В жанре элегии о китах вчерашних и сегодняшних

Кон­курс име­ни Дмит­рия Бори­со­ви­ча КАБАЛЕВСКОГО силь­но зани­мал тогда умы куй­бы­шев­цев. Часа­ми велась транс­ля­ция. С вос­тор­гом под­хва­ты­ва­лись педа­го­ги­че­ские идеи Каба­лев­ско­го – помни­те? Музы­ка сто­ит на трех китах: пес­ня, танец, марш. Вооб­ще-то тра­ди­ци­он­но счи­та­ет­ся, что на трех китах сто­ит чере­па­ха… Может, музы­ка и есть чере­па­ха?
Высо­кий и худой, неот­ли­чи­мо похо­жий на Дон Кихо­та (толь­ко без копья, без Роси­нан­та, Сан­чо Пан­сы и осли­ка Серо­го), Каба­лев­ский не огра­ни­чи­вал­ся сиде­ни­ем на пред­се­да­тель­ском месте в жюри. Он охот­но выхо­дил в народ, лас­ко­во скло­нял­ся к пио­нер­чи­кам в крас­ных гал­стуч­ках (сей­час пого­ло­вье кон­кур­сан­тов силь­но взрос­ле­ет, а пио­нер­ская фор­ма без­воз­врат­но уста­ре­ла).
В этом месте ста­тьи жур­на­ли­сту пола­га­ет­ся про­явить сухость, а потом увлаж­нить свои и чита­тель­ские гла­за сле­зой. Сухость состо­ит в изло­же­нии ста­ти­сти­че­ских дан­ных. Сколь­ко кон­кур­сов про­шло? С какой пери­о­дич­но­стью? Когда и поче­му слу­чил­ся пере­рыв? Сколь­ко кон­кур­сан­тов полу­чи­ли пре­мии за эти годы? Каков будет кон­курс 2016 года?

В пер­вом (отбо­роч­ном) туре кон­кур­са в номи­на­ци­ях «Фор­те­пи­а­но», «Скрип­ка», «Ака­де­ми­че­ское соль­ное пение», «Ком­по­зи­ция», «Музы­ко­ве­де­ние» при­ня­ли уча­стие 132 моло­дых музы­кан­та в воз­расте от 10 до 25 лет из Вели­ко­бри­та­нии, Корей­ской Народ­но-Демо­кра­ти­че­ской Рес­пуб­ли­ки, Рес­пуб­лик Бела­русь и Казах­стан, а так­же из 5 феде­раль­ных окру­гов Рос­сии, 14 реги­о­нов, 30 тер­ри­то­рий и 72 учеб­ных заве­де­ний.
Самар­скую область пред­ста­вят 84 участ­ни­ка из Сама­ры, Тольят­ти, Сыз­ра­ни, Жигу-лев­ска, Ново­куй­бы­шев­ска, Октябрь­ска, Отрад­но­го и Неф­те­гор­ска.

Во вто­ром туре мастер­ство 116 юных даро­ва­ний оце­нит про­фес­си­о­наль­ное жюри, состо­я­щее из извест­ных дея­те­лей в обла­сти музы­каль­но­го искус­ства – име­ни­тых про­фес­со­ров, народ­ных, заслу­жен­ных арти­стов Рос­сии, заслу­жен­ных работ­ни­ков куль­ту­ры Рос­сий­ской Феде­ра­ции.
Пред­се­да­те­ли жюри кон­кур­са:
• ТАРАКАНОВ Аль­берт Михай­ло­вич, про­фес­сор Сара­тов­ской госу­дар­ствен­ной кон-сер­ва­то­рии име­ни Л. В. Соби­но­ва, народ­ный артист Рос­сии – номи­на­ция «Фор­те­пиа-но»;
• ПРОПИЩАН София Нау­мов­на, про­фес­сор Ниже­го­род­ской госу­дар­ствен­ной кон­сер­ва­то­рии име­ни М. И. Глин­ки, заслу­жен­ная артист­ка Рос­сии – номи­на­ция «Скрип­ка»;
• ЖУРИНА Ири­на Михай­лов­на, про­фес­сор Рос­сий­ской ака­де­мии теат­раль­но­го искус-ства, народ­ная артист­ка Рос­сии – номи­на­ция «Ака­де­ми­че­ское соль­ное пение»;
• КИРНАРСКАЯ Дина Кон­стан­ти­нов­на, про­рек­тор Рос­сий­ской ака­де­мии музы­ки име-ни Гне­си­ных, про­фес­сор, док­тор искус­ство­ве­де­ния, док­тор пси­хо­ло­ги­че­ских наук – номи­на­ции «Ком­по­зи­ция» и «Музы­ко­ве­де­ние».

