Куда бегут роботы

Мне пока­зал­ся инте­рес­ным экс­пе­ри­мент (заслу­га в этом при­над­ле­жит гале­ри­стам) пред­ло­жить на «Ночь музеев» про­грам­му, кото­рая бы собра­ла и поклон­ни­ков совре­мен­но­го искус­ства, и люби­те­лей науч­но-тех­ни­че­ско­го твор­че­ства, и пуб­ли­ку, про­сто ищу­щую новых впе­чат­ле­ний. Поэто­му я реши­ла про­ве­сти ночь имен­но здесь.

Как-то не при­пом­ню, что­бы в нашем горо­де совре­мен­ные худож­ни­ки выстав­ля­лись в одном про­стран­стве с объ­ек­та­ми науч­но-тех­ни­че­ско­го твор­че­ства, хотя в том же СГАУ медиа­ху­дож­ни­ки со сво­и­ми пер­фор­ман­са­ми высту­па­ли не раз. Отча­сти тако­му сов­ме­ще­нию физи­ки и лири­ки спо­соб­ство­ва­ло то, что худож­ни­ки ураль­ской груп­пы «Куда бегут соба­ки» рабо­та­ют в обла­сти Science Art’a, доста­точ­но мод­ном сего­дня направ­ле­нии совре­мен­но­го искус­ства. Поэто­му чисто тех­ни­че­ские при­дум­ки из СГАУ – робот-кос­мо­навт, машу­щий пуб­ли­ке руч­кой, пада­ю­щие кап­ли дождя в фор­ме буко­вок, сер­де­чек и про­чих гото­вых фигур на вто­ром объ­ек­те, – на пер­вый взгляд, не про­ти­во­ре­чи­ли обще­му строю экс­по­зи­ции и по-сво­е­му допол­ня­ли выстав­ку, кура­то­ром кото­рой в Сама­ре высту­пил Сер­гей Балан­дин.

На ней, по замыс­лу худож­ни­ков, зри­тель встре­чал­ся с лицом сво­е­го запа­ха, или с ими­та­ци­ей живо­го суще­ства в виде наблю­да­ю­ще­го за ним гла­за, в кото­рый при при­бли­же­нии чело­ве­ка пре­вра­щал­ся чер­ный нано­ма­те­ри­ал. Дви­же­ние гла­за про­еци­ро­ва­лось на боль­шой экран в удво­е­нии, так что полу­ча­лось два дви­жу­щих­ся гла­за, поз­во­ляя достра­и­вать наше­му вооб­ра­же­нию отсут­ству­ю­щее лицо.

В худо­же­ствен­ной части выстав­ки, по кото­рой была отдель­ная в этот вечер экс­кур­сия, пред­став­ля­лись две плаз­мы с видео­за­пи­сью тех работ, кото­рых не было в экс­по­зи­ции. В одной из них робо­ты в виде шаров дви­га­ют­ся по раз­ным тра­ек­то­ри­ям, но нико­гда не теря­ют друг дру­га из вида. Это обще­ние шаров меж­ду собой сопро­вож­да­ет­ся музы­кой, вос­про­из­во­дя­щей нот­ную запись с кар­ти­ны Бос­ха «Сад зем­ных насла­жде­ний», так что при жела­нии здесь мож­но выстро­ить доволь­но инте­рес­ный круг ассо­ци­а­ций, не име­ю­щих пря­мо­го отно­ше­ния к тех­ни­че­ско­му замыс­лу.

Во вто­ром видео пока­зан образ интер­ак­тив­но­го лаби­рин­та, по кото­ро­му бежит реаль­ная мышь. Она вре­мя от вре­ме­ни встре­ча­ет­ся со сво­им вир­ту­аль­ным двой­ни­ком, кото­рый про­хо­дит те пути, кото­рые она отверг­ла либо еще не про­шла, что при­во­дит к сме­ше­нию про­шло­го выбо­ра и буду­ще­го, они встре­ча­ют­ся и меня­ют­ся места­ми. Послед­ний арт-объ­ект выстав­ки пред­став­ля­ет собой видео­ин­стал­ля­цию, кото­рая пока­зы­ва­ла пада­ю­щий кар­то­фель с откры­ва­ю­щи­ми­ся вре­мя от вре­ме­ни глаз­ка­ми, замет­ны­ми толь­ко для тер­пе­ли­во­го зри­те­ля и опять же стран­но смот­ря­щи­ми на него. Для съе­мок дан­но­го филь­ма пона­до­би­лась един­ствен­ная в стране каме­ра, кото­рой сни­ма­ют взры­вы и хими­че­ские про­цес­сы.

