В преддверии баховского юбилея

Тема­ти­ка вполне тра­ди­ци­он­ная. Неод­но­крат­но быва­ла я на кон­цер­тах бароч­ной музы­ки и в Петер­бур­ге, и в Москве, и в Дом­ском собо­ре Риги, и в Лон­доне, в Аль­берт-хол­ле. Но память услуж­ли­во под­ска­зы­ва­ет: не те кон­цер­ты, а дру­гой — в род­ной Сама­ре, в Мра­мор­ном зале худо­же­ствен­но­го музея.
Воз­мож­но, сов­па­де­ние и слу­чай­ное, но он состо­ял­ся почти 20 лет назад — и так­же в кон­це зимы, назы­вал­ся «Музы­ка эпо­хи барок­ко». В нем при­ни­ма­ли уча­стие Самар­ский моло­деж­ный камер­ный оркестр под управ­ле­ни­ем Васи­лия Беля­ко­ва, Вик­тор Дрож­ни­ков (флей­та), Алек­сандр Хаба­ров (фор­те­пи­а­но), Татья­на Побе­рез­ки­на (чем­ба­ло), Мари­на Зуб­ча­ни­но­ва (мец­цо-сопра­но).
В то вре­мя кон­цер­ты про­во­ди­лись с завид­ным посто­ян­ством, поче­му же вспом­нил­ся имен­но этот? Может, пото­му что в роли веду­щей высту­па­ла тогда Анна Кар­по­ва. В то вре­мя она толь­ко окон­чи­ла музы­каль­ное учи­ли­ще и нача­ла рабо­тать пре­по­да­ва­те­лем в музы­каль­ной шко­ле, впе­ре­ди были годы обу­че­ния в Ниже­го­род­ской кон­сер­ва­то­рии, годы осво­е­ния тайн ремес­ла испол­ни­те­ля-орга­ни­ста под чут­ким руко­вод­ством про­фес­со­ра Т. Боч­ко­вой, и толь­ко потом она смог­ла состо­ять­ся в каче­стве орга­ни­ста церк­ви Свя­то­го Геор­га. Пер­вой сво­ей спе­ци­аль­но­сти — музы­ко­ве­де­нию — Анна оста­лась вер­на, ее диплом­ная рабо­та и кан­ди­дат­ская дис­сер­та­ция посвя­ще­ны иссле­до­ва­нию про­блем, свя­зан­ных с орган­ной музы­кой. Не тот ли дав­ний кон­церт опре­де­лил судь­бу Анны?
Вто­рая испол­ни­тель­ни­ца, флей­тист­ка Анна Лазан­чи­на, так­же музы­ко­вед, доцент СГИК. Если бы был жив ее отец дири­жер Васи­лий Беля­ков, он, без­услов­но, гор­дил­ся бы ею. И тем, что окон­чи­ла два факуль­те­та Сара­тов­ской кон­сер­ва­то­рии име­ни Л. В. Соби­но­ва, и тем, что оста­лась в про­фес­сии, и глав­ное — тем, что про­дол­жа­ет зани­мать­ся испол­ни­тель­ской дея­тель­но­стью, кото­рую он счи­тал в музы­ке наи­глав­ней­шей.
Испол­ни­те­ли заду­ма­ли пока­зать музы­ку немец­ко­го барок­ко во всем раз­но­об­ра­зии жан­ров и форм. В про­грам­му вошли кон­цер­ты (соль­ный флей­то­вый и оркест­ро­вый в пере­ло­же­нии для орга­на), сона­та и сона­ти­на, пар­ти­та и вари­а­ции, отдель­ные пре­лю­дии и пре­лю­дия с фугой. Для рядо­во­го люби­те­ля музы­ки эпо­ха барок­ко свя­за­на в основ­ном с име­на­ми И. С. Баха и Г. Ф. Ген­де­ля, а пото­му кон­церт пре­сле­до­вал не толь­ко худо­же­ствен­ные, но и про­све­ти­тель­ские цели.
Испол­не­ние музы­ки пред­ва­ря­лось емки­ми ком­мен­та­ри­я­ми веду­щей — Анны Кар­по­вой. В трак­тов­ке музы­ко­ве­да фигу­ры ком­по­зи­то­ров выгля­де­ли воис­ти­ну вели­че­ствен­ны­ми и гигант­ски­ми, достой­ны­ми срав­не­ния раз­ве что с тита­на­ми Воз­рож­де­ния. Ком­по­зи­то­ры — пред­ше­ствен­ни­ки и совре­мен­ни­ки И. С. Баха — пред­ста­ли не толь­ко созда­те­ля­ми фан­та­сти­че­ско­го коли­че­ства цер­ков­ной и свет­ской музы­ки, выда­ю­щи­ми­ся дири­же­ра­ми и испол­ни­те­ля­ми на раз­ных инстру­мен­тах, педа­го­га­ми-вос­пи­та­те­ля­ми, масте­ра­ми-созда­те­ля­ми и усо­вер­шен­ство­ва­те­ля­ми инстру­мен­та­рия, но и авто­ра­ми трак­та­тов по исто­рии музы­ки и прак­ти­че­ских руко­водств по испол­не­нию музы­ки барок­ко.
Открыл­ся кон­церт вари­а­ци­я­ми Саму­э­ля Шейдта, одно­го из осно­ва­те­лей севе­ро-немец­кой орган­ной шко­лы. Наив­ная тан­це­валь­ная мело­дия гальяр­ды Доулен­да, сопро­вож­да­е­мая пест­ры­ми мажор­ны­ми тре­зву­чи­я­ми, оста­ва­лась инва­ри­ант­ной (неиз­мен­ной), укра­ша­ясь ажу­ром кон­тра­пунк­тов, фигу­ри­ро­ван­ных орна­мен­тов, темб­ро­вы­ми пере­во­пло­ще­ни­я­ми. Все это в целом созда­ва­ло настро­е­ние ожи­да­ния радо­сти, вес­ны.
