Несвоевременный разговор

Зачем нам это? И на стол не поло­жишь, и в кар­ман не спря­чешь. А уж зани­мать­ся обра­зо­ва­ни­ем в сфе­ре искус­ства, самым затрат­ным с ведом­ствен­ной точ­ки зре­ния, вооб­ще кажет­ся абсурд­ным. Вспо­ми­на­ют­ся сло­ва одно­го из ярких спи­ке­ров совре­мен­ной оте­че­ствен­ной куль­ту­ры: «Посту­пил в кон­сер­ва­то­рию – арен­дуй место в под­зем­ном пере­хо­де».

Это ни боль­ше ни мень­ше как тех­но­кра­ти­че­ский под­ход к про­бле­ме. Об эти­че­ской сто­роне выска­зы­ва­ния умол­чим. Тех­но­крат уме­ет счи­тать и пла­ни­ро­вать, уме­ет состав­лять отче­ты и свод­ки, гра­фи­ки и диа­грам­мы. Он любит гово­рить об инно­ва­ци­ях и науч­ном про­грес­се.

Кста­ти, есть вполне авто­ри­тет­ное мне­ние, что в искус­стве про­грес­са не может быть по опре­де­ле­нию. Искус­ство обра­ще­но не впе­ред, а вглубь. Искус­ство сего­дня гово­рит чело­ве­ку и о чело­ве­ке, в насто­я­щий день и час, вне зави­си­мо­сти от вре­ме­ни созда­ния худо­же­ствен­но­го тек­ста. Акту­а­ли­за­ция сию­ми­нут­но­сти обра­ща­ет нас к само­му важ­но­му, не раз­вле­ка­ет, заме­чу, а соби­ра­ет «внут­рен­не­го» чело­ве­ка, дела­ет зна­чи­мым его бытие.

Поле­ты в кос­мос, науч­ные иссле­до­ва­ния, эко­но­ми­ка – нам кажет­ся, что все эти уси­лия раз­ных хоро­ших людей спо­соб­ны изме­нить нашу жизнь, сде­лать ее кра­ше, удоб­нее, счаст­ли­вее, нако­нец. В какой-то мере это спра­вед­ли­во. Вид рас­ту­щих как гри­бы в осен­нем лесу новостро­ек спо­со­бен скра­сить обы­ден­ность и на неко­то­рое вре­мя при­дать осмыс­лен­ность жиз­ни. Мы так раду­ем­ся новым гад­же­там, буд­то сами их при­ду­ма­ли и собра­ли в кустар­ных усло­ви­ях на соб­ствен­ной кухне. Нас пере­пол­ня­ет вос­торг при виде пре­зен­та­ции ново­го оте­че­ствен­но­го авиа­лай­не­ра. Стран­ным обра­зом, чув­ствуя сопри­част­ность к созда­нию инно­ва­ци­он­но­го чуда, мы нима­ло не заду­мы­ва­ем­ся, в чем же, соб­ствен­но, наша радость состо­ит, како­ва ее при­ро­да.

Наши ракет­ные дви­га­те­ли – луч­шие в мире, это ли не сча­стье! Еще Имма­ну­ил Кант гово­рил: «Сча­стье – это пол­но­та суще­ство­ва­ния, сопро­вож­да­е­мая чув­ством при­ят­но­го». Аксио­ло­гия, нау­ка о цен­но­стях, долж­на бы сего­дня занять место цари­цы всех наук. Мы сей­час так мно­го гово­рим и дума­ем о раз­лич­ных цен­но­стях: о неф­ти и газе, о кур­се валют, о гео­по­ли­ти­ке.

Одна­жды мою доб­рую зна­ко­мую обво­ро­ва­ли – баналь­ная квар­тир­ная кра­жа. Позво­нив со сло­ва­ми уте­ше­ния, я в бес­по­кой­стве спро­сил: «Из обще­че­ло­ве­че­ско­го мно­го про­па­ло?» Ответ меня пора­до­вал: «Толь­ко теле­ви­зор…» В самом деле – неве­ли­ка поте­ря, хоть и обще­че­ло­ве­че­ская. Вот уж без сомне­ния неза­ме­ни­мая вещь – теле­ви­зор. В каж­дом доме и не в одной ком­на­те совре­мен­но­го жилья при­сут­ству­ет ору­эл­лов­ский «теле­кран».

Науч­ная кар­ти­на мира, сфор­ми­ро­ван­ная еще школь­ны­ми учи­те­ля­ми, под­ме­ня­ет­ся теле­ви­зи­он­ны­ми интер­пре­та­ци­я­ми все­воз­мож­ных ново­стей, все­гда нехо­ро­ших и воз­буж­да­ю­ще тре­вож­ных. И это бы еще ниче­го. Тоталь­ное заси­лье анти­эс­те­ти­че­ско­го, без­вкус­но­го и без­дар­но­го обру­ши­ва­ет­ся на при­сми­рев­ше­го обы­ва­те­ля с сокру­ша­ю­щей силой и наг­лой убе­ди­тель­но­стью. Кто нажи­мал кноп­ку on-off на теле­ви­зо­ре где-нибудь в циви­ли­зо­ван­ной Евро­пе или Аме­ри­ке, имел воз­мож­ность убе­дить­ся в том, что теле­ве­ща­ние вез­де име­ет оди­на­ко­вый одур­ма­ни­ва­ю­щий харак­тер и огра­ни­чен­ный набор жан­ров.

