Уж не снится ли мне это, в самом деле? Ольга Шебуева в театре «Камерная сцена»? В спектакле «Дядюшкин сон» по одноименной повести Федора Достоевского она исполняет главную роль! Последняя премьера театра полна как сюрпризов, так и ожидаемых радостей.
Гоголь? Достоевский!
По традиции режиссер Софья Рубина выступила автором инсценировки.
Повесть Достоевского «Дядюшкин сон» – огромный соблазн для постановщиков. Блистательные диалоги, полные гоголевского остроумия, яркие характеры и хитрые интриги так и просятся на сцену. История о предприимчивой и пробивной матушке Марии Александровне Москалевой, которая всеми правдами, а чаще – неправдами хочет выдать красавицу дочь Зину за старого князя, «полупокойника», развивается энергично и увлекательно.
Но даже в своем самом «гоголевском» тексте Федор Михайлович не мог изменить себе – ближе к концу повествования учитель, возлюбленный Зины, умирает от чахотки (а как иначе?!), к которой привела попытка самоубийства (конечно же!). При прочтении эта сцена кажется заупокойной речью на веселом празднике. А финал, в котором несостоявшийся жених Зинаиды Павел Мозгляков, повторяя судьбу Евгения Онегина, видит героиню блистательной хозяйкой столичного бала, похож на идеалистическую попытку сообщить читателям, что всем воздается по заслугам.
В роскошном «Дядюшкином сне» театра имени Вахтангова, запоминающемся в первую очередь дуэтом Марии Ароновой и Владимира Этуша, история обрывается вместе с надеждой Москалевой воплотить в жизнь свой хитроумный план. Спектакль завершается разоблачением героини, можно сказать, немой сценой (в очередной раз подчеркивая родство произведения с миром гоголевских текстов). Это выглядит настолько естественно и органично, что сердце замирает от мысли: «Вот именно так и должно быть!».
В самарской инсценировке Софья Борисовна пошла след в след за Достоевским. Финальная сцена не только не упразднена, а показана дважды – в начале и в конце спектакля. На людей, не знакомых с литературным источником, это не производит особенного впечатления, поскольку им не вполне ясно, что происходит. И только при повторе осознается, что это была развязка истории.
Сцена с прощанием Зины с учителем выглядит вставной. Создается впечатление, что необходима она только для того, чтобы зритель не заподозрил романтическую героиню в меркантильности и отказе от своих убеждений – ведь она вышла замуж только после смерти возлюбленного.
Москалева, какой мы ее не ожидали увидеть
Ольга Шебуева в роли Марии Александровны Москалевой – самое неожиданное распределение на роль в самарском театре за последние несколько лет. Достоевский не дает описания героини. Но воображение рисует напористую (а значит – крепкую), пробивную (а значит – корпулентную), опытную (а значит – немолодую) даму. Хрупкая, воздушная и вечно юная Ольга Шебуева своей тонкой рукой беспощадно перечеркивает эту картинку. Чтобы создать новую.
Ее Москалева – образ сложный, неоднозначный, «как в жизни». Искренними ли слезами поливает она дочь, умоляя выйти замуж за старика по расчету? Или это обычная женская манипуляция, искусно представленная женщиной вдвойне – матерью?
Временами актриса искусственно огрубляет голос – это создает контраст с утонченной внешностью. Роль ее полна плавных органичных переходов – резкость уступает место мягкости и кокетству, расчетливость сменяется искренним страданием (а потом задумаешься – искренним ли?..). А тут вдруг и вовсе что-то донкихотское промелькнуло в противостоянии Марии Александровны и полусонного мордасовского царства.
В «портрете» Москалевой есть и полутона, и крупные мазки: вот ее посетила счастливая мысль выдать дочь за князя – красивые пальцы ее забегали, и уже видишь, как защелкали счетные машинки в глазах.
Премьера состоялась в день юбилея Ольги Шебуевой и стала настоящим подарком для зрителей. Вновь видеть любимую актрису спустя столько лет, да еще в такой «бенефисной» роли, позволяющей проявить и обаяние, и комическое дарование, и характерность!
Двойное удовольствие
Хороши в спектакле дуэты: Москалева и князь, Мария Александровна и ее супруг.
Старый князь в исполнении Артура Быкова. Актер запомнился после роли Хлебникова в спектакле «Поединок» по Куприну – практически без слов он создал образ забитого и угнетаемого солдата, который можно считать метафорой всего спектакля.
В «Дядюшкином сне» он играет преувеличенную пародию. Дуэт князя и Москалевой выигрышный для них обоих, поскольку позволяет каждому проявить себя: он гоняет по кругу три-четыре мысли, она продумывает все на несколько ходов вперед. Он практически не реагирует на собеседников, пребывая в своем собственном мире, она тонким камертоном ловит каждую его мысль и эмоцию, подстраиваясь под них.
Забавно смотрится «помыкание» Москалевой своим супругом. Исполнитель роли Афанасия Матвеевича Владислав Метелица в несколько раз по габаритам превышает свою деспотичную супругу. Сцены, в которых хрупкий тиран вьет веревки из «гиганта», выглядят комично и даже мило.
Шекспиру и не снилось
Такое ли уж это большое преступление, если молодая девушка выйдет замуж за богатого старика? И кому в том беда, если все вокруг только в выигрыше: и «молодожен», и его супруга, и ее мать, и более того – ее умирающий возлюбленный. Что есть подлость?..
Нарочито яркое, если не сказать – аляповатое оформление спектакля (художник – Мария Митрофанова) имеет одно монохромное пятно: большой портрет Шекспира, расположенный по центру над сценой. К нему отсылает нас Достоевский – Москалева рада всякий раз подчеркнуть, что «Шекспир давным-давно уже отжил свой век». По нему, видимо, призывает нас классик сверять мораль. Мы же пытаемся сверить ее по Достоевскому.
Драматический театр «Камерная сцена»
Дядюшкин сон
Почти комедия в 2 действиях
Инсценировка и постановка – Софья Рубина
Художник – Мария Митрофанова (Москва)
Балетмейстер – Наталья Холопова
Маргарита Прасковьина
Фото Станислава Петрова
Опубликовано в издании «Культура. Свежая газета», № 20 (87) за 2015 год
