В семидесятых годах на одном из джазовых фестивалей в Куйбышеве дебютировал лучший тогда в городе Горьком (Нижнем Новгороде) пианист Александр Шишкин. В его ансамбле на ударных инструментах играл СЕРГЕЙ МАНУКЯН, который по единодушному решению членов жюри был признан лучшим барабанщиком фестиваля. И вот в ноябре новая встреча с музыкантом.
После фестиваля Манукян бывал в Самаре неоднократно – уже в роли вокалиста и исполнителя на клавишных инструментах. За ударные же теперь Сергей садится лишь на мастер-классах и во время soundcheck‘а (предконцертной подстройки инструментов и звуковой аппаратуры на сцене). Хотя вхождение в музыку Сергей начинал после окончания Грозненского музучилища именно по классу ударных инструментов. После двух лет работы в эстрадном оркестре Чеченского радио и телевидения Сергей переехал в Горький, где играл в упомянутом уже ансамбле Александра Шишкина.
Председателем жюри фестиваля в Куйбышеве в семидесятых годах был народный артист России Анатолий Кролл. Он обратил тогда внимание на молодого талантливого барабанщика, и тот вскоре стал работать в Москве в знаменитом биг-бэнде Кролла и параллельно серьезно заниматься вокалом и игрой на клавишных инструментах.
Позже был весьма плодотворный период работы в Эстонии, где Манукян впервые записался на грампластинку – как участник ансамбля. Затем он начал выступать с сольными программами и в роли приглашенного солиста с ведущими музыкантами страны и с зарубежными исполнителями, включая Фрэнка Заппу и легендарную группу Blood, Sweet and Tears. Заметно проявился и композиторский талант Сергея. Многие его мелодии часто звучат, причем не только в авторском исполнении.
Сегодня Сергей Манукян – наиболее яркий, если не единственный отечественный представитель мужского инструментального вокала. Я бы не решился однозначно назвать Сергея чисто джазовым вокалистом. Ему более близки rhythm&blues и soul. Хотя оба эти музыкальных направления весьма близки к собственно джазу. Главным основателем, так сказать, «крестным отцом» этих жанров в начале пятидесятых годов был гениальный черный слепец Рэй Чарльз, и он, естественно, стал кумиром Манукяна. В этом легко убедиться, если прослушать отдельно их исполнительские версии хотя бы легендарной композиции раннего soul Georgia on My Mind. Поэтому в печати самого Сергея Манукяна часто именуют «российским Рэем Чарльзом».
Эмоционально прочувственная, порой даже экзальтированная, «душевная» (от soul – душа, искренность, подлинность) манера пения вокалистов этого жанра имеет свои корни в негритянских религиозных песнопениях госпел и спиричуэл. Причем репертуар Манукяна-вокалиста достаточно широк и разнообразен. Так, в последнем его самарском концерте можно было услышать версию блюза All Right O‘Key, а затем пару хитов легендарного Нэта Кинга Коула, включая знаменитую композицию Unforgettable. Звучали также версии мелодий The Beatles и откровенных роковых хитов. Но все это преподносилось Сергеем в манере и технике soul: напористый вокал, украшенный мелизмами и свободной орнаментикой с «опеванием» опорных мелодических звуков фигурными пассажами, основанными практически полностью на импровизации.
В джазе существует прием scat – вокальная слоговая импровизация, основанная на артикуляции не связанных по смыслу слогов или звукосочетаний. Но в джазе scat – это какой-то эпизод, фрагмент композиции с этим инструментальным вокалом. Основу вокальной партии здесь все же составляет текстовое пение.
В композициях же Сергея Манукяна осмысленный текст присутствует лишь для обозначения какого-то, часто довольно известного, музыкального стандарта, после чего значительная часть музыки присутствует в виде вокальной импровизации. Причем не только слоговой. И здесь наиболее полно проявляется уже упоминавшееся родство исполнительской техники soul с ритуальными афроамериканскими песнопениями. Необузданная эмоциональность подчеркивается элементами экстатических юбиляций с явным тяготением к нетемперированным звукам и к откровенно блюзовой тональности. А в сочетании с весьма оригинальным вокальным вибрато и какими-то необычными приемами звукоизвлечения с характерными голосовыми подтягиваниями, а порой хрипами, рыками и неожиданными shouts – выкриками все это создает заметный ладовый колорит исполняемой композиции.
При всем этом хотелось бы отметить индивидуальные черты вокала Сергея Манукяна: весьма оптимистичная и даже немного ироничная манера и вполне естественно присутствующие элементы музыкальной культуры Кавказа при какой-то почти детской непосредственности музыкального изложения. Ну и каждая, независимо от ее характера, прозвучавшая мелодия излучала обаяние и душевное тепло исполнителя. Начинавший как барабанщик и оставаясь великолепным ваятелем ритма, Сергей Манукян сегодня, вне сомнения, прекрасно владеет и клавишным синтезатором. И здесь вновь вполне уместными будут параллели между Сергеем и его великим кумиром и мастером жанров soul, а также rhythm&blues Рэем Чарльзом.
На сцену Самарской филармонии Сергей Манукян вышел в составе инструментального квартета.
Гитарист Павел Чекмаковский – один из самых известных российских исполнителей современного джаза, работающих в стилях фьюжн, фанк и нью-свинг. Он играл со многими ведущими музыкантами отечественного джаза и в малых составах, и в биг-бэнде Игоря Бутмана. И Чекмаковский по своей стилистике и манере исполнения вполне вписывается в soul Сергея Манукяна.
А вот российско-американскому пианисту Валерию Гроховскому, как мне показалось, в ансамбле Манукяна было несколько скучно. Отдельные концертные эпизоды, в том числе изящные мелодические переклички голоса Сергея и рояля Валерия, добавили не очень много. Гроховский хорошо известен самарским меломанам по его неоднократным выступлениям на нашей филармонической сцене. Здесь он был в джазовом абонементе Даниила Крамера, со своим трио привозил американскую певицу Стефани Накозян.
Валерий около 25 лет живет в США и во Франции и лишь в прошлом году в очередной приезд в Россию все же остался здесь надолго и даже согласился возглавить кафедру инструментального джазового исполнительства в Российской академии музыки имени Гнесиных. Сюда перед своим уходом его привел ветеран российского джазового образования Игорь Бриль.
Проживая в США, во время частых предыдущих наездов в Москву Валерий собирал здесь и собственные группы, с которыми записывался и гастролировал по стране. В том числе в 2002 г. в его трио, вдруг вспомнив о начале своей музыкальной карьеры, на барабанах играл и Сергей Манукян. Но автору этих заметок показалось, что в нынешнем составе ансамбля Манукяна рояль как инструмент просто лишний. Гармоническую насыщенность в квартете вполне обеспечивают синтезатор самого Манукяна и гитара Чекмаковского. Скромная роль Гроховского в этом ансамбле ему явно тесна. Ну, а великолепные возможности Гроховского как пианиста мы по достоинству оценили и в восхитительных дуэтах с Крамером, и в сольном исполнении пианистом «Рапсодии в стиле блюз» Гершвина в сопровождении симфонического оркестра Самарской филармонии.
Отдельно хотелось бы отметить барабанщика квартета Артема Федотова, недавнего выпускника Гнесинки. По манере исполнения на ударных он, кстати, очень напоминает раннего Манукяна. Артема выделяют великолепная фантазия и блестящая техника исполнения. Играя практически на стандартной ударной установке без каких-либо излишеств, музыкант весь концерт был не только ритмическим пульсом и гарантом драйва, но и равноправным участником квартета, добавлявшим в мелодику ансамбля очень красочные оттенки. Игра Федотова отличалась каким-то безошибочным инстинктивным ощущением происходящей музыкальной акции, и он очень эластично и точно вписывался в импровизации Сергея Манукяна.
Возвращаясь к главному герою самарского концерта, следует безоговорочно признать, что, не будучи чисто джазовым вокалистом, Сергей Манукян в пении является великолепным мастером в непосредственно близких к джазу жанрах, а также просто уникальным исполнителем с большим опытом джазового музицирования.
Игорь Вощинин
Фото Дениса Егорова
Опубликовано в издании «Культура. Свежая газета», № 20 (87) за 2015 год
