Наследие: , ,

Воспоминания в ля-миноре

14 октября 2016

bek2

Уже после осложнения болезни, будучи между коляской и кроватью, он постоянно звонил мне и буквально требовал: «Игорь, давай займемся организацией 25-го джазового фестиваля». Стойкость друга меня восхищала и радовала, он упорно не хотел признавать своего реального состояния. Но, увы, жизнь распорядилась иначе.

В 1962 г мы вместе со Львом Бекасовым организовали в Куйбышеве третий в СССР джаз-клуб.Меня тогда выбрали его первым президентом, а после моего отъезда из Куйбышева клубом стал руководить именно Лев. Третьим президентом уже в конце семидесятых стал Валерий Коннов. Всего под крышей джаз-клуба за прошедшие годы было проведено 24 фестиваля           под названием «Джаз-весна». Причем, фестиваль уже в шестидесятых годах стал очень

престижным и популярным с географией от Ташкента и Новосибирска до Львова, Калининграда и Баку. В нем в разные годы принимали участие все нынешние мэтры отечественного джаза, а в жюри заседали АнатолийКролл, Игорь Лундстрем, Юрий Саульский и другие.  25-й фестиваль мы планировали провести в 2012-ом, в год 50-летия джаз-клуба, но организационные трудности не позволили это сделать. Возможно в 2017 г к следующему юбилею этот фестиваль все же состоится.

bek

А со Львом Бекасовым мы сдружились еще в пятидесятых, причем сошлись на любви к музыке, на увлечении джазом. Я начал «лабать» к ужасу и негодованию преподавателей еще в годы учебы в музыкальной школе, а Лев впервые взял в руки саксофон в ремесленном училище, а затем недолго играл в оркестре клуба ГРЭС под управлением Альберта Староквашева. После трехлетней армейской службы Лев в 1957 г пришел ко мне, чтобы узнать обстановку в музыкальной жизни города, поскольку я тогда уже был пианистом в лучшем в городе клубном оркестре в «Дзержинке», самом популярном месте «тусовок» тогдашней передовой молодежи.  На другой день я привел Льва к нам на репетицию и мне стоило больших трудов уговорить руководителя оркестра взять Леву седьмым в группу саксофонов, да и то только пока на репетиции без выхода на выступления. Но природная музыкальность Льва позволила ему очень быстро освоиться в оркестре, и в конце сезона он уже сидел за пультом первого саксофона.

А в 1958 г Бекасов организовал оркестр в Политехническом институте, куда сам поступил учиться. Этот ВУЗ уже давно был самым джазовым в городе, в том числе когда оркестром там руководилизвестный энтузиаст джаза Григорий Галочкин, а затем великолепный барабанщик Борис Комаров. В 1955 г мне и самому, еще школьнику, довелось поиграть в этом оркестре.  С приходом Льва Бекасова, а также других талантливых музыкантов, включая пианиста Владимира Виттиха и трубача Бориса Брюханова, оркестр стал чисто джазовым и вообще одним из лучших в городе.

Середина прошлого века обозначила «период технарей» в истории отечественного джаза, и кто-то даже назвал его «годами инженерного призыва в джаз». Действительно, обучения эстрадно-джазовой музыке в стране тогда просто не существовало вообще, и на сцене в этом жанре оказывались или не очень удачно и по необходимости переучившиеся «академисты» с образованием музучилища или даже консерватории, или талантливые музыканты-самоучки из других профессий. Но архитектор Олег Лундстрем, станкостроитель Георгий Гаранян или дизайнер Алексей Козлов на столичной сцене, к счастью, закрепились капитально. Самара здесь тоже не стала исключением: в рядах джазовых музыкантов у нас были ученые, инженеры, преподаватели, студенты технических и гуманитарных вузов, в том числе несколько уже состоявшихся или потенциальных кандидатов и докторов технических наук. Многие из них и сегодня не порывают с музыкой, хотя и остаются верными избранной инженерно-технической профессии.

Лев Бекасов успешно делал профессиональную карьеру, причем был просто увлечен своей технической специальностью, что признавали и его коллеги по университету и студенты.  Он успешно подготовил и защитил кандидатскую диссертацию и до конца жизни работал доцентом в родном «Политехе», ставшем затем уже Государственным техническим университетом. А в последние годы Лев Бекасов активно трудился над темой докторской диссертации, был весь в этом и всегда спешил поделиться с друзьями и знакомыми сделанными в ходе работы научными находками. Помню, как на какой-то выставке в художественном музее он очень увлеченно и азартно пересказывал положения информационной системы обеспечения в области медицинских приборов широкого назначения, удерживая за пуговицу пиджака стоящего перед ним известного художника Вадима Сушко. Тот просто не решался прерывать Леву, и мне тогда пришлось прийти ему на помощь, бесцеремонно вклинившись в разговор с парой свежих анекдотов.

В восьмидесятых годах мы со Львом отошли от активного участия в музыкальной жизни, а традицию джазовых фестивалей тогда продолжил пианист Григорий Файн при том, что джаз-клуб существовал в эти годы уже чисто номинально, Но вот после тридцатилетия организации клуба в 1993 г  в разговоре  ветеранов прозвучало предложение Бекасова возобновить проведение фестивалей , и  мы с группой уже совсем не юных энтузиастов, соратников еще по джаз-клубу шестидесятых, решили «тряхнуть стариной» и провели 17-й фестиваль. В нем тогда принял участие и возрожденный Бекасовым в стенах уже СГТУ джазовый ансамбль. Сначала это была прекрасно подобранная пятерка саксофонов с ритм-группой. Причем, Лев постоянно оставался в роли «играющего тренера» с саксофоном в руках. Затем этот ансамбль был уже доведен до состава биг-бэнда с добавлением труб и тромбонов.

