Откуда и куда идет земля русская?

В юби­лее теат­ра при­ня­ли уча­стие спе­ци­а­лист каби­не­та теат­ров для детей и теат­ров кукол Сою­за теат­раль­ных дея­те­лей Рос­сии Алек­сей Гон­ча­рен­ко, пред­се­да­тель Самар­ско­го отде­ле­ния СТД Вла­ди­мир Галь­чен­ко, пре­зи­дент меж­ду­на­род­но­го фести­ва­ля Кукаrt Давид Бур­ман, дирек­то­ра и глав­ные режис­се­ры теат­ров кукол из Моск­вы, Вла­ди­ми­ра, Акто­бе, Набе­реж­ных Чел­нов, Улья­нов­ска, Ижев­ска, Йош­кар-Олы, Сама­ры, Жигу­лев­ска, Озер­ска.

Заку­лис­ное двух­днев­ное обще­ние кол­лег выли­лось в свое­об­раз­ную твор­че­скую лабо­ра­то­рию, куль­ми­на­ци­ей кото­рой стал пре­мьер­ный показ спек­так­ля «Повесть вре­мен­ных лет». Глав­ный режис­сер Тольят­тин­ско­го теат­ра кукол Яни­на Дрей­лих, созда­вая свой, музы­каль­но-ска­зоч­ный, инту­и­тив­но-образ­ный театр, бес­страш­но пус­ка­ет на свою тер­ри­то­рию не про­сто оче­ред­но­го при­гла­шен­но­го режис­се­ра, а масте­ра круп­но­го худо­же­ствен­но­го обра­за – да еще и с про­ек­том, рас­счи­тан­ным на зри­те­ля с боль­шим серд­цем, откры­той душой и интел­лек­том.

Заявив пре­мье­ру с воз­раст­ным огра­ни­че­ни­ем «16+» в жан­ре «совре­мен­ная трак­тов­ка лето­пи­си», театр созна­тель­но ушел от культ­про­свет­ра­бо­ты, от иллю­стра­ции тек­ста в про­стран­ство сим­во­лов, мета­фор и обра­зов, где нет места кук­лам в их при­выч­ном пони­ма­нии. Соб­ствен­но, перед нами и не тра­ди­ци­он­ный театр кукол. Вокруг нас, в нас самих – яркая, мас­штаб­ная, непред­ска­зу­е­мая магия теат­ра, не ско­ван­ная ни жан­ро­вы­ми, ни тех­но­ло­ги­че­ски­ми рам­ка­ми.

В подроб­но­стях древ­не­рус­ский лето­пис­ный свод нача­ла XII века совре­мен­ной пуб­ли­ке прак­ти­че­ски не зна­ком, и пото­му выра­жен­ная в тран­скрип­ции поста­но­воч­ной груп­пы исто­рия сози­да­ния и рас­пы­ле­ния, соби­ра­ния и укреп­ле­ния рус­ско­го наро­да с биб­лей­ских вре­мен и до 1117 года вос­при­ни­ма­ет­ся зри­тель­ным залом едва ли не с чисто­го листа.

Рус­ский народ, суще­ству­ю­щий в образ­но-мета­фо­ри­че­ской систе­ме коор­ди­нат Алек­сандра Януш­ке­ви­ча, рас­смат­ри­ва­ет­ся не с высо­ты совре­мен­но­го буду­ще­го и не изнут­ри, а в свое­об­раз­ном он-лайне, в брат­ском сла­вян­ском еди­не­нии. Не пото­му ли столь образ­но, совер­шен­но не по-цер­ков­но­му зву­чат лето­пис­ные стро­ки Несто­ра (Алек­сандр Сви­ри­дов)? Не пото­му ли Волхв (Олег Лак­ти­о­нов) пере­во­пло­ща­ет­ся и в паха­на пре­ступ­ной бри­га­ды с бита­ми в руках, и тут же – в чуда­ко­ва­то-неадек­ват­но­го веду­ще­го свя­зу­ю­щих вре­мя и про­стран­ство теле­ви­зи­он­ных ново­стей?