«Сухость» этим огра­ни­чи­ва­ем. Пер­со­наль­ная память, субъ­ек­тив­ные впе­чат­ле­ния… Зада­дим эле­ги­че­ский вопрос: а как было пол­ве­ка назад?
Кон­кур­сан­ты-1962: пре­тен­дент­ка­ми на пер­вое место были две девоч­ки. Наша – Ната­ша Шата­ло­ва (Файн) и малень­кая пиа­нист­ка из Каза­ни. Для меня вопро­сов не было – конеч­но, наша! Не из самар­ско­го пат­ри­о­тиз­ма, а про­сто по харак­те­ру пиа­низ­ма. Во-пер­вых, очень хоро­шая шко­ла. Пре­крас­ный вкус. Во-вто­рых, мяг­кая музы­каль­ность. В‑третьих, инди­ви­ду­аль­ная инто­на­ция, свой голос. Нако­нец, арти­сти­че­ское, музы­кант­ское оба­я­ние. У три­на­дца­ти­лет­ней школь­ни­цы уже слыш­но было.
А ее казан­ская сопер­ни­ца? Рез­ко­ва­тый звук. Эта­кая сме­лость, лихость. Дер­зость. Что назы­ва­ет­ся, пио­нер­ский задор.

Д. Б. Каба­лев­ский как раз такое любил. Дер­зость плюс задор – это соче­та­ние его пре­льща­ло поче­му-то. Види­мо, пони­мал как при­ме­ты наше­го совет­ско­го дет­ства. Я име­ла честь читать пере­пис­ку чле­на жюри А. В. Фере с Каба­лев­ским. Д. Б. коле­бал­ся. А. В. меж­ду дву­мя девоч­ка­ми выби­рал более пер­спек­тив­ную имен­но в музы­каль­но-арти­сти­че­ском отно­ше­нии. Резуль­тат мы зна­ем: лау­ре­а­том пер­вой пре­мии ста­ла Ната­ша Шата­ло­ва.

Белый фар­ту­чек парад­ной школь­ной фор­мы… По-мое­му, косич­ки 13-лет­няя Ната­ша тогда еще носи­ла. Теле­ви­де­ние набе­жа­ло. Ста­ло дуб­ли сни­мать. Бес­ко­неч­ное коли­че­ство. И каж­дый раз «Экос­се­зы» Бет­хо­ве­на и фа-минор­ный «Музы­каль­ный момент» Шубер­та Ната­ша игра­ла оди­на­ко­во без­упреч­но – не уста­ва­ла от повто­ре­ний, не пуга­лась каме­ры.

Жюри: кро­ме наше­го Алек­сея Васи­лье­ви­ча, запом­ни­лось еще несколь­ко зна­ко­вых фигур. Я. И. Миль­ш­тейн, напри­мер, при­ез­жал, зна­ме­ни­тый исто­рик пиа­низ­ма, автор двух-том­но­го тру­да о Листе, друг С. Рих­те­ра. С почте­ни­ем раз­гля­ды­ва­ли. Сидел в жюри заме­ча-тель­ный пиа­нист из Горь­ко­го И. И. Кац. Каба­лев­ский пред­се­да­тель­ство­вал.

Пять­де­сят лет про­шло. 54, если быть точ­ны­ми. Мы без­воз­врат­но вырос­ли. Кон­курс тоже. Поволж­ский кон­курс юных пиа­ни­стов посте­пен­но пре­вра­щал­ся в Меж­ду­на­род­ный кон­курс моло­дых музы­кан­тов. К пиа­ни­стам доба­ви­лись скри­па­чи, вока­ли­сты, музы­ко­ве­ды и ком­по­зи­то­ры. Музы­ко­ве­де­ние рез­ко повзрос­ле­ло – доба­ви­лись кон­сер­ва­тор­цы млад­ших кур­сов. В кон­курс­ных про­грам­мах испол­ни­те­лей появи­лись, кро­ме откро­вен­но дет­ских пьес, и про­из­ве­де­ния, с кото­ры­ми, в прин­ци­пе, мож­но и на «взрос­лые» кон­кур­сы.