А 17-й фестиваль стал очень представительным, поскольку после многих лет закрытости оборонно-космического Куйбышева в город разрешили въезд иностранцам. И тогда на джазовую сцену в Самаре впервые вышел известный английский саксофонист Билл Скит, ветеран, успевший поработать и с Эллой Фитцджеральд. Фестиваль проходил в Дзержинке, мне довелось его открывать на сцене и при этом я назвал тогда старейший клуб «роддомом самарского джаза». Этот лейбл затем надолго закрепился, а на сцене фестиваля выступило немало интересных музыкантов, в том числе вышли к роялю и джазовые технари – доктора технических наук Юрий Сеницкий и Владимир Виттих.

А с нашим английским гостем Биллом Скитом тогда произошла забавная история. В антракте мы с ним вместе вышли на улицу ко входу. Двери Дзержинки находятся прямо напротив главного входа Областного управления ФСБ, что уже не считалось тайной, и я, указав Биллу на солидные двери, произнес слово «КГБ». Билл вдруг неожиданно исчез. А через пару минут появился вновь с саксофоном на шее и фотокамерой, которую вручил мне, а сам перешел дорогу и, взяв в руки саксофон, вытянулся у дверей солидной конторы рядом с красной вывеской. Вместе со мной тогда сделать пару щелчков фотоаппаратов успели и находящиеся здесь же журналисты. На другой день местные газеты вышли с уникальной фотографией английского джазмена с саксофоном у дверей КГБ.

bek3

Биг-бэнд «Ритм» под управлением Льва Бекасова работал практически до конца первого десятилетия двухтысячных годов, когда ректорат СГТУ вдруг потерял к нему интерес и перестал поддерживать и помогать в работе. В это время Лев уже пригласил к себе дирижером известного самарского музыканта Вячеслава Клюшина, поскольку одному работать ему стало достаточно сложно. Но, увы, вскоре самобытный и интересный оркестр просто распался, хотя есть информация о попытках молодых музыкантов возродить биг-бэнд. Будем надеяться, что это сделать удастся.

В своей музыкальной практике Лев Бекасов всегда большой интерес проявлял к участию в оркестре молодежи. Еще в бэндеПолитеха в шестидесятых годах в оркестре впервые в жизни взяли в руки саксофоны ставшие затем прекрасными профессионалами и работавшие в Москве Юрий Юренков, Эдурад Серебряков, а также работавший руководителем ансамбля Гурьевской филармонии Эдуард Доманский. Способная певица Нина Крюкова была замечена тогдашним председателем жюри куйбышевского фестиваля Анатолием Кроллом, и он пригласил ее на работу в свой уже знаменитый оркестр. Школу оркестра СГТУ прошло и немало молодых музыкантов уже третьего поколения российских джазменов. Многие из них именно здесь познали азы свинга, хотя сегодня играют современный джаз в ведущих ансамблях Москвы, Питера, а кто-то нашел себя и на джазовой сцене Европы или Америки.

Лев Бекасов предпочитал делать для своего оркестра собственные аранжировки. Нельзя сказать, что все, включая первые, были безукоризненны, но Лев довольно быстро самостоятельно освоил премудрости сложного процесса переложения музыки для состава джазового биг-бэнда. Нередко он включал в репертуар оркестра весьма далекие от джаза мелодии. Так, лучшей аранжировкой одного из фестивалей были признаны «Половецкие пляски» Бородина из «Князя Игоря».

С возрождением биг-бэнда СГТУ регулярными стали организуемые по предложению Бекасова джазовые вечера в Самарском Доме ученых, базе и главной концертной площадке оркестра «Ритм». В этих концертах также принимали участие другие музыканты Самары, Москвы, а также джазмены из Европы и Америки. Концерты в Доме ученых были очень популярны, проходили при полном аншлаге и при символической стоимости билетов. Автору довелось быть ведущим всех этих вечеров и еще сегодня, после многих лет их закрытия, меня часто останавливают на улицах любители музыки и спрашивают о сроках их возобновления. Были и другие интересные вечера. Так в 1995 г по предложению Бекасова прошел уникальный вечер в Мраморном зале художественного музея. В программе «Как все начиналось» нафоне шедевров мировой живописи выступали ветераны, с которых джаз начинался у нас еще в сороковых-пятидесятых годах.

Мировому джазу сегодня сто лет. Можно говорить о семидесяти-восьмидесяти этой музыки у нас в городе. И за этот период было немало замечательных энтузиастов, благодаря которым Самара и сегодня остается в числе джазовыхпионеров страны. Одно из первых в этом списке вне сомнения имя Льва Степановича Бекасова.

ИГОРЬ ВОЩИНИН

член Гильдии джазовых критиков России

Aviasales

  • 28
    Поделились

1 комментарий к “Воспоминания в ля-миноре

  1. Я играл у Бекасова с в 1965 по 1968г начинал со 2й трубы, а потом первый саксафон альт уже давно не играю, т.к. пальцы скрючились, но репетиции и выступления в составе его оркестра до сих пор бальзам на мою душу. Жаль что в Самаре нынче с джазом, я имею в ввиду самодеятельным все плохо. Лёве царствие Небесное. Светлый был человек.

Добавить комментарий для Борис Чудаков Отменить ответ