Что здесь было? Магазин «Филателия»

img_13448

Марки копили все. Друзья по школе и по Степашке. Взрослые дяди и первоклашки. И все стремились в заветный магазин «Филателия» на проспект Ленина 2 .

Меня туда впервые отвел дедушка, когда я учился в первом классе. Они с бабушкой, как ветераны войны, получили квартиру в новомодном четвертом мичуринском, поэтому в «Филателию» я впервые пришел со стороны улицы Мичурина. Сверху. Мимо «Молочного» на углу, мимо «Овощи-Фрукты», мимо школы, через арку козловского дома (как он мне нравилась в детстве, маленький проход, самый ближний к Первомайской!), и вот мы уже в сквере, переходим заросший проспект Ленина и оказываемся у заветного дома номер два.

+ Что здесь было? Магазин «Зоркий»

Щас вот скажи кому: проспект Ленина два! Он и не знает, что ответить, а мы вот знали. Потому что там была пещера сокровищ. Кто вспомнит, какие были главные марочные державы в те годы? Вьетнам, Куба, Монголия. Мы, с дедушкой, в свой первый поход, унесли из пещеры сокровищ набор монгольских марок с паровозами. Стоил он, кажется, рубль, но это были серьезные деньги для первоклассника — пять дней школьных завтраков. И сами инвестиции (тогда этого слова не знали, ни я, ни дедушка, ни даже директор «Филателии»!) были правильные. Что у меня осталось с восьмидесятого года? А набор марок жив по сей день и, похоже, перейдет по наследству.

Монгольские и кубинские марки — это два великих фетиша для коллекционеров, начинавших копить марки в год московской Олимпиады. И технику, и живопись, и космос эти социалистические окраины производили в огромном количестве. Уже во взрослом возрасте мне стало очень интересно, откуда в таких небольших странах, как Монголия, Куба, или например великая марочная держава Манама, столько художников — кто там эти марки рисовал так хорошо? Впрочем, художественный стиль тогда нас волновал мало. Главное, чтоб было похоже и красиво.

Во втором-третьем классе маленькие разноцветные прямоугольнички с зубцами были для советских детей одним из важнейших источников информации о мире. О существовании некоторых диснеевских мультиков я, например, узнал благодаря набору монгольских марок. Такой вот советский сюр. При этом марки сильно выигрывали у других источников информации. Например, автомобиль Blue Flame. Не помните? На улицах такого не встретишь ни тогда, ни сейчас. Это монстр с ракетным двигателем, первым в мире развивший скорость выше 1000 км/ч. Конечно, была его размытая серенькая фотография в журнале «Наука и Жизнь», но всю его синеву и стремительность мы, конечно, разглядели впервые на крошечных почтовых марках. Так же, как и подробности запуска первого корабля многоразового использования и многое-многое другое.

Поэтому «Филателия» манила к себе со страшной силой. Визиты в магазин с дедушкой или еще кем-то из родителей, конечно, не удовлетворяли — слишком редко. Впрочем, родителей тоже можно понять — каждое посещение «Филателии» неизбежно вырывало из бюджета несколько рублей, что по советским временам было, может, и не разорительно, но ощутимо. Поэтому мамы-папы в «Филателию» не рвались. И приходилось собираться толпой, человек в пять или шесть, и ехать на проспект Ленина два, верхом, на велосипедах. От Степана Разина это была серьезная экспедиция. Тайная. Понятно, что велосипедные вылазки возможны только летом-весной, но зимой и осенью школьники чаще пользуются общественным транспортом и можно после школы уехать на двадцать пятом автобусе до Первомайской, пройти через дворы, мимо гаражей, по диагонали через детскую площадку и достигнуть цели.

Как выглядела «Филателия» изнутри? Сначала ты попадал в предбанник, в котором сваливали летом велосипеды. Деревянная дверь и сраз за ней — длинный во весь мангазин прилавок. Но до марок еще нужно дойти. «Филателия» еще торговала и подержанными советскими журналами, которые можно было смотреть, самому зайдя за прилавок. Сначала в этом тесном закутке мы охотились за филателистическим журналами из соцстран, потом — за редкими номерами «Ровесника». Например, последние четыре номера за 1983 год, в которых были опубликованы несколько глав из «Авторизованной биографии Битлз» Хантера Дэвиса. Эти номера стали библиографической редкостью сразу после выхода, их ловили и искали повсюду. И в той же «Филателии» я познакомился с несколькими удивительными людьми именно потому, что они тоже искали эти номера «Ровесника».

