Новые лабораторные работы

Рулет­ка для режис­се­ров

С 2009 года лабо­ра­то­рия дает воз­мож­ность моло­дым режис­се­рам попро­бо­вать свои силы в поста­нов­ке спек­так­лей для детей и под­рост­ков. Мно­го вре­ме­ни эти про­бы не отни­ма­ют – рабо­та ведет­ся в экс­тре­маль­ном режи­ме: уже через 3 – 5 дней на суд зри­те­лей и кри­ти­ков нуж­но предо­ста­вить эски­зы. Игра­ют в них акте­ры СамАр­та и сту­ден­ты СГИК.

После пока­за про­хо­дит обсуж­де­ние – сна­ча­ла с детьми или под­рост­ка­ми (в зави­си­мо­сти от воз­раст­но­го цен­за), потом мне­ние выска­зы­ва­ют кри­ти­ки и руко­во­ди­те­ли лабо­ра­то­рии: дра­ма­тург Миха­ил Бар­те­нев (Москва) и теат­ро­вед, теат­раль­ный про­дю­сер Олег Лоев­ский (Ека­те­рин­бург).

Судить о спо­соб­но­стях режис­се­ра по эски­зу – зада­ча слож­ная. Это все рав­но что пытать­ся оце­нить вкус блю­да до того, как оно при­го­тов­ле­но: ори­ен­ти­ру­ясь на набор про­дук­тов и уме­ние кули­на­ра пре­зен­то­вать свои зна­ния о рабо­те на кухне. При обсуж­де­нии тре­бу­ют­ся вкус, опыт и дели­кат­ность. Так­тич­ность необ­хо­ди­ма, что­бы не нане­сти непо­пра­ви­мый ущерб твор­че­ско­му само­мне­нию поста­нов­щи­ка. Хотя об этом, кажет­ся, забо­тят­ся толь­ко кри­ти­ки. Руко­во­ди­те­ли лабо­ра­то­рии, напро­тив, в выска­зы­ва­ни­ях не стес­ня­ют­ся.

Неко­то­рые осо­бен­но удач­ные эски­зы (или пока­зав­ши­е­ся инте­рес­ны­ми руко­вод­ству теат­ра) могут вырас­ти до раз­ме­ров насто­я­ще­го спек­так­ля и занять место в репер­ту­а­ре СамАр­та. Так за девять лет афи­шу попол­ни­ли «Крас­ная Шапоч­ка», «Азбу­ка Льва Тол­сто­го», «Про само­го длин­но­го чер­вя­ка», «Пти­ца Феникс воз­вра­ща­ет­ся домой», «Девоч­ка со спич­ка­ми» и «Сто­ро­же­вая собач­ка».

Впро­чем, созда­те­ли лабо­ра­то­рии утвер­жда­ют, что ее цель – «про­ти­во­сто­я­ние сред­не­му тюзов­ско­му спек­так­лю». Глав­ная про­бле­ма сего­дняш­не­го теат­ра – «при­бли­зи­тель­но ясно». Нет под­лин­ных моти­вов. Выбор режис­се­ров для уча­стия в лабо­ра­то­рии про­ис­хо­дит почти слу­чай­но: «Сей­час в стране рабо­та­ет око­ло 40 моло­дых режис­се­ров, из них 20 уже при­ни­ма­ли уча­стие в лабо­ра­то­рии, то есть они отпа­да­ют, но зато ско­ро появят­ся 10 новых. Это рулет­ка в боль­шой сте­пе­ни».

«БАХ-БАХ-БАХ»

В этот раз выбор пал на четы­рех режис­се­ров из Моск­вы и Санкт-Петер­бур­га. Пер­вым эскиз пред­ста­вил Иван Пачин, выпуск­ник двух факуль­те­тов Щукин­ско­го инсти­ту­та: актер­ско­го и режис­сер­ско­го (курс Р. Туми­на­са и Н. Двор­жец­кой). Иван рабо­та­ет в труп­пе Теат­ра име­ни Вах­тан­го­ва и явля­ет­ся глав­ным режис­се­ром «Твор­че­ско­го объ­еди­не­ния 9». Это союз выпуск­ни­ков теат­раль­ных и музы­каль­ных вузов Моск­вы, при­зван­ный делать мобиль­ные и ком­пакт­ные спек­так­ли, что­бы их мож­но было играть не толь­ко на теат­раль­ных пло­щад­ках, но и у ребен­ка дома.

