Тольяттинский театр “Колесо” начал 2015 год с премьеры спектакля “Когда закончилась война” по пьесе драматурга Макса Фриша.
Пьеса эта мало известна как за рубежом, так и в нашей стране. Написанная в 1949 году, в России она была напечатана только в 2001 в сборнике “Потерянные пьесы” . Не было у этого произведения и счастливой сценической жизни, возможно, все еще впереди.
События происходят в мае 1945, когда советские войска уже в Берлине, а жители города в ожидании, в тревоге, смятении, прячутся в своих домах. Макс Фриш в своей пьесе предлагает взглянуть на ситуацию именно их глазами, глазами побежденных. Следует за автором и режиссер Алексей Золотовицкий. Русских солдат зритель видит то через запыленное окно гостиной играющими на гармони, то уже в самой гостиной солдаты рассматривают предметы чужой обстановки, вот офицер Степан Иванов (большой, грузный, потому что зритель смотрит на него снизу вверх) заходит в библиотеку, и от его шагов громко скрипят половицы…
По сюжету, в одном доме оказались как советские солдаты, так и немецкая семья: Агнес Андерс с малолетним сыном Мартином и ее сестра Гитта. Их положение тем более опасно, что возвращается муж Агнес — Хорст, бывший солдат Вермахта.
В спектакле сцена по горизонтали разделена надвое: наверху — первый этаж дома, где квартируют русские солдаты, среди них рядовой Йегуда Карп, чудом спасшийся из варшавского гетто, в нижнем ярусе — в подвале скрываются побежденные. Бывшие жертвы и палачи, победители и проигравшие. Их разделяют 14 ступенек (художник-постановщик спектакля Софья Егорова).
Чтобы спасти своего мужа, Агнес (эту роль исполнила Зоя Останина) поднимается наверх, она горячо убеждает русского офицера Иванова (Владимир Губанов), что немцы — такие же люди. Им тоже ведомо сострадание и понимание, она яростно говорит о войне, о жертвах, в конце концов, признается, что в подвале прячется ее муж и она готова стать любовницей офицера, лишь бы не трогали мужа… Но что за насмешка, Иванов не говорит по-немецки.
Пьеса Фриша, как и спектакль Золотовицкого, — конечно, о любви немки и русского солдата, людей, практически не понимающих друг друга, о любви, замешанной на страхе, отчаянном желании жить, хотя бы и вопреки всему. Любви изначально обреченной хотя бы потому, что в подвале ждет униженный, проигравший войну Хорст (эту роль очень убедительно исполнил Петр Касатьев).
Что касается жизни в подвале, то эти события происходят на уровне глаз зрителей: ревность, отчаяние, смирение перед происходящим — все дается в приближении. Любовь Агнес и Иванова почти всегда за кадром. О романе сначала зрителям рассказывает рядовой Йегуда Карп, а потом музыкант Хальске — друг дома Андерсов.
Русские победители до конца истории остаются абстрактными, схематичными, и когда Хорст спрашивает Агнес про Иванова: “какой он?” — та отвечает: “Как и все русские, ты же видел их на картинках”. И действительно, если Иванов чем-то и отличается от остальных, то разве что более светлой формой, хотя это несколько странно. За весь спектакль он произносит только два или три слова (возможно, режиссер умышлено сделал это). Зато без умолку говорит Агнес: об ужасном положении, в котором они все оказались, о своей любви, у которой, конечно же, нет будущего. И это зритель понимает с первых минут спектакля.
Своего сына Мартина Агнес при появлении в доме Хорста отправляет вместе с Гиттой в более спокойное место. А через минуту самый юный актер Егор Епишин сообщает, что Мартин потерялся среди развалин и провалился в колодец. Он умер от истощения, и его нашли спустя шесть недель. Юный актер говорит это так просто, трогательно, искренне, что к горлу подступает ком, и все остальное уже становится неважным. И все остальное уже обречено.
Татьяна Богомолова
