Своя тема

Пред­став­ле­ны раз­лич­ные тех­ни­ки, раз­но­об­раз­ные сюже­ты. Этот худож­ник не впер­вые выстав­ля­ет­ся в Доме акте­ра. И в этом есть логи­ка: Вален­ти­на мно­го лет про­ра­бо­та­ла худож­ни­ком в Самар­ском ака­де­ми­че­ском теат­ре опе­ры и бале­та, и всю жизнь перед ее гла­за­ми про­но­си­лись худо­же­ствен­ные обра­зы из бале­тов и клас­си­че­ских опер. При­чуд­ли­вый мир масок, фан­та­сти­че­ских пер­со­на­жей, мир твор­че­ских взле­тов, эмо­ци­о­наль­ных пере­жи­ва­ний – все это пере­пол­ня­ло худож­ни­ка, все вли­я­ло на твор­че­ство.

Но вот совсем недав­но Вален­ти­на Кру­ши­ни­на ста­ла рабо­тать в новой тех­ни­ке. Это рису­нок каран­да­шом по грун­то­ван­но­му хол­сту. Она обра­ти­лась и к осо­бой теме – миру кукол. Здесь мож­но уви­деть и крош­ку Цахе­са, и Коп­пе­лию, Щел­кун­чи­ка, Бура­ти­но.

Суще­ству­ет рас­хо­жее мне­ние, что худож­ник сред­не­го поко­ле­ния на про­тя­же­нии всей жиз­ни нара­ба­ты­ва­ет при­е­мы, потом повто­ря­ет их, арт-кри­ти­ку доста­точ­но видеть пару выста­вок, что­бы соста­вить мне­ние о твор­че­стве авто­ра. Неод­но­крат­но при­хо­ди­лось слы­шать от моло­дых куль­ту­ро­ло­гов, что при­сталь­но наблю­дать необ­хо­ди­мо толь­ко за моло­ды­ми худож­ни­ка­ми, а усто­яв­ши­е­ся масте­ра не откро­ют уже ниче­го све­же­го, ново­го.

На самом деле худож­ник очень дол­го накап­ли­ва­ет пере­жи­ва­ния, зна­ния, уме­ния и даже в зре­лые годы может рез­ко поме­нять свои при­о­ри­те­ты в искус­стве, пол­но­стью изме­нить живо­пис­ную мане­ру или сюжет­ные темы.

Дело в том, что худож­ни­ки свою тему нахо­дят не сра­зу. Один мастер сра­зу реша­ет, что всю жизнь посвя­тит пей­за­жам, дру­гая пред­по­чи­та­ет писать лишь цве­точ­ные натюр­мор­ты, а боль­шин­ство масте­ров деся­ти­ле­ти­я­ми ищут «свою доро­гу». И это каса­ет­ся не толь­ко тема­ти­ки. Мно­гие худож­ни­ки года­ми раз­ра­ба­ты­ва­ют свою инди­ви­ду­аль­ную мане­ру. Кто-то изу­ча­ет мане­ру рус­ских импрес­си­о­ни­стов, боль­шин­ство руко­вод­ству­ют­ся тра­ди­ци­я­ми худо­же­ствен­ной шко­лы, в кото­рой полу­че­но обра­зо­ва­ние. Мож­но про­жить пол­ве­ка и не най­ти свою тему. И мож­но на всю жизнь остать­ся уче­ни­ком сво­е­го учи­те­ля и его худож­ни­че­ской мане­ры.

Руко­вод­ству­ясь выше­ска­зан­ным, отпра­ви­лась на сви­да­ние с искус­ством. Ино­гда в глу­бине души наде­ешь­ся на чудес­ное откры­тие, и, как пра­ви­ло, ожи­да­ния не сбы­ва­ют­ся. А быва­ет наобо­рот: без­дум­но совер­ша­ешь поход в мастер­скую и полу­ча­ешь неча­ян­ную радость.

Наша встре­ча состо­я­лась и оста­ви­ла пора­зи­тель­ное впе­чат­ле­ние.

Рабо­ты Вален­ти­ны Кру­ши­ни­ной были уви­де­ны вес­ной, но пом­ни­лось о них все лето: серо­ва­тые линии каран­да­ша на белом грун­те таин­ствен­ным обра­зом сереб­ри­лись. Белый грунт на хол­сте осо­бо про­све­чи­ва­ет в тенях и на све­ту, созда­вая пер­ла­мут­ро­вую живо­пис­ную поверх­ность.

