Рай и ад Петра Алабина

– Столь­ко заме­ча­тель­ных людей было в самар­ской исто­рии. Поче­му имен­но Ала­бин?

– Инте­ре­сом к Ала­би­ну я обя­за­на Алек­сан­дру Ники­фо­ро­ви­чу Заваль­но­му. Он меня на эту рабо­ту вдох­но­вил.

– А поче­му пси­хо­ло­ги­че­ский порт­рет? Как пра­ви­ло, этим зани­ма­ют­ся уче­ные, спе­ци­а­ли­зи­ру­ю­щи­е­ся в пси­хо­ло­гии лич­но­сти. Вы же биб­лио­граф.

– По пер­во­му обра­зо­ва­нию я фило­лог, по вто­ро­му как раз пси­хо­лог. Ала­би­ну посвя­ще­но мно­же­ство работ. В одних он пред­ста­ет как воин, чинов­ник, город­ской голо­ва, в дру­гих – как исто­рик, лето­пи­сец, архео­лог, в тре­тьих – как книж­ник, осно­ва­тель музеев, обще­ствен­ный дея­тель. А его внут­рен­няя жизнь оста­ет­ся за скоб­ка­ми. Что сто­я­ло за его неор­ди­нар­ны­ми поступ­ка­ми? О чем он думал, что чув­ство­вал, на что наде­ял­ся? В этом хоте­лось разо­брать­ся.

– Глав­ный инстру­мент пси­хо­ло­га, состав­ля­ю­ще­го пси­хо­ло­ги­че­ский порт­рет, – тест. Чело­ве­ка, кото­рый ушел из жиз­ни, не про­те­сти­ру­ешь.

– Сохра­ни­лись кни­ги, газет­ные и жур­наль­ные ста­тьи. Ста­тьи само­го Ала­би­на и его совре­мен­ни­ков, кото­рые писа­ли о нем и его дея­тель­но­сти. Доку­мен­ты, эту дея­тель­ность сопро­вож­дав­шие. И суще­ству­ют мето­ди­ки, кото­рые поз­во­ля­ют соста­вить пси­хо­ло­ги­че­скую харак­те­ри­сти­ку, опи­ра­ясь на тек­сты тако­го рода.

– Обна­ру­жи­ли что-то такое, чего никак от Ала­би­на не ожи­да­ли?

– Ну, напри­мер, страсть к цве­там. «Чем бы ни зани­мал­ся Ала­бин, он отда­вал­ся делу само­заб­вен­но», – писа­ли о Пет­ре Вла­ди­ми­ро­ви­че совре­мен­ни­ки. Гля­дя на порт­ре­ты Ала­би­на, на его суро­вое лицо, это труд­но пред­ста­вить, а вот любил цве­ты необык­но­вен­но. Выра­щи­вал, на ярмар­ках выстав­лял, даже бро­шю­ру напи­сал о цве­то­вод­стве. Любил рисо­вать. Любил сти­хи. Сам писал. И все это долж­но вро­де бы сви­де­тель­ство­вать о тон­кой душев­ной орга­ни­за­ции, сен­ти­мен­таль­но­сти даже. На самом деле в Ала­бине не было и толи­ки сен­ти­мен­таль­но­сти. Взять хотя бы слу­чай с маль­чи­ком, поку­сан­ным беше­ной соба­кой. Отец маль­чи­ка не имел средств, и губер­на­тор пред­ло­жил лечить ребен­ка за счет город­ской каз­ны. Отпра­вить в Париж и там лечить. Ала­бин, тогда город­ской голо­ва, а вслед за ним и дум­цы пред­ло­же­ние отверг­ли. На что немед­лен­но ото­зва­лась «Самар­ская газе­та», опуб­ли­ко­вав кри­ти­че­скую замет­ку под назва­ни­ем «Бес­че­ло­веч­ная дума».

Ала­бин был лич­но­стью, без­услов­но, выда­ю­щей­ся, но, как и мно­гие круп­ные фигу­ры, крайне про­ти­во­ре­чи­вой. Нет ника­ких сомне­ний в том, что Ала­бин нахо­дил огром­ное удо­вле­тво­ре­ние в актив­ной обще­ствен­ной дея­тель­но­сти. Он, если поль­зо­вать­ся типо­ло­ги­ей Аль­фре­да Адле­ра, был соци­аль­но полез­ной лич­но­стью. За это Пет­ра Вла­ди­ми­ро­ви­ча и цени­ли совре­мен­ни­ки. «Город­ской голо­ва, – гово­рил на тор­же­стве освя­ще­ния водо­про­во­да инже­нер Зимин, – отдал всю свою душу это­му делу и с заме­ча­тель­ной энер­ги­ею довел его до бла­го­по­луч­но­го окон­ча­ния. Я пре­кло­ня­юсь пред этой выда­ю­щей­ся дея­тель­но­стью. Пусть она будет все­гда живым при­ме­ром, как надо тру­дить­ся на поль­зу обще­ства». Это с одной сто­ро­ны.