Кто же может кон­ку­ри­ро­вать с этим мон­стром мас­со­во­го гип­но­за? Куль­ту­ра? Но в поня­тие куль­ту­ры вхо­дит все – от нау­ки до при­е­ма пищи. Куль­ту­ра, по опре­де­ле­нию соста­ви­те­лей «Основ госу­дар­ствен­ной куль­тур­ной поли­ти­ки», – это «сово­куп­ность фор­маль­ных и нефор­маль­ных инсти­ту­тов, явле­ний и фак­то­ров, вли­я­ю­щих на сохра­не­ние, про­из­вод­ство, транс­ля­цию и рас­про­стра­не­ние духов­ных цен­но­стей (эти­че­ских, эсте­ти­че­ских, интел­лек­ту­аль­ных, граж­дан­ских и т. д.)». Но ведь теле­ви­де­ние – это тоже часть куль­ту­ры. Оно тоже транс­ли­ру­ет и рас­про­стра­ня­ет, про­из­во­дит и все­ми сила­ми сохра­ня­ет про­из­ве­ден­ное.

Сово­куп­ность – клю­че­вое сло­во в опре­де­ле­нии куль­ту­ры. Нас пыта­ют­ся уте­шить, что искус­ство – это тоже часть куль­ту­ры. Вот и в Самар­ском инсти­ту­те куль­ту­ры рабо­та­ют ведь теат­раль­ный и музы­каль­но-испол­ни­тель­ский факуль­те­ты, факуль­тет совре­мен­но­го искус­ства, наби­ра­ют аби­ту­ри­ен­тов и выпус­ка­ют спе­ци­а­ли­стов, и не сле­ду­ет печа­лить­ся по пово­ду пере­име­но­ва­ния (напом­ним преж­нее гор­дое наиме­но­ва­ние – Ака­де­мия куль­ту­ры и искусств).

На фото­гра­фии: Факуль­тет Искусств в уни­вер­си­те­те Ла Лагу­на, Тене­ри­фе

До сих пор никто не объ­яс­нил при­чи­ну пере­име­но­ва­ния. Если цель – воз­вра­ще­ние инсти­ту­та к его пер­во­на­чаль­но­му состо­я­нию учеб­но­го заве­де­ния, выпус­ка­ю­ще­го культ­про­свет­ра­бот­ни­ков, то так и ска­жи­те! Но горо­ду-мил­ли­он­ни­ку, пре­тен­ду­ю­ще­му на ста­тус про­све­щен­ной сто­ли­цы реги­о­на, остать­ся без вуза искус­ства совсем не к лицу.

В «лихие 90‑е» гово­ри­ли: нам не нуж­но свое сель­ское хозяй­ство, мы все можем купить. Сей­час гово­рят: не нуж­но гото­вить спе­ци­а­ли­стов в обла­сти искусств у себя в горо­де, дешев­ле обу­чить на сто­роне. Вновь тех­но­кра­ти­че­ский под­ход. Во-пер­вых, вер­нут­ся ли моло­дые спе­ци­а­ли­сты в город, где нет кон­сер­ва­то­рии, где толь­ко пара про­фес­си­о­наль­ных оркест­ров, неве­лик набор теат­ров? Во-вто­рых, дале­ко не все семьи в силах обу­чать ребен­ка в чужом горо­де.

Теат­ры и оркест­ры дей­ству­ют в усло­ви­ях отсут­ствия кон­ку­рен­ции. Кон­курс­ную ситу­а­цию – глав­ное усло­вие каче­ства – может создать толь­ко пере­из­бы­ток пред­ло­же­ния, чего не наблю­да­ет­ся по при­чине отсут­ствия ста­тус­но­го вуза искус­ства в горо­де.

И, нако­нец, глав­ное – это атмо­сфе­ра вуза искус­ства, кото­рую фор­ми­ру­ет еже­днев­ный тяже­лый и бла­го­дат­ный твор­че­ский труд моло­дых людей, при­шед­ших в про­фес­сию по при­зва­нию, отда­ю­щих все свои силы люби­мо­му делу. Каж­дый день сту­ден­ты вуза искус­ства встре­ча­ют­ся с худо­же­ствен­ны­ми тек­ста­ми, на мате­ри­а­ле кото­рых про­ис­хо­дит обу­че­ние твор­че­ско­му реме­с­лу. Каж­дый день, вхо­дя в мир про­из­ве­де­ния искус­ства, моло­дой актер, тан­цов­щик, худож­ник, музы­кант самим сво­им твор­че­ством, пус­кай и учеб­ным пока, созда­ет при­тя­га­тель­ную ауру искус­ства.

