Его все знали.
По мне и этого достаточно, чтоб помнить человека. И его все знали, как доброго человека. Это символ Самары. Мужик с удавом. Легендарный фотограф. Веселый пьяница. Михаил Перегудов.
Я не помню, когда и как с ним познакомился. Но когда я начал ходить 35 лет назад на рок-концерты Миша там уже был. Вечно (не)молодой и вечно пьяный. Он и тогда выглядел стариковато — на концертах в Гамаке и Рассвете мы, семнадцатилетние удивлялись поначалу — что этот дедушка тут забыл? Свою вечную молодость, ребята. Которая длилась у Миши до смерти.
Это был самый яркий контраст — между его нарочито дедовской внешностью и образом жизни двадцатилетнего. Не реальной жизни, а такой, как рисуется совсем уж в юные годы. Изящно пьяный, в джинсовом костюме, дружу с байкерами, фотографирую красивых молодых девиц, тусуюсь на рок-концертах с крутыми хипарями. И так вечно. До смерти. Мечта! Но при условии, что никогда не станешь старше. И в реальности все не так красиво. Но Миша-то сразу был старик! И счастлив, как молодой. Я его не видел грустным. Видел всяким — битым, пьяным, грустным — никогда. У него на лице всегда было спрятано три улыбки — одна в бороде и две — в щелочках глаз. И он был такой всегда! Понимаете?! И в гамаке на самом первом Самом Плохом, и на тусе в Подвале три недели назад. Целая жизнь! И цельная жизнь. Ведь Михаил Перегудов оставил огромное наследие. Все эти годы он исправно снимал, всегда и везде. И сохранил для нас эпоху так, как это не сделал никто. Нет смысла обсуждать значимость его наследия. Она есть, хоть я и не буду утверждать, что фотографии куйбышевского панка Вана или победительницы первого конкурса красоты имеют большую художественную и даже историческую ценность. Я просто расскажу про одно из моих любимых фото Михаила Перегудова.
Вот оно. Из серии «Девчонки моего двора» с эффектом дешевой сепии и соляризации, примерно такой оттенок давал вираж — и это первое. Смотришь на цвет и вспоминаешь ощущение от этого пакета в руках, у прилавка Зоркого. А еще стена сзади — это двор моей родной 26‑й школы. Все эти фамилии давно закрашены многими слоями краски, но они навсегда у меня перед глазами. А за фамилиями — люди, судьбы. И много у Миши таких фотографий, где вдруг появляется вход в портал. В школьный двор моей юности. Или в фойе дома молодежи, где гремит фестиваль «Самый Плохой». Миша-то просто девушку снимал на фоне, просто рокеров, а уж что на пленке осталось… дух старой Самары, страшно добрый, не приходящий в себя много лет и печатлеющий, не целясь и не наводя на резкость. Она сама появится с годами.
Я с ним последний раз разговаривал долго и подробно, когда он еще диски продавал у «Мелодии», хотя и видел его с тех пор бессчетное количество раз. Привет, как дела? А теперь уж и не поговоришь. Можно только вспомнить, снова глядя на его снимки что-то совсем своё. Улицу, дом, лицо, город, жизнь. Почувствовать тот самый дух Самары, пойманный Перегудовым. Спасибо тебе за него, Михаил, прости, что не успел сказать тебе это при жизни.
Фотография обложки: #AL_Steklov