А с дру­гой – харак­тер Ала­би­на был тако­го скла­да, что поз­во­лял ему думать: не толь­ко мир дан для дей­ствий, но и люди даны для того, что­бы с ними либо через них доби­вать­ся сво­их целей. И если на пути к цели вста­ва­ли пре­гра­ды, то…

– Петр Вла­ди­ми­ро­вич выхо­дил из бере­гов.

– Он был крайне вспыль­чив. И порой вспыль­чи­вость эта при­об­ре­та­ла харак­тер неистов­ства. Имен­но такой слу­чай опи­сы­ва­ет «Самар­ский спра­воч­ный листок» в замет­ке «Борь­ба с «тене­ри­фом»: «Тут голо­ва поте­рял вся­кое само­об­ла­да­ние. Он до того кри­чал, что невоз­мож­но было не испу­гать­ся и мож­но было опа­сать­ся чего-нибудь выхо­дя­ще­го из ряду». Пуб­лич­ных упре­ков не при­ни­мал кате­го­ри­че­ски. Нико­гда и ни от кого.

– Воз­мож­но, что, поостыв, Петр Вла­ди­ми­ро­вич и сожа­лел об избран­ной им фор­ме дис­кус­сии.

– Судя по тому, что «из ряда вон выхо­дя­щее» слу­ча­лось не еди­но­жды, логич­нее пред­по­ло­жить, что Петр Вла­ди­ми­ро­вич был убеж­ден в пра­виль­но­сти сво­их поступ­ков. Но даже если и осо­зна­вал, что такая фор­ма диа­ло­га недо­пу­сти­ма, что она уни­жа­ет оппо­нен­та, это ниче­го не меня­ло. Сто­и­ло ситу­а­ции пой­ти не так, как Ала­бин замыш­лял, он мгно­вен­но терял само­об­ла­да­ние и ста­но­вил­ся агрес­сив­ным. А это ука­зы­ва­ет на при­зна­ки нев­ро­тиз­ма, если исполь­зо­вать тер­ми­но­ло­гию пси­хо­ана­ли­ти­ка Карен Хор­ни. Петр Вла­ди­ми­ро­вич, конеч­но же, не стра­дал ника­ким нерв­но-пси­хи­че­ским рас­строй­ством. Речь о чер­тах лич­но­сти, кото­рой харак­тер­ны тре­во­га и эмо­ци­о­наль­ная неустой­чи­вость.

– Тре­во­га?

– Чело­век это­го типа вос­при­ни­ма­ет мир как враж­деб­ную сре­ду. И свой­ствен­ная тако­му типу тре­вож­ность как раз и исхо­дит из уста­нов­ки о враж­деб­но­сти мира и насе­ля­ю­щих его людей. И агрес­сив­ность, про­яв­ля­е­мая лич­но­стя­ми тако­го типа, – не что иное, как не кон­тро­ли­ру­е­мая созна­ни­ем реак­ция на такой мир. Чело­век ищет пси­хо­ло­ги­че­ской защи­ты и чаще все­го неосо­знан­но выби­ра­ет в каче­стве такой защи­ты дея­тель­ность, повы­ша­ю­щую пре­стиж, даю­щую власть и обще­ствен­ное при­зна­ние: «у меня есть власть, и меня никто не тро­нет».

Думаю, Ала­бин как раз этот слу­чай. Но Пет­ру Вла­ди­ми­ро­ви­чу мало было при­зна­ния в насто­я­щем. Он хотел памя­ти потом­ков. А ее мог­ла обес­пе­чить лишь уни­каль­ность, лишь исклю­чи­тель­ность. И он стре­мил­ся и к это­му. Для совре­мен­ни­ков это было оче­вид­но, о чем сви­де­тель­ству­ет хотя бы иро­ни­че­ская замет­ка все в том же «Самар­ском спра­воч­ном лист­ке»: «Вопрос о построй­ке хра­ма Мель­по­ме­ны решен уже ассиг­но­ван­ной сум­мой, а сколь­ко будет непред­ви­ден­ных рас­хо­дов – мы с досто­вер­но­стью ска­зать не можем, но можем пред­по­ло­жить, что г. Ала­бин не пожа­ле­ет город­ско­го кар­ма­на для теат­ра, как не пожа­лел он его для г. Бром­лея, при построй­ке у нас водо­про­во­да. Г. Ала­бин, види­мо, жаж­дет лав­ров, как неко­гда жаж­дал их Феми­сто­кл при сла­ве Миль­ти­а­да, а пото­му мы и сове­то­ва­ли бы ему, кста­ти, укра­сить Сама­ру и гим­на­зи­ей».

