Выступление Винсента Хэрринга в отчете Игоря Вощинина.
В филармонии Самары открылся новый сезон абонемента Даниила КРАМЕРА «Джазовая музыка в академических залах». Особенностью абонемента стало то, что во всех его трех концертах появятся гости — ведущие музыканты США. И на первом вместе с трио пианиста играл известный американский саксофонист Винсент ХЭРРИНГ. Даниил Крамер, с которым мы в дружбе около 20 лет, познакомил меня с ним, и до выхода музыкантов на сцену нам удалось побеседовать.
Ему только что исполнилось 54, а впервые он взял в руки саксофон в 11 лет, когда начал обучаться в музыкальной школе. Позже Винсент поступил на музыкальный факультет Калифорнийского университета, а в 1982 г. переехал в Нью-Йорк. Природный талант и музыкальные способности в джазовой столице Штатов проявились достаточно быстро, и на гастролях в Америке и в Европе он оказался в биг-бэнде Лайонела Хэмптона. Позже были совместные выступления с такими звездами, как Арт Блейки, Фредди Хаббард, Диззи Гиллеспи, Чарли Мингус…
Среди повлиявших на формирование музыканта Хэрринга старших коллег и учителей следует прежде всего, конечно, назвать саксофониста Фила Вудса. Винсенту довелось играть и в составе легендарного биг-бэнда Линкольн-центра под управлением Уинтона Марсалиса, а также в оркестре Карнеги-холла, которым руководил Джон Фаддис. Винсент очень активно участвовал в мировых престижных джазовых фестивалях, в том числе с ансамблем Cannonball Legacy Band.
Сегодняшняя известность и востребованность музыканта подтверждаются большим количеством звукозаписей. В 1989‑м он записал первый диск Scane One, а сегодня уже вышло 20 сольных именных альбомов Хэрринга и около 250, на которых он в роли сайдмена или гостя-солиста играет со многими мастерами мирового джаза.
Самарская программа называлась The King of Sax, и это точно определяет статус музыканта-гостя. Король владеет многими тембровыми разновидностями саксофона, а также флейтой, хотя в Самаре блистательно играл исключительно на альтовом, а его действительно королевским атрибутом был совершенно роскошный позолоченный инструмент известной японской фирмы Yanagisawa.
Самарские анонсы обещали слушателям программу известных джазовых стандартов 30 – 40‑х годов. Ничего подобного на концерте не случилось, поскольку Винсент Хэрринг — музыкант, предпочитающий хард-боп. Именно композиции этого стиля, включая авторские, звучали в первом отделении концерта. Где-то в музыку заокеанского исполнителя вклинивались элементы таких боповых разновидностей, как soul или post-bop.
Хэрринг продемонстрировал блестящую технику и совершенное владение компактной и афористически лапидарной фразировкой бопа. Во всех его мелодически угловатых импровизационных пассажах присутствует обилие хроматики и диссонирующих интервалов. В целом Винсент в совершенстве владеет радикально изменившимся музыкальным языком с новыми ритмическими концепциями.
На формирование стиля Хэрринга серьезно повлияла продолжительная работа с братьями Эддерли, в музыке которых естественно соединялось паркеровское чувство блюза с более свободной экспрессивностью. С квинтетом Нэта Эддерли Хэрринг записал 11 дисков. Благодаря Хэррингу в прозвучавших на самарском концерте номерах присутствовали высокий динамический накал, яркая мелодическая и ритмическая выразительность, а также максимальная импровизационная свобода.
Хэрринг в России не впервые, ранее он уже выступал в Москве. В 2001‑м в «Ле клубе» Игоря Бутмана он играл вместе с пианистом Иваном Фармаковским и барабанщиком Олегом Бутманом. А в Штатах у Винсента были совместные выступления с российскими музыкантами, играющими в биг-бэнде легендарного Чарли Мингуса: басистом Борисом Козловым и трубачом Алексом Сипягиным, которые безоговорочно признаны американскими коллегами.
В феврале 2017-го Даниил Крамер открыл новую программу «Шоу саксофонов» в Международном доме музыки. В ней Винсент Хэрринг выступил вместе с другим альт-саксофонистом, бывшим нашим соотечественником, живущим сегодня в Израиле, Робертом Анчиполовским. Любопытно, что оба саксофониста — ученики Фила Вудса. Тогда Даниил решил внести разнообразие в исполняемые программы и превратить концерты в своеобразные соревнования, турниры джазовых профессионалов. Кстати, одна из таких программ была представлена и в Самаре: в феврале 2018-го трио Крамера играло на сцене филармонии вместе с дуэлянтами — неутомимым Анчиполовским и саксофонистом из Польши Петром Бароном.