К поста­нов­ке Иван взял не то что новую, но даже еще не совсем закон­чен­ную пье­су начи­на­ю­ще­го дра­ма­тур­га Юлии Поспе­ло­вой «БАХ-БАХ-БАХ». Глав­ный герой – цир­ко­вой пес, кото­рый не может сми­рить­ся с тем, что его бро­си­ли. С тече­ни­ем вре­ме­ни ста­но­вит­ся понят­но, что хозя­ин ушел на фронт. Через попыт­ки пер­со­на­жей-живот­ных осо­знать зна­че­ние стран­ных слов «вой­на», «фронт», «геро­изм» зри­те­лям рас­кры­ва­ют­ся содер­жа­ние этих объ­ем­ных поня­тий.

В пред­став­лен­ном воз­ни­ка­ли смыс­ло­вые лаку­ны. Посколь­ку еще одна про­бле­ма, с кото­рой при­зва­на спра­вить­ся лабо­ра­то­рия, – нехват­ка пьес для детей и под­рост­ков, лите­ра­тур­ный мате­ри­ал раз­би­рал­ся так же подроб­но. Кри­ти­ки при­зна­ли очень удач­ной иде­ей пре­под­не­се­ние темы вой­ны гла­за­ми живот­ных: отра­жен­ный луч, как извест­но, бьет силь­нее. Кро­ме того, текст при жела­нии мож­но пре­под­не­сти как анти­ми­ли­та­рист­скую про­па­ган­ду: «Зве­ри не пони­ма­ют, что такое вой­на и зачем она нуж­на, зна­чит, вое­вать про­ти­во­есте­ствен­но».

Дра­ма­тург Юлия Поспе­ло­ва, при­сут­ство­вав­шая на лабо­ра­то­рии, рас­ска­за­ла, что постав­лен­ных пьес в ее био­гра­фии еще нет, но были чит­ки, эски­зы. В том чис­ле на фести­ва­ле «Люби­мов­ка», в «Театре.doc» (пье­са «Тап­ка»), на новой сцене Алек­сандрин­ско­го теат­ра («Все­го лишь игра»), в Бул­га­ков­ском теат­ре в Москве («Покер­ф­эй­се­ры» и «Герой на фоне дере­ва»). «Это был мой пер­вый опыт плот­ной сов­мест­ной рабо­ты с режис­се­ром, – при­зна­лась Юлия. – Было реше­но, что раз дра­ма­тург жив, то мож­но попро­сить о помо­щи. Не знаю, насколь­ко я помог­ла, Иван – чело­век само­сто­я­тель­ный, у него свой взгляд».

«Плохой/​хороший чело­век»

Еще одной совре­мен­ной пье­сой, пред­став­лен­ной на лабо­ра­то­рии, ста­ла «В душе хоро­ший чело­век» Свет­ла­ны Баже­но­вой. Антон Гри­цен­ко, выпуск­ник режис­сер­ско­го отде­ле­ния Санкт-Петер­бург­ской госу­дар­ствен­ной ака­де­мии теат­раль­но­го искус­ства (мастер­ская А. Андре­ева), изме­нил назва­ние на «Плохой/​хороший чело­век». Олег Лоев­ский высту­пил про­тив это­го: «Для меня это, конеч­но, ника­кой не «Плохой/​хороший чело­век», он все-таки «В душе хоро­ший чело­век», это более объ­ем­но, точ­но. Все мы в душе хоро­шие люди, вклю­чая убийц, насиль­ни­ков».

Текст пье­сы зву­чит настоль­ко совре­мен­но, что пер­вое вре­мя она кажет­ся более под­хо­дя­щей для теле­ви­де­ния, а не для сце­ны. С одной сто­ро­ны, это помо­жет нала­дить кон­такт с под­рост­ко­вой ауди­то­ри­ей спек­так­ля, если тако­вой состо­ит­ся. Но с дру­гой – не поте­ря­ет­ся ли идея за педа­ли­ро­ва­ни­ем акту­аль­но­сти быта и речи? Навер­ное, про­вин­ци­аль­ный зри­тель не при­вык, что­бы с ним раз­го­ва­ри­ва­ли на насто­я­щем сего­дняш­нем язы­ке.

«При­клю­че­ния мышон­ка Дес­пе­ро»

Маги­странт ВТУ име­ни Щеп­ки­на Свет­ла­на Мед­ве­де­ва при­ни­ма­ет уча­стие в лабо­ра­то­рии в тре­тий раз, но впер­вые – в Сама­ре. Для рабо­ты она взя­ла дет­ский бест­сел­лер – «При­клю­че­ния мышон­ка Дес­пе­ро» Кейт ДиКа­мил­ло.