– Стро­и­тель «хра­ма Мель­по­ме­ны» зву­чит, конеч­но, попыш­ней, чем стро­и­тель гим­на­зии.

– Ала­бин отлич­но это пони­мал, что гово­рит о нем как о ярком пред­ста­ви­те­ле лич­но­стей поли­ти­че­ско­го скла­да, выра­жа­ясь язы­ком авто­ра тео­рии черт лич­но­сти Гор­до­на Олпор­та. Но надо отдать долж­ное Пет­ру Вла­ди­ми­ро­ви­чу, он был и лич­но­стью тео­ре­ти­че­ско­го скла­да. Бле­стя­ще обос­но­вал, напри­мер, эко­но­ми­че­скую эффек­тив­ность и целе­со­об­раз­ность стро­и­тель­ства Сибир­ской желез­ной доро­ги сама­ро-уфим­ско­го направ­ле­ния, кото­рая замет­но уве­ли­чи­ва­ла роль Сама­ры в эко­но­ми­ке стра­ны. Он автор цело­го ряда науч­ных тру­дов. Что же каса­ет­ся ала­бин­ской импуль­сив­но­сти, то, быть может, неко­то­рым оправ­да­ни­ем здесь послу­жит тот факт, что мать Пет­ра Вла­ди­ми­ро­ви­ча была фран­цу­жен­кой, а фран­цуз­ской нации при­су­ща, как извест­но, горяч­ность.

– Да, не ариф­ме­ти­че­ский был чело­век.

– Очень непро­стой. Но имен­но в слож­но­сти, неод­но­знач­но­сти и кро­ет­ся, пола­гаю, его фено­мен. В жгу­чей сме­си из демон­стра­тив­но­сти, стрем­ле­ния к лидер­ству, жаж­ды вла­сти, эго­цен­триз­ма, жела­ния посто­ян­но кон­цен­три­ро­вать вни­ма­ние окру­жа­ю­щих на себе, неза­у­ряд­ных орга­ни­за­тор­ских спо­соб­но­стей, остро­го ана­ли­ти­че­ско­го ума, тон­ко­го чутья и твор­че­ско­го мыш­ле­ния, обра­щен­но­го на обще­ствен­но зна­чи­мые цели. Ско­рее все­го, имен­но такое соче­та­ние лич­ност­ных черт и опре­де­ли­ло то, что Ала­бин сыг­рал зна­чи­тель­ную роль как рефор­ма­тор, нова­тор, ини­ци­а­тор соци­аль­но полез­ных начи­на­ний и дви­га­тель пере­до­вых идей.

– Его био­гра­фия выгля­дит взлет­ной. Но вот финал… Я о скан­да­ле с хлеб­ны­ми постав­ка­ми.

– Ала­бин стал залож­ни­ком ситу­а­ции. Вина его в том, что он поло­жил­ся на постав­щи­ков; думал не столь­ко о том, как накор­мить доб­рот­ным хле­бом кре­стьян, сколь­ко о том, как газе­ты будут писать, что бла­го­да­ря дея­тель­но­сти Ала­би­на спа­се­ны тыся­чи голо­да­ю­щих за столь скром­ную сум­му. Поз­же, ско­рее все­го, осо­знал ошиб­ку, но при­знать ее был не в силах (сра­ба­ты­вал меха­низм вытес­не­ния) и про­дол­жал дей­ство­вать по состав­лен­но­му пла­ну.

– Ну да, ему ж сооб­ща­ли, что хлеб негод­ный. Ему сооб­ща­ли, а он отма­хи­вал­ся.

– Так и писал губер­на­то­ру: «Упра­ва [Ала­бин тогда был пред­се­да­те­лем упра­вы. – М. М.] нахо­дит домо­га­тель­ства кре­стьян не заслу­жи­ва­ю­щи­ми ува­же­ния». Но гово­рить о том, что Ала­бин про­вер­нул какую-то афе­ру… Нет. Не в его это харак­те­ре.

Вопро­сы зада­ва­ла Свет­ла­на ВНУКОВА

Член Сою­за жур­на­ли­стов Рос­сии, «Золо­тое перо губер­нии».

Опуб­ли­ко­ва­но в «Све­жей газе­те. Куль­ту­ре», № 6 (114), 2017, Март