Колонка министра культуры Самарской области для газеты «Культура».
Завершился 42‑й Всероссийский фестиваль авторской песни имени Валерия Грушина. У фестиваля – новая концепция, активно работающий художественный совет. На Мастрюковских озерах вновь собрался звездный состав авторов, исполнителей и десятки тысяч почитателей авторской песни со всего мира. Фестиваль подтвердил свой статус уникального явления культуры России.
Подведены итоги творческих конкурсов бардовской песни, лауреатские дипломы получили представители новой волны этого по-прежнему популярного направления музыкальной культуры. Дипломы, которые теперь на всю оставшуюся жизнь закрепят особый статус их обладателей.
Но пора двигаться вперед, к 43-му фестивалю. Пора уже сегодня, не откладывая организационные хлопоты до весенней поры. Главная задача – провести уже в следующем году фестиваль, который объединил бы все направления авторской песни. Наверное, это будет сложнее всего: на Поляну ежегодно приезжают сторонники традиций, которые убеждены, что бардовская песня – это не жанр, а основная масса грушинцев – это люди, имеющие сходные мировоззренческие и эстетические установки. Приезжают и те, кто уверен, что Поляна должна собрать всех любителей музыки и поэзии – без разграничения жанров и направлений. И тогда на первое место выходит задача выстроить диалог между этими, безусловно, талантливыми людьми, не желающими прислушаться к аргументам своих оппонентов.
Не менее важно – привлечь молодое поколение. Чем больше на Поляне будет молодежи, тем больше перспектив у Грушинского фестиваля. Только так мы сможем сохранить преемственность поколений и традиции.
Для решения этих задач нам нужны эффективно функционирующий оргкомитет и поддержка федерального министерства культуры.
Грушинский фестиваль – одно из важнейших культурных событий не только для нашего региона, но и для всей России. Осенью министерство культуры Самарской области проведет обсуждение содержательных итогов фестиваля 2015 года и начнет подготовку к будущему фестивалю вместе с бардовским сообществом, участниками всех форумов авторской песни. Уже сегодня пора сделать следующий шаг, перейдя от деклараций к реальной совместной деятельности.
Сергей Филиппов
Опубликовано в издании «Свежая газета. Культура» в № 12 (79) за 2015 год
Прекрасная статья, приятно, что сразу после фестиваля начато обсуждение его итогов и работа над следующим фестивалем.
Хочу поделиться своими соображениями, как координатор той половинки фестиваля, которая в этом году, к огромному сожалению, из-за резкой смены концепции фестиваля вынуждена была переехать в Московскую область.
Мне кажется, что для того, чтобы готовить фестиваль следующего года, нужно решить, что собой представляет Грушинский фестиваль. На протяжении последних пяти лет раскола оформилось два принципиально разных подхода к данному вопросу. Условно их можно назвать “консервативный” и “молодежный”, но это плохо описывает сложившиеся противоречия. Потому что оба подхода консервативные, просто пытаются сохранить на Грушинском принципиально разное.
Команда, которой в этом году, против всех подписанных Мединским и Меркушкиным договоренностей, удалось получить полный контроль над фестивалем, пытается сохранить прежде всего этот контроль. Эта команда расколола фестиваль в 2007 году, по причине того, что их друг и многолетний спонсор, взявший по их просьбе поляну в аренду, лишил их контроля над доходом с фестивальной ярмарки и таможни. Что было обговорено, но потом они от своей подписи под договором отказались. После этого они много лет боролись против фестиваля на Мастрюках, чтобы вернуться и вернуть себе ярмарку и таможню. В этом году они наконец-то победили и получили все, что хотели. Проблема в том, что это пиррова победа. В процессе случайно повредили уникальную традицию, сложившуюся почти за 30 лет на Мастрюках.
Дело в том, что когда команда Кейльмана ушла с Мастрюков, фестиваль этого не очень-то и заметил. Другие Грушинские ветераны во главе с ныне покойным аксакалом Исаем Фишгойтом (это он возвысил когда-то Кейльмана) продолжили проводить Грушинский без “раскольников”. Их поддержали наследники Валерия Грушина и большинство бардов, но они в первый же год сделали ошибку, которая стоила им почти всей молодежной аудитории. Они объявили, что ограничивают формат фестиваля “возвращаясь к истокам” и обвинив Кейльмана в излишнем “модернизме”. На самом деле, в “модернизме” начала 2000х, когда на Груше были поставлены рекорды посещаемости, виноват был совсем не Кейльман, а его друзья — одиозная группа компаний СОК, взявшая фестиваль под крыло в самом конце 90х. Они умудрялись в рамках Грушинского даже фестиваль электронной танцевальной музыки проводить (Фестиваль Радио СОК на пляже).
