В Детской картинной галерее открыта небольшая выставка Юрия Ивукина. Самарские зрители знают его как художника самарского цирка и как мастера инсталляции. Но это только две грани икосаэдра его личности. Он фотограф, поэт, живописец, скульптор, а еще и резчик по дереву. В галерее решили заострить внимание на таланте мастера работать именно с деревом и сформировали выставку «Деревяшки Юрия Ивукина», которая продлится до 24 сентября.
Нина Васильевна Иевлева, директор Детской картинной галереи, обратилась к Юрию с просьбой предоставить несколько работ по дереву. Одновременно в галерее должны были пройти еще выставка эксклюзивной куклы Ольги Бакановой и итоговая демонстрация трудов учеников школы за год «Про девчонок. Про мальчишек». По замыслу, изделия из дерева должны дополнить экспозицию музея и помочь самым маленьким гостям увидеть разнообразие материалов, пригодных для творчества.
Как говорит Юрий Ивукин, основой его выставки стали те работы, которые он сумел найти у себя в мастерской. Они не сортированы по годам, по тематике, по материалу. Это просто шкатулка, из которой можно вытащить гребешок для волос, ложку, нэцке или Пиноккио. Сама выставка тоже названа весьма незатейливо: «Деревяшки». Художник не относится к своим работам с великим пиететом, для него творчество – это жизненная необходимость, а не промысел. Он работает с различными техниками и пробует разные материалы. Он пишет картины, ваяет скульптуры, сооружает арт-объекты и вырезает из дерева. Юрий Ивукин – пример мастера, который вечно испытывает жажду творчества.
В биографии часто указывают, что у него нет специального художественного образования. Возможно, именно это и является главным успехом его творчества. Ведь порой там, где нет искренности, есть мастерство. А у Юрия Ивукина эти понятия не подменяются. Работая в Самарском цирке художником, он утвердился в своем стиле, главный ингредиент в котором – настроение. Именно по этой легкой, чуть горьковатой иронии можно определить его работы.
Цирк – лучшая школа для художника, ставящего главной добродетелью творчества искренность. Ведь именно здесь собираются дети, которые на интуитивном уровне пренебрегают ложью. Они лучше всего понимают образы и настроение художника. В Детской картинной галерее они дольше всего стоят перед витринами работ Юрия Ивукина. Ведь то, что для взрослого мастерски сделанный гребень, для ребенка – эльфийская диадема. А возможность потрогать несколько работ мастера – отдельный подарок для юных посетителей. Автор иногда сам проводит экскурсии по своей выставке – рассказывает об особенностях материала дерева акации, самшита, яблони, груши. Акцентирует внимание, что все работы исполнялись без применения электрических инструментов и каждая фигурка, ложка, гребешок уникальны.
На открытии своей выставки, которая прошла одновременно с началом экспонирования коллекции «Сорока, ворона и красный петух», Юрий Ивукин представлялся как помощник Ольги Бакановой для создания небольших деревянных изделий. При разговоре просил о нем не писать и посвятить место на полосе более важным коллекциям, старался не называть представление своих работ «выставкой». Юрий Ивукин не любит говорить о своем творчестве. Любая выставка – это уже прошлое, он скорее начнет описывать свои новые проекты. Сейчас он активно занимается фотографией и пишет стихи.
Юрий Ивукин
Глаз дракона
Ломтик лимона был тонок. Солнце пронизывало его совершенно, и глаз дракона через него приобретал живой блеск. Написанный ловкой кистью, дракон как бы опоясывал окружность фарфоровой чашки. Она досталась мне от отца, который умер от ран после стычки с императорским отрядом на одной из сопок южной провинции.
Я сидел у его постели и смотрел на его лицо. Глазами он обратил мое внимание на летающих за окном стрекоз, кузнечиков или звезды, я ощущаю присутствие отца. Натягивая тетиву лука, в последнюю долю секунды, я слышу спокойный голос: «Чуть правее, сынок, к вечеру ветер стихает».
Строгая для яслей янтарную сосну, я понимаю: чтобы сделать из нее красивую вещь, одной лишь силы недостаточно.
А за окном опять солнце, стрекозы и мальчик, мой сын, пытающийся их поймать. Но сейчас он оттягивает тетиву моего лука, и я мысленно говорю ему: «Чуть правее, сынок, задержи дыхание».
Оборачиваясь, он улыбается мне. Кратко пропев, стрела победно дрожит в сердце мишени. Значит, отец все еще где-то здесь.
Безопасность
«Рожденный ползать летать не может!»
Осмелившиеся подумать о полете и преодолевшие традицию, косность и лень – взлетают!
Цена полета – жизнь.
Поднявшиеся в небо поощряют поднять головы других. Последние, узнав о существовании высокого, уже не желают ползать, и многие даже встают на ноги.
Взлетающие снова и снова – могут позволить себе ходить по канату, висеть вниз головой, плыть под парусом и под водой, ездить на лошади или велосипеде, летать во сне, путешествовать из одной галактики в другую.
Топливом и двигателем для этого служит мечта.
Цена остается прежней – жизнь.
Ксения ГАРАНИНА
Опубликовано в «Свежей газете. Культуре», № 14 (122), 2017, Сентябрь