В густо­на­се­лен­ном эски­зе Свет­ла­на заня­ла все про­стран­ство боль­шой сце­ны СамАр­та и зна­чи­тель­ное чис­ло акте­ров теат­ра и сту­ден­тов инсти­ту­та куль­ту­ры. Эта амби­ци­оз­ная зада­ча не поз­во­ли­ла авто­ру сосре­до­то­чить­ся ни на сюже­те, ни на дета­лях. В резуль­та­те воз­ник­ли и фабуль­ные недо­по­ни­ма­ния, и непро­ра­бо­тан­ные роли (что, конеч­но, объ­яс­ня­ет­ся и корот­ким сро­ком под­го­тов­ки). Миха­ил Бар­те­нев обра­тил вни­ма­ние на глав­ный недо­ста­ток эски­за – инсце­ни­ров­ку, из-за чего неко­то­рые не про­сто важ­ные, но цен­траль­ные моти­вы и темы вооб­ще исчез­ли.

«Ворон»

Един­ствен­ным обра­тив­шим­ся к клас­си­ке ока­зал­ся Алек­сей Лога­чев. Выпуск­ник ГИТИ­Са (мастер­ская Е. Камень­ко­ви­ча и Д. Кры­мо­ва) в этом году стал глав­ным режис­се­ром Сара­тов­ско­го ака­де­ми­че­ско­го теат­ра юно­го зри­те­ля име­ни Ю. П. Кисе­ле­ва. Он уже участ­во­вал в самар­ской лабо­ра­то­рии с эски­зом «Таран­тул – мастер кал­ли­гра­фии», кото­рый был при­нят без энту­зи­аз­ма, посколь­ку вышел невнят­но-запу­тан­ным.

Тра­ги­ко­ми­че­скую сказ­ку Кар­ло Гоц­ци «Ворон» Алек­сей пред­ста­вил в мрач­но-иро­нич­ной мане­ре. Тон­чай­шая грань меж­ду готи­че­ской эсте­ти­кой и паро­ди­ей все вре­мя дер­жа­ла в напря­же­нии, застав­ляя ловить себя на мыс­ли: «Они это серьез­но?». И даже эффект­ный финал, поз­во­ля­ю­щий отве­тить на этот вопрос отри­ца­тель­но, не поста­вил окон­ча­тель­ной точ­ки в раз­мыш­ле­нии.

Режис­сер и акте­ры ни в коем слу­чае не глу­мят­ся над зри­те­лем. Они как бы гово­рят: «Посмот­ри­те, какая кра­си­вая исто­рия… Жаль, что такая дале­кая от нас…» И с ними согла­ша­ешь­ся, пери­о­ди­че­ски пере­хо­дя из состо­я­ния «это вооб­ще не про сего­дня» в «как поэ­тич­но и изыс­кан­но».

У кого-то вкус­нее ингре­ди­ен­ты, у кого-то кра­си­вее кастрю­ля…

По эски­зам нево­ору­жен­ным гла­зом вид­но, на чем сосре­до­то­чил вни­ма­ние тот или иной режис­сер. Это зави­сит в том чис­ле и от выбран­но­го мате­ри­а­ла – если неко­то­рые тек­сты так и про­сят­ся на сце­ну, то неко­то­рые даже слож­но пред­ста­вить, как мож­но поста­вить.

К послед­ним отно­сит­ся, напри­мер, «БАХ-БАХ-БАХ». Иван Пачин все уси­лия бро­сил на пере­вод худо­же­ствен­ной услов­но­сти в реаль­ность: как изоб­ра­жать собак, гуся и козу? Как отоб­ра­зить воен­ную дей­стви­тель­ность и пока­зать ее их гла­за­ми? Антон Гри­цен­ко сосре­до­то­чил вни­ма­ние на совре­мен­но­сти обста­нов­ки, диа­ло­гов, дви­жу­щих моти­вов пер­со­на­жей, дета­лей. Свет­ла­на Мед­ве­де­ва отлич­но спра­ви­лась с под­бо­ром акте­ров на глав­ные роли и удач­но осво­и­ла про­стран­ство боль­шой сце­ны. Алек­сей Лога­чев скон­цен­три­ро­вал­ся на созда­нии готи­че­ско­го полот­на, сде­лав акцент на эсте­ти­ку и стиль: грим, пла­сти­ку, ритм дви­же­ний и поэ­ти­че­ской речи.

Лабо­ра­тор­ные опы­ты это­го года завер­ше­ны, начи­на­ет­ся рабо­та на сцене начи­сто, «вза­прав­ду».

Мар­га­ри­та Прас­ко­вьи­на

Фото Еле­ны Пол­зи­ко­вой

Опуб­ли­ко­ва­но в изда­нии «Куль­ту­ра. Све­жая газе­та» № 16 – 17 (83 – 84) за 2015 год