В 2010 году на Мастрюках власть переходит к другой команде (состоящей из уважаемых завсегдатаев-артистов и ветеранов фестиваля) и концепция принципиально меняется. Подчеркивается социальный аспект фестиваля. Опора на традиционные палаточные лагеря, многие из которых имели к тому моменту 20летнюю историю и на независимые сцены и площадки, особенно региональные. Т.н. “горизонтальная структура управления фестивалем”. Важнейшим шагом становится наш формальный отказ от названия “Грушинский” в рамках курса на то, чтобы любой ценой вернуть вторую половину фестиваля с Федоровки. Фестиваль становится “открытой фестивальной платформой” им. Валерия Грушина. Подчеркивается его роль главного ежегодного “съезда” жанра и своеобразие социального организма — содружества традиционных лагерей и сцен.
В 2013 году обе поляны посещает Владимир Мединский и оба фестиваля ему очень нравятся. Остается техническая задача — объединить. Кейльман не хочет, везде заявляет, что объединяться не с кем. Но в результате героическими усилиями и при мощных финансовых вливаниях (Кейльману) кое-как договорились.
И дальше все идет вообще не так, как договаривались. В процессе объединения с нашей половинкой фестиваля никто даже не разговаривает. Сторонами объединения объявляется наш многострадальный меценат Мартынов и “монопольный организатор” Кейльман, владелец “товарного знака”. Где Вы тут увидели товар вообще? Народная традиция! Представляете какого было наблюдать это “объединение” сценам, сбежавшим до этого от Кейльмана на Мастрюки?
Если в 2014, в первый год объединения, несмотря на то, что об обговоренном паритете участия в руководстве Единым фестивалем почему-то забыли сразу, но хотя бы жесткая позиция губернатора — “сохраняем все сцены двух фестивалей”, привела к тому, что первым шагом запрещенные Кейльманом патриотические и молодежные программы Платформы на поляне остались, то в этом году — Кейльман смог выкинуть с фестиваля практически все, что не имеет прямого отношения к его команде, и даже отлично отомстить остававшимся на Мастрюках традиционным лагерям, согнав большое их количество с насиженных мест. В итоге, традиционный фестиваль, проходивший непрерывно с 1986 года на Мастрюках, в данный момент довольно серьезно поврежден и словно целенаправленно ухудшен своим же бывшим (с конца 90х до 2006) руководителем. На “Платформе” у нас ни разу не было так мало людей, чтобы так сократить численность зрителей нужна была прямо антиреклама. (1000 рублей въезд, 5 сцен, выгнанный О!стров, запрет участвовать культовым бардам).
Не все так плохо.
Зато хотя бы одно достижение в нашем активе есть. На Федоровке фестиваля-двойника нет. Обратите внимание, что уход фестиваля с Федоровки — не оставил там ни сцен, ни палаточных лагерей, а вот если сейчас Кейльман, не дай Бог, снова с Мастрюков сбежит — фестиваль-то все-равно останется, многие зрители, возможно, даже не заметят. Именно поэтому он не сбежит.
Потому что традиция. Пока живая, хотя с ней и борьба и прошла.
То есть. Две принципиально разные концепции. Кейльман: фестиваль мой и моих друзей. Платформа: фестиваль принадлежит народу и российской культуре. Кейльман: если мы уйдем, фестиваля не будет. Платформа: если мы уйдем, то фестиваль потеряет роль неформального съезда жанра и всего фестивального движения. Кейльман: мы делаем фестиваль с 68 года, поэтому сами знаем, что лучше фестивалю. Платформа: Грушинский имеет смысл только если это открытая фестивальная платформа, куда может присоединиться любой творческий проект, поддержанный широким фестивальным сообществом.
В данный момент эти два подхода невозможно “поженить” на одной поляне. Поэтому путей развития ситуации всего два. Либо нужно выбрать один из подходов и воплотить его. Тогда, правда, возможен демонстративный уход несогласных, см. ситуацию этого года, когда нам ничего другого не оставалось, как организованно переехать в Ногинск. Либо нужно в рамках одного полигона реализовать оба подхода. Просто поделить полигон между двумя оргкомандами. Чуть ли не организовать два независимых въезда на фестиваль. (Это возможно физически, второй заезд от лодочной станции села Задельное).
В любом случае — решать должна только губерния, это огромная ответственность, любые частные интересы тут сейчас совершенно ни при чем, государственной важности решение, не побоюсь этого слова.
Владимир Кожекин
руководитель межрегионального общественного движения КСП21, координатор на общественных началах фестиваля “Платформа” (в этом году Ногинск, Московская область).