Зачем искусство?

Про­ект Сред­не­волж­ско­го ГЦСИ «Вол­га. Ноль» запла­ни­ро­ван как весен­няя и осен­няя сес­сии пер­со­наль­ных выста­вок совре­мен­ных самар­ских худож­ни­ков, при этом толь­ко весен­ний показ вклю­ча­ет в себя 17 имен. Про­ект раз­ви­ва­ет «тра­ди­ции» Contemporary Art, кото­рые сло­жи­лись имен­но в Самар­ском реги­оне, здесь чита­ет­ся почерк кура­то­ров Ширя­ев­ской биен­на­ле и про­чих круп­ных про­ек­тов совре­мен­но­го искус­ства в Сама­ре.

Пер­вое, что нуж­но заме­тить: кура­то­ры заду­ма­ли не про­сто серию ста­ци­о­нар­ных выста­вок самар­ских худож­ни­ков. Про­ект рас­тя­нут во вре­ме­ни, и худож­ни­ки име­ют воз­мож­ность при­смот­реть­ся друг к дру­гу и учесть опыт кол­лег в новом экс­по­зи­ци­он­ном про­стран­стве. С дру­гой сто­ро­ны, каж­дая выстав­ка огра­ни­че­на по вре­ме­ни: два часа живо­го пока­за тре­бу­ют от зри­те­ля мак­си­маль­но­го вклю­че­ния в про­ис­хо­дя­щее. Во всех анон­сах кура­то­ры про­ек­та пре­ду­пре­жда­ют: оде­вать­ся потеп­лее, посколь­ку в залах нет отоп­ле­ния. Нет на откры­тии выста­вок и уго­ще­ния, при­выч­но­го уже для завсе­гда­та­ев вер­ни­са­жей. Сам про­ект дела­ет­ся без како­го-либо финан­си­ро­ва­ния, исклю­чи­тель­но на энту­зи­аз­ме худож­ни­ков и орга­ни­за­то­ров. Что же здесь про­ис­хо­дит, что при­вле­ка­ет сюда худож­ни­ка и зри­те­ля?

Самим худож­ни­кам кура­то­ры пред­ло­жи­ли в оче­ред­ной раз поэкс­пе­ри­мен­ти­ро­вать со сре­дой, в каче­стве кото­рой выбра­ны два зала фаб­ри­ки-кух­ни. В пред­ла­га­е­мых обсто­я­тель­ствах худож­ник всту­па­ет в диа­лог с инте­рье­ром, пре­одо­ле­вая упру­гость, сопро­тив­ле­ние про­стран­ства. Зри­тель видит не про­сто инстал­ля­ции или про­ек­ции видео, но и само про­стран­ство, кото­рое ста­но­вит­ся не толь­ко есте­ствен­ной рам­кой разыг­ры­ва­е­мо­го визу­аль­но­го пред­став­ле­ния, но и объ­ек­том искус­ства.

От выстав­ки к выстав­ке наблю­да­ешь эво­лю­цию экс­по­зи­ци­он­ных ходов. При­чем зна­че­ние худо­же­ствен­но­го выска­зы­ва­ния не сво­дит­ся к демон­стра­ции работ: выстра­и­ва­ет­ся общее поле виде­ния само­го искус­ства. Не давая ску­чать и пора­жая сво­бо­дой худо­же­ствен­ной игры, худож­ник вме­сте с кура­то­ром про­во­дит зри­те­ля через рам­ку ново­го для него опы­та, ведя к тому клю­че­во­му пере­жи­ва­нию, кото­рое и отве­ча­ет нетри­ви­аль­но на вопрос: «Зачем искус­ство?».

Евге­ний Буга­ев пред­став­ля­ет тот тип худож­ни­ка, кото­рый не дума­ет о том, что­бы быть мод­ным, цеп­ляя, тем не менее, цель­но­стью замыс­ла и внут­рен­ним дви­же­ни­ем обра­за. Вот и в пред­став­лен­ной экс­по­зи­ции Евге­ний пред­ло­жил путь в экс­та­ти­че­скую точ­ку зре­ния вне­вре­мен­но­го эйдо­са.

Ана­ста­сия Аль­бо­кри­но­ва кон­стру­и­ру­ет свои визу­аль­ные ком­по­зи­ции, сво­бод­но рабо­тая с гра­ни­ца­ми наше­го кол­лек­тив­но­го бес­со­зна­тель­но­го, сме­ши­вая зача­стую кон­цеп­ты раз­лич­ных худо­же­ствен­ных язы­ков. Она попы­та­лась про­явить вытес­нен­ное на пери­фе­рию наше­го созна­ния забы­тое дру­гое, обна­ру­жить область пер­со­наль­но­го и наци­о­наль­но­го мифа как место интим­но­го сооб­ще­ния души с миром.