Взрос­ле­ет и наш кон­курс. Ско­ро усы вырас­тут…
Вот уже циф­ры XXV на кон­курс­ных афи­шах. С тре­пе­том при­сту­па­ем к оче­ред­но­му кон­кур­су Каба­лев­ско­го: на этот раз его освя­ща­ют име­на двух юби­ля­ров, двух вели­ких рус-ских ком­по­зи­то­ров ХХ века – Сер­гея Про­ко­фье­ва (125-летие со дня рож­де­ния) и Дмит­рия Шоста­ко­ви­ча (110-летие).

Дав­но ушли в про­шлое те вре­ме­на, когда кон­курс раз­во­ра­чи­вал­ся в более или менее камер­ной обста­нов­ке музы­каль­но­го учи­ли­ща. Кон­курс откры­ва­ет­ся в филар­мо­нии.
– Сей­час хор выпу­стят, – гово­рит моя сосед­ка. – Слы­шу, как они рас­пе­ва­ют­ся.
– С оркест­ром, – добав­ляю я. – Слы­шу, как вал­тор­нист разыг­ры­ва­ет­ся.
Так и про­ис­хо­дит. Откры­ва­ет­ся зана­вес – оба кол­лек­ти­ва на сцене. Хор и оркестр. Тор­же­ствен­ной «застав­кой» к боль­шой празд­нич­ной про­грам­ме ока­зы­ва­ет­ся кан­та­та Каба-лев­ско­го «Пес­ня утра, вес­ны и мира» на сло­ва Ц. Соло­да­ря для дет­ско­го хора с сим­фо­ни­че­ским оркест­ром. Испол­ни­те­ли – хор пер­вой ДМШ име­ни Д. Шоста­ко­ви­ча, ака­де­ми­че­ский сим­фо­ни­че­ский оркестр филар­мо­нии (дири­жер – народ­ный артист Рос­сии Миха­ил Щер­ба­ков).

С тре­пет­ной любо­вью встре­ча­ет пуб­ли­ка геро­ев про­шед­ших лет, лау­ре­а­тов про­шлых кон­кур­сов Каба­лев­ско­го. Выступ­ле­ние Пав­ла Наза­ро­ва в любой сбор­ной про­грам­ме дела­ет­ся сен­са­ци­ей. Самар­цы любят при­со­во­куп­лять к его име­ни сло­во «гений». Послу­шав свою музы­ку в его интер­пре­та­ции, любой ком­по­зи­тор тут же про­ник­нет­ся созна­ни­ем сво­ей важ­но­сти, зна­чи­тель­но­сти, сам сво­е­му талан­ту уди­вит­ся.
На откры­тии кон­кур­са Наза­ров сыг­рал «Праж­ский» фор­те­пи­ан­ный кон­церт Каба­лев-ско­го, напи­сан­ный в 1979 году спе­ци­аль­но для Сама­ры, для оче­ред­но­го кон­кур­са. Почти сорок лет кон­цер­ту, а все еще его музы­ка пора­жа­ет све­же­стью, изоб­ре­та­тель­но­стью, бур-ной вир­ту­оз­но­стью. Впро­чем, вир­ту­оз­ность в музы­ке Каба­лев­ско­го рас­счи­та­на на удоб­ство для испол­ни­те­ля, сама ему «под руки» ложит­ся.