Рус­ский фило­соф Густав Шпет отме­чал, что струк­тур­ность вся­ко­го про­из­ве­де­ния искус­ства и есть при­знак орга­нич­но­сти и кон­крет­но­сти эсте­ти­че­ско­го объ­ек­та. Искус­ство – не сово­куп­ность фор­маль­ных и нефор­маль­ных инсти­ту­тов. Кро­ме того и преж­де все­го, искус­ство – труд и пот неве­ро­ят­но­го тру­да, кото­рый сам по себе, кста­ти, ока­зы­ва­ет непо­сред­ствен­ное и бла­го­твор­ное воз­дей­ствие на вос­пи­та­ние моло­до­го чело­ве­ка, сту­ден­та твор­че­ской спе­ци­аль­но­сти.

Вели­кий музы­каль­ный стра­да­лец (доста­точ­но вспом­нить финал его «Пате­ти­че­ской» сим­фо­нии, что­бы содрог­нуть­ся от бли­зо­сти края, к кото­ро­му он нас под­во­дит) гово­рил: «Вдох­но­ве­ние – гостья, кото­рая не любит посе­щать лени­вых». Мно­го­ча­со­вой еже­днев­ный труд, мучи­тель­ное кон­стру­и­ро­ва­ние худо­же­ствен­но­го из мно­го­чис­лен­ных и раз­но­об­раз­ных кон­стант мате­ри­а­ла искус­ства лежит в осно­ве вся­ко­го твор­че­ско­го дела­ния. Уди­ви­тель­ное и страш­ное свой­ство высо­ко­го пре­вы­шать меру сво­е­го разу­ме­ния, сво­их воз­мож­но­стей дает шанс уви­деть суще­ство бытия, а ино­гда и загля­нуть за его чер­ту, понять и акту­а­ли­зи­ро­вать его сред­ства­ми искус­ства, офор­мить в ком­му­ни­ка­тив­ную ситу­а­цию худо­же­ствен­но­го собы­тия.

На фото­гра­фии: Факуль­тет искусств Наньян­ско­го уни­вер­си­те­та, Син­га­пур

Для зрителя/​слушателя неваж­но, через какое, выра­жа­ясь высо­ким сло­гом, гор­ни­ло стра­да­ний про­шло при­го­тов­лен­ное для пуб­лич­но­го пред­став­ле­ния сочи­не­ние. Важ­но, что оно обле­че­но в строй­ные и понят­ные ком­му­ни­ка­тив­ные одеж­ды худо­же­ствен­но­го ремес­ла. Город, не име­ю­щий вуза искус­ства, посто­ян­но нахо­дит­ся в состо­я­нии гастро­лей. Сама часто­та твор­че­ских собы­тий созда­ет калей­до­скоп при­чуд­ли­вых кра­сок и мимо­лет­ных под­час впе­чат­ле­ний. Если город почи­та­ет себя цен­тром куль­ту­ры, ему необ­хо­ди­мо само­му рас­тить твор­че­ские силы, гене­ри­ро­вать худо­же­ствен­ные идеи, у себя сохра­нять оте­че­ствен­ные тра­ди­ции ака­де­ми­че­ско­го искус­ства.

«Стра­те­гия раз­ви­тия куль­ту­ры до 2030 года» гово­рит, что «ком­пе­тен­ции в обра­зо­ва­нии могут стать обще­ствен­ным бла­гом толь­ко при обес­пе­че­нии цен­ност­но ори­ен­ти­ро­ван­но­го вос­пи­та­ния, бази­ру­ю­ще­го­ся на луч­ших оте­че­ствен­ных тра­ди­ци­ях». Эти тра­ди­ции сохра­ня­ют­ся, живут пол­ной жиз­нью в сте­нах самар­ско­го инсти­ту­та куль­ту­ры, ранен­но­го, но пока не уби­то­го пере­име­но­ва­ни­ем, болон­ским про­цес­сом и сокра­ще­ни­ем бюд­жет­но­го финан­си­ро­ва­ния.

Воз­вра­ща­ем­ся, как в извест­ной сказ­ке, с чего нача­ли: бытие опре­де­ля­ет созна­ние. Впер­вые попав в дале­ком уже 1994 году в образ­цо­вую ФРГ, поду­мал: это у нас в Рос­сии бытие опре­де­ля­ет созна­ние, а у них созна­ние – бытие. Сна­ча­ла – осо­зна­ние цели, затем – ее вопло­ще­ние. Может, вер­нуть­ся к вре­ме­нам пет­ров­ским и начать поти­хонь­ку пере­ни­мать опыт? Опре­де­лять свое бытие сво­им же соб­ствен­ным созна­ни­ем?

Дмит­рий Дят­лов

Пиа­нист, музы­ко­вед. Док­тор искус­ство­ве­де­ния, про­фес­сор СГИК.

Опуб­ли­ко­ва­но в изда­нии «Све­жая газе­та. Куль­ту­ра»,

№ 12 – 13 (100 – 101) за 2016 год