А темы-то, темы… Вот малень­кий маль­чик Алек­сей Боб­рин­ский с куколь­ным доми­ком в руках, а в его сто­ро­ну смот­рит девоч­ка из рода Голи­цы­ных – тоже с куколь­ным доми­ком в руках. Такой вот диптих на куколь­ную тему. Малень­кие парич­ки, кам­зол, пла­тьи­це на фиж­мах – все это отсве­ты из дале­ко ушед­ше­го галант­но­го века роко­ко. Отку­да они? Да все это не толь­ко уви­ден­ное и про­чув­ство­ван­ное лице­дей­ское искус­ство со сце­ны теат­ра, но и зна­ние исто­рии, почерп­ну­тое в лите­ра­ту­ре.

Сего­дня, к сожа­ле­нию, ста­ли мало читать. А Вален­ти­на Кру­ши­ни­на посто­ян­но чита­ет. Пом­ню, ока­за­лась у нее в доме лет­ним днем. И уви­де­ла на кушет­ке рас­кры­тый том из пол­но­го собра­ния сочи­не­ний Ги де Мопас­са­на. Ее герои, геро­и­ни при­шли из книг. Крош­ка Цахес, Коп­пе­лия, Бура­ти­но…

Девоч­ку и шарик изоб­ра­жа­ли мно­гие масте­ра в искус­стве. Самое извест­ное изоб­ра­же­ние у Нико Пиро­сма­ни – «Девоч­ка с шари­ком» (1900). Извест­но полот­но Сер­гея Лучиш­ки­на «Шар уле­тел» (1926) с девоч­кой в голу­бом пла­тье, оди­но­ко сто­я­щей в узком дво­ри­ке меж­ду дву­мя дома­ми. Малень­кий кло­чок неба над высот­ка­ми и уле­та­ю­щий крас­ный шарик наве­ва­ют чув­ство оди­но­че­ства и бес­при­ют­но­сти. Худо­же­ствен­ная кри­ти­ка тех лет обви­ня­ла худож­ни­ка в пес­си­миз­ме. А люди при­хо­ди­ли в залы Тре­тья­ков­ки и рыда­ли, стоя под­ле кар­ти­ны.

У Вален­ти­ны Кру­ши­ни­ной своя исто­рия на хол­сте. Вот на пер­вой ком­по­зи­ции девоч­ка пла­чет, а шарик летит над ее голо­вой, а на вто­рой – пла­чет ста­ру­ха, а шарик над голо­вой у нее голу­бо­го цве­та. Рабо­ты так тон­ко реше­ны, с исполь­зо­ва­ни­ем кон­тра­стов сереб­ри­сто­го каран­да­ша и неж­но-голу­бо­го шара. Зри­тель видит широ­кую сво­бод­ную штри­хов­ку, это немно­го огруб­ля­ет тек­сту­ру хол­ста, лишая ее при­ли­зан­но­сти, сен­ти­мен­таль­но­сти. Тон­ко и зыб­ко, в точ­ном соот­вет­ствии с поэ­ти­кой фило­соф­ско­го сти­хо­тво­ре­ния Була­та Окуд­жа­вы «Девоч­ка пла­чет…».

В волж­ских горо­дах про­цве­та­ет шко­ла пей­заж­ной живо­пи­си. Дру­гие жан­ры ред­ко быва­ют вос­тре­бо­ва­ны. И почти нет масте­ров, рису­ю­щих детей. У ребен­ка рас­плыв­ча­ты ана­то­ми­че­ские, пси­хо­ло­ги­че­ские чер­ты, пото­му не вся­кий возь­мет­ся за дет­скую тему. Вален­ти­на Кру­ши­ни­на пишет неболь­шие ком­по­зи­ции, вклю­ча­ю­щие толь­ко одну фигу­ру. И каж­дый ребе­нок пока­зан в опре­де­лен­ном состо­я­нии. Все рабо­ты сде­ла­ны не с нату­ры. Все – фан­та­зия худож­ни­ка.

***

Вер­ни­саж состо­ял­ся. Было ска­за­но мно­го теп­лых слов, пода­ре­ны цве­ты, зри­те­ли были оча­ро­ва­ны. Кто-то вер­но под­ме­тил, что в сюже­тах, в сти­ли­сти­ке при­сут­ству­ет что-то сомов­ское, что-то от насле­дия мирискус­ни­ков. Я назы­ваю это «отблес­ки модер­на в совре­мен­ном искус­стве».

С удо­воль­стви­ем под­во­дя ито­ги лета, при­по­ми­ная име­на худож­ни­ков, полот­на, листы гра­фи­ки, вер­ни­са­жи, впи­сы­ваю в хро­ни­ку худо­же­ствен­ной жиз­ни Сама­ры новое откры­тие – Вален­ти­ну Кру­ши­ни­ну. И наде­юсь на даль­ней­шее раз­ви­тие ее твор­че­ства.

Опуб­ли­ко­ва­но в изда­нии «Куль­ту­ра. Све­жая газе­та»,

№ 15 – 16 (103 – 104) за 2016 год (сен­тябрь