Солист­ка теат­ра «Аста­на Опе­ра» заслу­жен­ный дея­тель искус­ства Рес­пуб­ли­ки Казах­стан Айгуль Ния­зо­ва, обла­да­тель­ни­ца кра­си­во­го, лег­ко­го сопра­но, спе­ла «опер­ный хит». Как же без хита-то? На кон­кур­се без хита – как в море без кита! Кит, прав­да, был неве­лик – ария Лау­рет­ты из опе­ры Дж. Пуч­чи­ни «Джан­ни Скик­ки».
Лау­ре­ат Госу­дар­ствен­ной пре­мии Рес­пуб­ли­ки Бела­русь Олег Ходо­ско пред­ста­вил несколь­ко частей из сво­ей сим­фо­ни­че­ской сюи­ты «В зале ожи­да­ния». Музы­ку ком­по­зи­то­ров «брат­ских рес­пуб­лик» брат­цы-рос­си­яне зна­ют, в общем, пло­хо. Но каж­дый раз, когда при­хо­ди­лось слы­шать бело­рус­ских ком­по­зи­то­ров, удив­ля­лась: какой отлич­ный мело­дизм! Инте­рес­ная образ­ность! Вот и Ходо­ско очень инте­рес­но про­зву­чал. Пер­вая же тема сюи­ты поет. А что она поет? Рас­пе­ва­ет во все гор­ло… вро­де, тему из кон­цер­та Бет­хо­ве­на? И тут же тема начи­на­ет жить сво­ей жиз­нью, ухо­дит от Бет­хо­ве­на на какую-то боко­вую тро­пин­ку…
А вот и поклон юби­ля­ру. Финал Пятой сим­фо­нии Шоста­ко­ви­ча. Гени­аль­ная музы­ка в гени­аль­ной оркест­ров­ке. И не менее гени­аль­ное посо­бие по музы­ко­вед­че­ско­му истол­ко­ва­нию тек­ста. Музы­ка-то ведь явно про­грамм­на. Шоста­ко­вич наме­рен­но нам эту про­грам­му не сооб­ща­ет. Ну, не нам, конеч­но. Дово­ен­но­му поко­ле­нию. Через год после раз­гром­ной ста­тьи о «Леди Мак­бет Мцен­ско­го уез­да» напи­сал Пятую. В страш­ном 1937 году. С таким откро­вен­но пока­зан­ным в фина­ле меха­низ­мом уни­что­же­ния всех и все­го! И суметь напи­сать так, что­бы заслу­жить похва­лу Ста­ли­на! Дело­вой ответ, дескать, на кри­ти­ку.

Пред­се­да­тель Самар­ской орга­ни­за­ции Сою­за ком­по­зи­то­ров Рос­сии Марк Левянт поучаст­во­вал в пара­де ком­по­зи­ций несколь­ки­ми отрыв­ка­ми из сво­их сим­фо­ни­че­ских про­из­ве­де­ний. Твор­че­ский порт­фель М. Левян­та до отка­за набит про­из­ве­де­ни­я­ми для раз­ных испол­ни­тель­ских соста­вов, напи­сан­ны­ми в раз­ных жан­рах. Пре­об­ла­да­ют сре­ди них, пожа­луй, напи­сан­ные для теат­ра. Автор музы­ки почти к двум сот­ням поста­но­вок, Марк Левянт соста­вил из несколь­ких теат­раль­ных эпи­зо­дов мно­го­фи­гур­ную ком­по­зи­цию, ожив­лен­ную кар­на­валь­ную или, может быть, рыноч­ную суто­ло­ку. Конеч­но, это обоб­щен­ное изоб­ра­же­ние аншла­га в зале, кипу­чей жиз­ни теат­раль­но­го заку­ли­сья, тол­пы, штур­му­ю­щей кас­су. Не оши­бешь­ся: зна­ме­ни­тый теат­раль­ный зво­нок (тоже на музы­ку Левян­та) откры­ва­ет и закры­ва­ет это сим­фо­ни­че­ское попур­ри.

На этом наши пути с мои­ми чита­те­ля­ми и кон­курс­ны­ми болель­щи­ка­ми рас­хо­дят­ся. Они отправ­ля­ют­ся слу­шать пиа­ни­стов, а я – кусать лок­ти. Лок­ти я кусаю пото­му, что я тоже чело­век. И пиа­ни­стов хочет­ся вни­ма­тель­но всех про­слу­шать, и скри­па­чей, и, конеч­но, со-бра­тьев-музы­ко­ве­дов. Но куль­тур­ная жизнь в Сама­ре, и так доста­точ­но ожив­лен­ная, бли­же к нояб­рю-декаб­рю начи­на­ет так бур­но вски­пать – в раз­ных местах, но одно­вре­мен­но, – что при­хо­дит­ся бро­сить кон­курс ради пре­мье­ры в опер­ном теат­ре. А тут еще Цен­траль­ное теле­ви­де­ние под­бро­си­ло два почти одно­вре­мен­но про­хо­дя­щих дет­ских кон­кур­са и взрос­лую «Боль­шую опе­ру». Вот и при­хо­дит­ся огра­ни­чи­вать свои аппе­ти­ты, осу­ществ­ляя ехид­ный совет Агнии Бар­то: «Выби­рай себе, дру­жок, один какой-нибудь кру­жок».

Ната­лья ЭСКИНА

Музы­ко­вед, кан­ди­дат искус­ство­ве­де­ния, член Сою­за ком­по­зи­то­ров Рос­сии.

Фото Гали­ны ХАРИТОНОВОЙ

Опуб­ли­ко­ва­но в изда­нии «Све­жая газе­та. Куль­ту­ра», № 20 (108) за 2016 год