Но это все произошло позже. В начальной школе рок-группы мало кого волновали. То ли дело, почтовые марки! Они лежали в горизонтальных витринах, их было бесконечно много, как нам казалось, и этим великолепием можно было любоваться вечно. Любование происходило путем елозания носом по витрине с периодическим залезанием на нее почти целиком, если что-то особо интересное надо было разглядеть в верхнем ряду. Продавщицы постоянно сгоняли юных филателистов со стеклянных прилавков, но это мало помогало.

Придя в магазин, надлежало тщательно и досконально изучить весь его ассортимент, от входа до самого дальнего конца витрины на котором обычно сияли абсолютно недоступные нам марки «по абонементу». Это был постоянный повод для зависти. Чтобы купить эти марки, надо было стать членом ВОФ — Всесоюзной Организации Филателистов. Детей туда не брали, зато брали членские взносы, что делало вступление практически невозможным, а марки в разделе «по абонементу» особенно желанными. Но до них еще надо было дойти.

Ближе всего к входу располагались витрины со всяким ширпотребом, основная ценность которого была в его изобилии и дешевизне. Здесь продавали всякие гашеные марки большими наборами. Сто польских марок за три рубля, помните? А сто кубинских? Это, конечно, была распродажа, в этих наборах были вообще любые марки, свалка просто, и, конечно, больше ценились тематические наборы. Животные, живопись, транспорт. Это был хит в начале восьмидесятых. Но не для «Филателии»!

Потому что такие наборы продавали в любом киоске «Союзпечать» и это, конечно, сильно снижало их ценность в глаза серьезных коллекционеров из начальной школы. Поэтому этот раздел просматривался в пол-глаза. Дальше было интересней. Точно не помню (увы!) но в какой-то период марки распологались тематически, в какой-то — по странам, но в любом случае — это была основная экспозиция. Тут были наши любимые марки «вьетнамский космос без зубчиков», большие и красивые блоки на любой вкус и многое другое, названия чего сейчас и не упомнишь. Напротив витрин, вдоль окон обычно располагалась какая-то выставка, которую тоже смотрели не самым внимательным образом.

Осмотр прилавков производился с простой задачей, точнее, несколькими. Первая, если есть деньги, то надо найти на что их лучше всего потратить. Сравнение вариантов: большой кубинский блок космоса и монгольские мотоциклисты или два болгарских блока космоса и кубинские самолеты? Или набор сто польских марок? Об этом можно было думать бесконечно. Если денег было мало или они уже были потрачены на трамвай и пирожок с рисом-мясом, то стоило произвести осмотр на тему «что можно выклянчить у родителей и дедушки», ну и, в конце концов, какие-то особенные красоты можно было просто разглядывать и любоваться.

Ни в одной галерее мира, ни на одной выставке вы не увидите такого вожделенного разглядывания, какое было в магазине «Филателия». А счастье выбора? Когда ты уже решил, что точно купишь, потом перерешал, потом все-таки подумал, что лучше купить как сначала хотел, а потом увидел еще лучше… Но, вот ты протягиваешь деньги, и тебе отдают твой набор марок. В конверте по копейке за две штуки. Ты бережно прячешь конверт, боясь помять, но в итоге все равно мнешь. Выходишь окрыленный и счастливый на улицу, но уже через пару минут начинаешь думать о том, что ты купишь в «Филателии» в следующий поход.

Когда и почему закрыли «Филателию» неизвестно. Теперь на этом месте какой-то вечнозапертый салон штор. Слово «марки» вызывает совершенно другие ассоциации. Но несколько старых альбомов еще пылятся где-то в шкафах, и там ждут своего часа вьетнамские марки космоса без зубчиков и прекрасный набор футбола из Северной Кореи, выпущенный к Чемпионату мира 82 года. Вполне возможно, что все они сгинут во тьме времен, как и магазин «Филателия», но если постараться, то еще можно вспомнить, как ты выбирал их, волнуясь и елозя животом по витрине.

+ Что здесь было? «Домовая кухня»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *