В театре «Камерная сцена» состоялась премьера по пьесе Дениса Фонвизина «Недоросль».
Написанную за 17 лет до рождения Пушкина, подарившего нам русский язык в его современном литературном варианте, комедию Дениса Ивановича Фонвизина «Недоросль» нельзя назвать легким чтением. Особенную сложность представляют монологи Стародума и Правдина. От большинства из них Софья Рубина – постановщик спектакля в театре «Камерная сцена» – благоразумно избавилась. В результате текст со сцены звучал «живой» и в большинстве своем понятный. Но в некоторых местах рука все же тянулась к несуществующему глоссарию, чтобы понять, о чем толкуют персонажи.
Особенно тяжкая доля выпала Правдину – молодой актер Андрей Бирюков старательно преподносит зрителям фонвизинскую дидактику в рамках заданного образа, однако «проезжает» эти места еще не очень гладко. Может, недостает веры в произносимые идеалистические сентенции, может быть, высокая лексика, концентрация которой именно в его репликах достигает критической нормы, дается еще с трудом. А возможно, мешает то, что реакция зала в эти моменты будто пропадает.
Стоит отдать должное публике (преимущественно юной): текст воспринимали очень живо. Смеялись над шутками двухсотлетней давности, особенно откликались на пребывание на сцене главной героини. Ни один положительный персонаж – будь то романтичные Софья (Ирина Маркина) и Милон (Евгений Клюев) или справедливые Правдин и Стародум (Владислав Метелица) – не прописан у Фонвизина так ярко и занимательно, как отрицательные.
Простакова в исполнении Ларисы Ляпуновой – харизматичная и энергичная хозяйка дома, неравнодушная ко всему происходящему вокруг. Молодая артистка еще не вполне освоилась в накладных толщинках героини. Солидность, которую она придает манере поведения и речи, еще не вполне естественна. Но наблюдать за тем, как вместо хрестоматийной тучной и немолодой помещицы (хотя в тексте комедии это нигде не указано) самодурство учиняет нестарая героиня интересной внешности, доставляет истинное удовольствие. Талант актрисы позволяет предположить, что спектаклей через десять это будет непривычная нам, но подлинная Простакова.
Избавленный с легкой руки постановщика от тяжеловесных просветительских монологов Стародум в исполнении Владислава Метелицы превратился в справедливого, но веселого дядюшку. Произнося, казалось бы, нейтральные ремарки, он придавал спектаклю легкости и остроумия. Благодаря его профессиональному опыту рисунок роли «сел» на него с премьерного показа плотно, как перчатка, сшитая точно по руке.
Автор спектакля не только увлекает зрителя конфликтом «самодур и его жертвы», который в нашей стране, наверное, будет актуален всегда, но и создает уютный мир густонаселенного поместья. Традиционное для Софьи Рубиной желание перенести зрителя лет на 200 назад (действие многих ее постановок разворачивается в далеком прошлом), где он будет окружен всеми звуками и красками природы и усадьбы, в «Недоросле» обрело форму благодаря сценографии Георгия Паршина. Художник из Санкт-Петербурга, постоянный соавтор главного режиссера «Камерной сцены», в этот раз создал на сцене пространство, которое скорее напоминает природный ландшафт, нежели комнаты усадьбы. Ветви деревьев, переплетаясь, дарят героям надежное укрытие от воздействий внешних сил, а настоящие яблоки на сцене отсылают к предыдущим спектаклям театра (например, «Натали») и наполняют постановку подлинными звуками хруста спелых плодов.
Еще одна отсылка к раннему репертуару «Камерной сцены» – свинья в исполнении Аллы Кривовой. Почти такая же комичная свинка была украшением «Повести о том, как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем». В «Недоросли», помимо нее, есть еще кошка – мягкое и уютное «творение» Татьяны Каррамовой. Милые животные, дворовые девки и примкнувшие к ним учителя, Еремеевна и Тришка – все они создают единый уютный мир, который существует в гармонии, несмотря на домашнюю тиранию хозяйки дома.
Сегодня «третирование» Простаковой домашних, осуждаемое Фонвизиным, выглядит невинно и даже забавно. Может быть, поэтому Софья Рубина «смягчает» ей наказание. В отличие от автора комедии, постановщик решает, что с помещицы довольно и отчуждения имущества. Сакраментальную фразу «Вот злонравия достойные плоды!» Стародум здесь произносит после объявления, что право опеки переходит к Правдину.
В спектакле сын – самая большая ценность и смысл жизни Простаковой – не отрекается от нее. Напротив, в финальной сцене все домочадцы сплачиваются сильнее, чем прежде. Хлопнув пару рюмочек настойки, бывшая хозяйка поместья и деревень затягивает песню, которую ранее пели за обедом Еремеевна и учителя. Хоть и не состоялась ни одна из планируемых ею свадеб, а все же – жизнь продолжается. И живучая Простакова с фамилией еще обретут счастье.
Драматический театр «Камерная сцена» (Самара)
Д. Фонвизин
Недоросль
Постановка – Софья Рубина
Сценография – Георгий Паршин (СПб)
Костюмы – Ольга Никифорова
