знал ниче­го о сто­ли­це Австра­лии, так он ниче­го и не знал. Какая, гово­ри­те, там сто­ли­ца? Пять минут – и забы­вал. Это все, на что у него хва­та­ло опе­ра­тив­ной памя­ти. Да он и не пре­тен­до­вал. А когда под рукой у него Интер­нет, ему кажет­ся, что он все что угод­но может узнать и очень быст­ро во всем разо­брать­ся.

– Что, если все идет к тому, чем пуга­ли Стру­гац­кие в «Вол­ны гасят ветер»? Рас­пад чело­ве­че­ства. Гени­аль­ные люде­ны и люди с одним на всех сете­вым моз­гом.

– Очень может быть. Но свя­за­но это не толь­ко с Интер­не­том. Хотя с Интер­не­том тоже. Кста­ти, зна­е­те, поче­му дети тор­чат в Интер­не­те? Пото­му что боль­шин­ство роди­те­лей, вы уж изви­ни­те за рез­кость, детей не любят. Они дума­ют, детей любить – это чмо­ки-чмо­ки. Они не хотят отда­вать им само­го доро­го­го – вре­ме­ни. Вклю­чи­ли ребен­ку комп, а что­бы не лез, куда не надо, мы тебе кон­троль поста­вим.

– Дума­е­те, не нахо­дят спо­со­ба обой­ти?

– Я рабо­та­ла со сту­ден­та­ми фил­фа­ка, со сту­ден­та­ми поли­те­ха и обна­ру­жи­ла, что и те, и дру­гие не так уж хоро­шо под­ко­ва­ны тех­ни­че­ски. Чего гово­рить о школь­ни­ках. Они сидят в сетях, и стал­ки­ва­ешь­ся уже с тем, что и «Вордом»-то не вла­де­ют, посколь­ку им «Ворд» не нужен. У них – магия. Про­грам­му надо было одну запу­стить на заня­ти­ях. И маль­чик запус­ка­ет. Спра­ши­ваю: «Что ты дела­ешь? Рас­ска­жи». Пожи­ма­ет пле­ча­ми. «Это, – гово­рит, – магия». Он не пони­ма­ет, как устро­е­но. Что есть сиг­нал, он коди­ру­ет­ся, рас­ко­ди­ру­ет­ся… Меди­а­тео­ре­тик Борис Гройс пишет, что так воз­ни­ка­ет поч­ва для обо­жеств­ле­ния: при­пи­сы­ва­ние тех­но­ло­гии зла или еще чего-то сугу­бо чело­ве­че­ско­го. Да что ком­пью­тер! Боль­шин­ство людей не зна­ет, как рабо­та­ет теле­ви­зор. Вклю­ча­ешь в розет­ку – и магия.

– Новое Сред­не­ве­ко­вье. Но я вот еще про язык хоте­ла спро­сить…

– Язык меня­ет­ся. Изме­не­ния эти есте­ствен­ны, как изме­не­ния в чело­ве­че­ском теле. Помни­те – лет десять, навер­ное, про­шло, – был в ходу олбан­ский язык? Сей­час им непри­лич­но в «Фейс­бу­ке» поль­зо­вать­ся. Во вся­ком слу­чае, в той обла­сти «Фейс­бу­ка», где я суще­ствую. Там не при­ня­то писать под чужим име­нем, ковер­кать сло­ва. При­ня­то запя­тые ста­вить. Постить содер­жа­тель­ные тек­сты, пуб­ли­ко­вать ком­мен­та­рии по суще­ству. Очень люб­лю посты Сер­гея Нико­ла­е­ви­ча Зен­ки­на. Это неболь­шие эссе о совре­мен­ной куль­ту­ре, искус­стве, эти­ке. И вид­но, что отре­дак­ти­ро­ва­но. Что чело­век раз­мыш­лял, под­би­рал сло­ва. В вир­ту­аль­ной жиз­ни, как и в реаль­ной, все зави­сит от того, с кем ты обща­ешь­ся. В том чис­ле и язык.

---

* КА: в еги­пет­ской мифо­ло­гии – один из эле­мен­тов чело­ве­че­ской сущ­но­сти, вто­рое Я.

Вопро­сы зада­ва­ла Свет­ла­на ВНУКОВА

Член Сою­за жур­на­ли­стов Рос­сии, «Золо­тое перо губер­нии».

Фото Евге­ния АНДРЕЕВА

Опуб­ли­ко­ва­но в «Све­жей газе­те. Куль­ту­ре», № 15 (123), 2017, Сен­тябрь