Как видим, совре­мен­ные худож­ни­ки рабо­та­ют, исполь­зуя послед­ние дости­же­ния науч­но-тех­ни­че­ско­го про­грес­са. Одна­ко их отли­чие от про­дук­тов инже­нер­но­го твор­че­ства на таких выстав­ках ста­но­вит­ся оче­вид­ным, пото­му что цели у них раз­ные, да и резуль­та­ты тоже. Каза­лось бы, и те, и дру­гие объ­ек­ты не име­ют полез­ной функ­ции, они эсте­тич­ны, спо­соб­ны раз­влечь и удо­вле­тво­рить тех­ни­че­ское любо­пыт­ство пуб­ли­ки.

По край­ней мере, один из сту­ден­тов СГАУ, кото­рый сопро­вож­дал рабо­ту при­вне­сен­ных на выстав­ку робо­тов и кото­ро­го я попро­си­ла про­ком­мен­ти­ро­вать худо­же­ствен­ные объ­ек­ты, отме­тил их ори­ги­наль­ность и по тех­ни­че­ской задум­ке, а не толь­ко по сути.

Но что такое «по сути»? Попро­бу­ем про­ком­мен­ти­ро­вать. Если для инже­не­ра доста­точ­но создать зани­ма­тель­ный объ­ект, на кото­рый будет при­ят­но смот­реть, созда­вая эда­кий фон для раз­мыш­ле­ния, то худож­ник ста­вит перед собой более гло­баль­ные зада­чи. Он пред­ла­га­ет зри­те­лю не игруш­ку, но раз­мыш­ле­ние о меха­ни­ке наших чувств, о роли визу­аль­но­сти в тех­но­ген­ном мире, о поис­ке выхо­да из сфе­ры чистой функ­ци­о­наль­но­сти в область вос­при­я­тия (и при­я­тия) мира.

Робот, кото­ро­го созда­ет худож­ник, – это не дубль чело­ве­ка. Он само­до­ста­то­чен. В этом про­ек­те, как видим, он всту­па­ет в ком­му­ни­ка­цию, кото­рая до кон­ца не пред­ре­ше­на и кото­рая спо­соб­на задать чело­ве­ку вопро­сы о нем самом: кто он, что он дела­ет, на что реа­ги­ру­ет, с чем готов иметь дело. Ина­че гово­ря, робот в руках у худож­ни­ка воз­вра­ща­ет чело­ве­ку то, что тот поте­рял в сво­ем беге по кру­гу полез­ных дей­ствий, а имен­но его само­го. И не в каче­стве робо­та, но в каче­стве чело­ве­ка, что нема­ло.

Встре­ти­лись ли эти два мира – худож­ни­ки и тех­ни­ки, узна­ли ли друг дру­га, пока­жет вре­мя. А пока обра­тим­ся ко вто­рой пло­щад­ке вече­ра, на кото­рой рабо­та­ли мастер-клас­сы по робо­то­тех­ни­ке и про­хо­ди­ли пер­фор­ман­сы Ана­ста­сии Аль­бо­кри­но­вой, Анны Кор­жо­вой и Геор­гия Кван­т­ри­шви­ли. Сама я не удер­жа­лась, что­бы не поучаст­во­вать в мастер-клас­се, в резуль­та­те мой сло­варь обно­вил­ся новы­ми сло­ва­ми: лего, пла­та, арду­ин­ка, све­то­ди­од, а при напи­са­нии про­грамм и запус­ке соот­вет­ству­ю­ще­го объ­ек­та полу­чи­лось дой­ти до LCD-дис­плея, кото­рый выдал мне жела­е­мое «Hello, r2d2»! Види­мо, это теперь мое имя, r2d2.