И вот в ноябре Даниил с солирующим саксофонистом Винсентом Хэррингом отправился в солидный тур по 18 городам России: из Самары через Нижний Новгород и Саратов — на юг, в Краснодар и Ростов, а затем перелетают в Сыктывкар и Мурманск.
***
В первом отделении самарского концерта звучали хард-боповые мелодии, до предела насыщенные энергетикой, жесткой ритмикой и с явной ориентацией на блюзовую традицию. Принципиально ничего нового здесь музыканты, конечно, не представили, но, собственно, этого и не ожидалось. Явное удовлетворение слушатели в зале получили от мастерского исполнения никак не вчерашних, а уже достаточно традиционных по форме и по характеру — ведь истоки этого стиля берут начало в 60‑х — композиций хард-бопа. Один из его основоположников пианист Хорас Силвер говорил, что ритм, мелодика и гармония — три обязательных компонента музыки вообще и персонально каждого исполнителя. Но при этом необходимо иметь и сохранять свои индивидуальность и оригинальность. Проявляются они, прежде всего, через приверженность каким-то стилистическим принципам и канонам. Так, после неожиданной трудовой смычки с академической музыкой через стиль cool hard bop джаз возвратился к своим традициям. Гибридное направление фьюжн вновь вовлекло музыку в эксперименты вседозволенного жанрового кровосмешения. Поэтому возвращение к традициям, — правда, не вообще джаза, а его современных модификаций — великолепный праздник для музыканта, да и для любителя музыки тоже. И вот на этот праздник мы с вами и попали на концерте, о котором речь.
Второе отделение самарского концерта от первого отличалось капитально. Даниил Крамер — уникальный пианист, способный великолепно играть самую разную музыку: от Гайдна и Моцарта до регтайма, джазового авангарда и, конечно, хард-бопа. Это вовсе не значит, что ему самому безразлично, что звучит с его участием. Сам Даниил неоднократно подчеркивал, что он не является чисто джазовым музыкантом. Наверное, поэтому пианисту ближе всего стиль «третье течение», являющийся синтезом джаза и музыки академической, или cool с прохладным, элегичным звучанием, тягой к полифонии и к эстетике той же академической классики.
Исполнительская манера пианиста Крамера основана на эмоциональной спонтанности сольных импровизаций. Именно с ориентацией на эти особенности собственного творчества Даниил и выстроил всю программу второго отделения концерта. Началось оно с продолжительной вступительной каденции, своеобразной музыкальной медитации, в которую чуть позже очень деликатно вписалось звучание контрабаса и мягкое шуршание барабанов. Присоединившийся затем саксофон Винсента Хэрринга мягко и осторожно включился в исполнение опусов в этом не совсем обычном для себя стиле: уже отмечалось, что хард-боп контрастен по отношению к тем же практически одновременно с ним появившимся кулу и третьему течению. Во вступительном слове, представляя Хэрринга, Крамер сразу объявил, что в музыке с саксофонистом они «из разных миров», и это как раз хорошо и будет в концерте четко обозначено музыкантами.
Нужно отметить, что смена настроя концерта понравилась залу и была очень доброжелательно им принята, а великолепные, технически виртуозные, но проникнутые тонким лиризмом фортепианные пассажи завершались дружными аплодисментами. В полный восторг слушателей привела уникальная фортепианная фантазия на основе очень красивой и откровенно чувственной, хотя здесь с элементами джаза и его гармоническими ходами, мелодии Чайковского. Это была музыкально-психологическая зарисовка композитора «Осенняя песнь» из альбома «Времена года». Получился действительно очень трогательный музыкальный вздох сожаления и грусти.
В этой композиции, да и в некоторых других, Даниил дал возможность показать себя своим соратникам в их солидных сольных эпизодах. Молодая Дарья Чернакова уже обозначилась в отечественном джазе как вполне профессиональная исполнительница на контрабасе. И на концерте она еще раз продемонстрировала свою незаурядность, яркий талант, вкус и отличное понимание специфики джазовой мелодики. Дарья обладает виртуозной техникой владения достаточно тяжелым в игре «мужским» инструментом. Вполне на уровне выглядел и совсем молодой, но с отчетливо заявленной перспективой исполнитель на ударных Виталий Эпов. И он, кстати, нисколько не уступил самому Даниилу, когда тот устроил своеобразный турнир ударных. Крамер начал его с ритмичного обстукивания деки рояля, а затем уже вместе с Виталием представил дуэт, где использовались все атрибуты ударной установки — хай-хэт, том-томы, тарелки и полный набор барабанов.