На наших гла­зах из невзрач­ных чуро­чек и поле­шек воз­ни­ка­ют схо­жие с кег­ля­ми кон­ту­ры людей, мужич­ков и баб, при­леп­ля­ю­щих­ся друг к дру­гу, скла­ды­ва­ю­щих­ся по трое-чет­ве­ро в семьи. Фор­ми­ру­ет­ся рус­ский народ, объ­еди­ня­ет­ся в еди­ную мас­су, то непроч­ную, то без­ли­кую, то рас­ша­тан­ную, то моно­лит­ную, мощ­ную, как кре­пост­ная сте­на. Этот народ спо­со­бен в щеп­ки пору­шить не толь­ко все вокруг себя, но и себя само­го в эти же щеп­ки покро­шить! Чер­ная вдо­ва (Ната­лья Сави­на), Инок (Алек­сандр Кочу­да­ев), Бла­жен­ная (Мари­на Гам­зи­на), Оче­ви­дец (Дмит­рий Гера­си­мен­ко) бого­тво­рят и про­кли­на­ют сво­е­го куми­ра, лиде­ра, вождя, тира­на, гово­ря­ще­го пона­ча­лу с наро­дом на чужом язы­ке и лишь по про­ше­ствии чуда очи­ще­ния, люб­ви телес­ной, страст­ной обре­та­ю­ще­го с наро­дом общий язык, общую кровь, общую жизнь.

При­ше­ствие Рюри­ка, подав­ле­ние нов­го­род­ской сму­ты, князь Игорь и кня­ги­ня Оль­га, поход кня­зя Оле­га на Визан­тию – калей­до­скоп страш­ных, зага­доч­ных собы­тий с каж­дой мину­той наби­ра­ет силу. Смерть кня­зя Оле­га от уку­са змеи, чье огром­ное чер­ное тело, рас­ка­ты­ва­ясь и рас­чле­ня­ясь на авто­мо­биль­ные шины, летит в пер­вый ряд зри­тель­но­го зала слов­но намек не на киев­ский Май­дан, а глуб­же – на то, что все мы сего­дня инфи­ци­ро­ва­ны ядом пре­да­тель­ства исто­ри­че­ской памя­ти.

И тут же – буду­щий князь, совсем еще маль­чик, дитя наив­ное, нера­зум­ное, вос­тор­жен­но игра­ет чело­ве­че­ски­ми судь­ба­ми и, полу­чив в руки пилу, зады­ха­ясь от слез, пилит голо­вы милым сво­е­му серд­цу чуроч­кам-чело­веч­кам, уте­ша­ясь сла­день­кой кон­фет­кой. Жесто­кость того, каза­лось бы, архи­да­ле­ко­го вре­ме­ни ничем не отли­ча­ет­ся от помно­жен­ной на цинизм жесто­ко­сти наших дней.

В этой «Пове­сти вре­мен­ных лет» не так мно­го слов. Здесь цар­ству­ют обра­зы, эмо­ции, дей­ствия. Здесь сила пред­ска­за­ния и про­ри­ца­ния сораз­мер­на мас­шта­бу поступ­ков и собы­тий – что в так назы­ва­е­мом «про­шлом», что в так назы­ва­е­мом «насто­я­щем».

Мы при­вык­ли думать, что вре­мя рано или позд­но все рас­ста­вит по местам. А меж­ду тем, ход собы­тий в этом самом вре­ме­ни – вче­ра, сего­дня, зав­тра – опре­де­ля­ет чело­век, боль­шой или малень­кий, силь­ный физи­че­ски или духов­но, каж­дый из нас.

Тольят­тин­ский театр кукол

Повесть временных лет

Дра­ма­тург – Гали­на Пья­но­ва

Режис­сер-поста­нов­щик – лау­ре­ат Наци­о­наль­ной пре­мии «Золо­тая Мас­ка», лау­ре­ат Наци­о­наль­ной пре­мии Рес­пуб­ли­ки Бела­русь Алек­сандр Януш­ке­вич

Худож­ник-поста­нов­щик – лау­ре­ат Наци­о­наль­ной пре­мии «Золо­тая Мас­ка» Антон Бол­ку­нов

Костю­мы, кук­лы и деко­ра­ции – Ната­лья Михай­ло­ва, Оль­га Кон­чат­ная, Вла­ди­мир Ган­жа, Еле­на Ново­жи­ло­ва, Вера Куд­ря­шо­ва, Алек­сей Кон­дра­тьев