Забы­тое со шко­лы чув­ство откры­тия новых воз­мож­но­стей, вокруг столь­ко же увле­чен­но игра­ю­щих детей и взрос­лых. Пре­крас­ный вечер! Нако­нец, у тех, кто рабо­тал с кон­струк­то­ром «Лего», что-то полу­чи­лось, робо­ты были постав­ле­ны в очер­чен­ный на полу круг. Ока­за­лось, что в зада­чу робо­та на рин­ге (эта­ко­го сумо­и­с­та) вхо­ди­ло убрать сопер­ни­ка из кру­га. Дети, кото­рые наблю­да­ли за про­цес­сом, при­за­ду­ма­лись. Я вот тоже. О чем эта игра? О том, что нуж­но не толь­ко собрать машин­ку, но еще и стать побе­ди­те­лем.

Вся кра­со­та игро­во­го дей­ства была испор­че­на такой кон­цов­кой, где чудом ока­зы­ва­лось не дви­же­ние машин, не их стран­но­ва­тый облик, кото­рый будил вооб­ра­же­ние, но кто кого одо­ле­ет, выве­дет из игры, сде­ла­ет ненуж­ным. Игра с послед­стви­я­ми для маши­ны и, в пере­нос­ном смыс­ле, для чело­ве­ка, кото­рый навя­зал ей такую функ­цию. Так что пока­за­лось совсем не слу­чай­ным, что рядом с игро­вым залом обра­зо­ва­лись длин­ные оче­ре­ди уже на пер­фор­ман­сы. Загад­кой здесь было то, что худож­ни­ки рас­по­ла­га­лись в отдель­ных кас­сах и вызы­ва­ли каж­до­го чело­ве­ка на отдель­ный закры­тый для осталь­ных раз­го­вор. Я про­сто­я­ла одну такую оче­редь и мог­ла оце­нить накал чувств, кото­рый за часы сто­я­ния у каж­до­го в ней воз­ник. Несмот­ря на уста­лость, люди про­дол­жа­ли верить в чудо и не ухо­ди­ли, даже если худож­ник гово­рил, что закан­чи­ва­ет при­ем. Вот и ответ, зачем искус­ство.

Про­грам­ма вече­ра вклю­ча­ла в себя еще и такой раз­ви­ва­е­мый послед­нее вре­мя в гале­рее фор­мат обще­ния с пуб­ли­кой, как раз­го­вор о кни­гах по искус­ству. Недол­го, все­го час, а мож­но было бы и подоль­ше. По край­ней мере, так пока­за­лось, когда я вер­ну­лась от кон­струк­то­ров на верх­нюю пло­щад­ку, в гале­рею, и уви­де­ла, что сво­бод­ное цир­ку­ли­ро­ва­ние пуб­ли­ки вокруг при­гла­шен­ных музы­кан­тов, арт-объ­ек­тов, изго­то­ви­те­лей кок­тей­ля и пун­ша, про­чих напит­ков и еды достиг­ло апо­гея.

Это зна­чит, что ничто из выше­пе­ре­чис­лен­но­го уже не обра­ща­ло на себя вни­ма­ния и сли­ва­лось в один шумо­вой фон, воз­мож­но, вполне под­хо­дя­щий для собы­тий, кото­рые не име­ли отно­ше­ния к про­грам­ме. Впро­чем, под­хо­ди­ла новая пуб­ли­ка, у нее еще оста­ва­лись вопро­сы. Мне же ста­ло скуч­но, захо­те­лось вый­ти на воз­дух. На ули­це была насто­я­щая весен­няя ночь, гуля­ли люди, бежа­ли маши­ны, одна из них, к сча­стью, направ­ля­лась как раз к мое­му дому.

По доро­ге домой сочи­нил­ся дурац­кий сти­шок:

– Куда бегут робо­ты? – За пивом и ква­сом.

– Что это с ними, не сбрен­ди­ли часом?

– Они под при­смот­ром, у них руле­вой…

– Не Вася ли Пуп­кин, с кар­ма­ном-дырой?

– Что Вася, у робо­тов роль непро­ста:

Разыс­ки­вать серд­це твое у моста…