В пер­вом отде­ле­нии были пред­став­ле­ны две совер­шен­но раз­ные пре­лю­дии для орга­на: одна — Геор­га Бёма — в тра­ди­ции жан­ра хораль­ной обра­бот­ки, вто­рая — Нико­лау­са Брун­са — совер­шен­но сво­бод­ная как от хора­ла, так и от какой-то опре­де­лен­ной, зара­нее задан­ной фор­мы. Во вто­рой пре­лю­ди­ро­ва­ние пере­ме­жа­лось с поли­фо­ни­че­ски­ми эпи­зо­да­ми, созда­вая ощу­ще­ние новиз­ны, непред­ска­зу­е­мо­сти, под­лин­ной импро­ви­за­ции.
Сона­ти­на Геор­га Филип­па Теле­ма­на и кон­церт Иоган­на Иоахи­ма Кван­ца были напи­са­ны как буд­то для раз­ных инстру­мен­тов. В сона­тине флей­та зву­ча­ла в мато­вом аль­то­вом реги­стре, в кон­цер­те же — слов­но купа­лась в сереб­ре пол­но­го сво­е­го диа­па­зо­на. С осо­бен­ной прон­зи­тель­ной печа­лью про­зву­ча­ли мед­лен­ные части сона­ти­ны, а при испол­не­нии кон­цер­та от А. Лазан­чи­ной слу­ша­те­лям пере­да­ва­лось чув­ство свет­лой радо­сти, вос­хи­ще­ния орга­ни­че­ской есте­ствен­но­стью мело­дич­ных тем. (Извест­но, что Кванц был вели­ко­леп­ным флей­ти­стом, а пото­му сочи­нял музы­ку не толь­ко содер­жа­тель­ную, но и удоб­ную для испол­ни­те­лей.) Сде­лать пере­ло­же­ние оркест­ро­вой пар­тии кон­цер­та для орга­на весь­ма непро­сто, эта зада­ча потре­бо­ва­ла от Анны Кар­по­вой нема­ло сил и вре­ме­ни, зато в резуль­та­те слу­ша­те­лям уда­лось позна­ко­мить­ся с этой пре­крас­ной музы­кой. Жаль толь­ко, что в неко­то­рых фраг­мен­тах орган зву­чал несколь­ко тяже­ло­вес­но, пере­кры­вая флей­ту.
Вто­рое отде­ле­ние в основ­ном было посвя­ще­но музы­ке Баха. Пре­лю­дия и фуга до минор про­зву­ча­ли очень достой­но в неожи­дан­ной суме­реч­ной реги­стров­ке (ори­ги­наль­ность при­дал тембр гобоя: обыч­но это про­из­ве­де­ние испол­ня­ют близ­ко к tutti), затем флей­та напол­ни­ла зал зву­ка­ми пар­ти­ты соло. Завер­шил­ся вечер Сона­той ми бемоль мажор для флей­ты и кла­ви­ра И. С. Баха. Толь­ко эту сона­ту музы­кан­ты испол­ня­ли и рань­ше, вся же осталь­ная про­грам­ма была при­го­тов­ле­на ими спе­ци­аль­но к это­му кон­цер­ту.
У испол­ни­тель­ниц оди­на­ко­вое пони­ма­ние испол­ня­е­мой музы­ки, они ровес­ни­цы и подру­ги — и это все мате­ри­а­ли­зу­ет­ся. Им еще мно­го­го недо­ста­ет. Напри­мер, достой­но­го мене­дже­ра. Но у них мно­го пла­нов, и я уве­ре­на, что они суме­ют их реа­ли­зо­вать, пото­му что у них есть жела­ние, энер­гия, моло­дость и талант.
***
Совсем, каза­лось, недав­но в Сама­ре откры­лось Бахов­ское обще­ство, и по это­му пово­ду здесь же, на ули­це Куй­бы­ше­ва, 117, при огром­ном сте­че­нии наро­да состо­я­лось «Музы­каль­ное при­но­ше­ние гос­по­ди­ну И. С. Баху по слу­чаю дня его рож­де­ния». До чего же радост­но и весе­ло было тогда! Народ­ный артист Олег Сви­ри­дов в шикар­ном кам­зо­ле, игра­ю­щий само­го Баха, авто­ры сце­на­рия Ната­лья Эски­на и Оль­га Ост­ров­ская, ансамбль Altera musiсa. Не было орга­на.
Появ­ле­ние насто­я­ще­го орга­на в кир­хе откры­ло новую стра­ни­цу в музы­каль­ной жиз­ни горо­да. При этом, дума­ет­ся, память не слу­чай­но так упор­но про­во­ди­ла парал­ле­ли, есте­ствен­но свя­зы­вая состо­яв­ший­ся в пят­ни­цу кон­церт с тра­ди­ци­я­ми, зало­жен­ны­ми стар­шим поко­ле­ни­ем самар­ских музы­кан­тов.

Татья­на Михай­ло­ва

Фото авто­ра

Опуб­ли­ко­ва­но в изда­нии “Куль­ту­ра. Све­жая газе­та, № 4 (71) за 2015 год