Нынеш­нее худо­же­ствен­ное обра­зо­ва­ние толь­ко осва­и­ва­ет тех­но­ло­гии новых медиа, в основ­ном в обла­сти дизай­на, тогда как совре­мен­ные худож­ни­ки ими уже сво­бод­но вла­де­ют. Олег Ела­гин тому при­мер. Вир­ту­оз­но играя с раз­лич­ны­ми медиа­сре­да­ми, он выхо­дит на уро­вень леп­ки новых медиа­форм, что тре­бу­ет доста­точ­но тон­кой и точ­ной рабо­ты с наши­ми визу­аль­ны­ми при­выч­ка­ми и гра­мот­но­го исполь­зо­ва­ния новых тех­но­ло­гий.

Сер­гей Балан­дин, извест­ный самар­ской пуб­ли­ке сво­и­ми шоки­ру­ю­щи­ми эстет­ски­ми акци­я­ми, имея в каче­стве базо­во­го гума­ни­тар­ное (не худо­же­ствен­ное) обра­зо­ва­ние, тем не менее пред­ла­га­ет зри­те­лю имен­но худо­же­ствен­ное виде­ние искус­ства, откры­тое таин­ству лич­ност­но­го опы­та. Без­оши­боч­но вла­дея инстру­мен­том пер­фор­ман­са, не сва­ли­ва­ясь в «соци­ал­ку», Сер­гей вскры­ва­ет неви­ди­мые ина­че, чем через искус­ство, но важ­ные для само­со­зна­ния чело­ве­ка пла­сты его пси­хи­ки, вли­я­ю­щие на его отно­ше­ние к миру и само­му себе.

Совре­мен­ное искус­ство, без­услов­но, при­вле­ка­ет людей иссле­до­ва­тель­ско­го тол­ка, откры­тых ново­му опы­ту, кото­рым есть куда отпра­вить­ся в сво­их поис­ках и что ска­зать о сво­их дале­ко не внеш­них путе­ше­стви­ях. Эти худож­ни­ки не боят­ся «отце­пить­ся» от ремес­ла и часто ухо­дят из систе­мы гос­за­ка­зов, от поня­тия вло­жен­но­го тру­да. Все, что есть у них, – это, преж­де все­го, увле­чен­ность тем, что они дела­ют, и background из немно­гих дру­зей, кото­рые все еще раз­мыш­ля­ют об искус­стве поли­ти­че­ско­му быту вопре­ки и нахо­дят во всем этом еще и самих себя. Не мало, но и не мно­го, как смот­реть.

Про­ект – без­услов­ная уда­ча кура­тор­ско­го тан­де­ма Нели Кор­жо­вой и Кон­стан­ти­на Заце­пи­на. Инту­и­ция худож­ни­ка, зна­ния и обшир­ный кура­тор­ский опыт пер­вой, рабо­то­спо­соб­ность и интел­лек­ту­аль­ная ода­рен­ность вто­ро­го, харак­тер­ная для обо­их одер­жи­мость общим делом спо­соб­ству­ют созда­нию того необ­хо­ди­мо­го драй­ва собы­тия, кото­рый отли­ча­ет живую ситу­а­цию в искус­стве от искус­ствен­ных попы­ток реани­ма­ции его соци­аль­ной и гума­ни­тар­ной зна­чи­мо­сти.

Так что ответ на вопрос «зачем искус­ство?» лежит на поверх­но­сти и объ­яс­ня­ет, поче­му люди при­хо­дят в мороз посмот­реть рабо­ты.

Совре­мен­ное искус­ство – огром­ное поле раз­лич­ных прак­тик, в чис­ло кото­рых вхо­дит и наме­ре­ние посто­ян­но обну­лять ситу­а­цию там, где вро­де что-то ста­ло понят­но и в общем досту­пе. В этом плане кура­то­ры ново­го про­ек­та вполне «тра­ди­ци­он­ны», пред­ла­га­ют непри­выч­ную для худож­ни­ка и зри­те­ля ком­му­ни­ка­цию.

Но «совриск» не слу­чай­но обрел такую аббре­ви­а­ту­ру: кто не рис­ку­ет, тому не откры­ва­ет­ся. И пока есть вдум­чи­вое втор­же­ние худож­ни­ка на тер­ри­то­рию наших сте­рео­ти­пов и обра­зов, будет и раз­го­вор о глав­ном: зачем искус­ство и зачем мы.

Еле­на Бога­ты­ре­ва

Кан­ди­дат фило­соф­ских наук, доцент СГАУ.

Фото пер­фор­ман­са Ана­ста­сии Аль­бо­кри­но­вой предо­став­ле­но Нели Кор­жо­вой.

Опуб­ли­ко­ва­но в изда­нии «Куль­ту­ра. Све­жая газе­та» № 3(70) за 2015 год