Второго ноября в российских кинотеатрах стартовал прокат дебютного фильма Алисы Хазановой «Осколки». Волею судеб сама Алиса (балерина – в прошлом и актриса – в настоящем) в этот день представляла своё детище именно в Самаре, в Центре российской кинематографии «Художественный», в рамках работы киноклуба «Треугольник».
Можно смело сказать, что нашим зрителям повезло – они смогли и посмотреть хорошее кино, и после просмотра пообщаться с его автором. Хотя число везунчиков было до обидного небольшим. Всё-таки нашим зрителям для похода в кинотеатр пока ещё нужен какой-нибудь громкий повод. И воплощенное стремление кинематографистов поразить публику широтою размаха (как это доказала стартовавшая неделей ранее киноистория Учителя об императоре и балерине). В «Осколках» Алисы Хазановой ничего подобного нет. Добавлю – к счастью.
В афише жанр фильма Хазановой прописан, как мелодрама. Хотя мелодраматическая линия в нём – это лишь «стержень» вращения тех пластов и смыслов, которые авторы заложили в свою внежанровую киноисторию. Правда, в центре повествования явный «треугольник» – одна женщина и двое мужчин. Один из них – муж, а второй… В титрах он назван просто «мужчина» («The man»). И главная героиня, сыгранная Алисой Хазановой, обозначена «женщина» («The woman»). А вот супруг героини не удостоился определённого артикля, и прописан единственным словом «Husband», а в титрах прописан ниже своего соперника. Муж слишком занят делами. Жена скучает. К ней за столик в ресторане подсаживается незнакомец с внимательным взглядом. И всё заверте… Впрочем, повторюсь – дело не в сюжете.
Кстати, общаются герои на экране исключительно по-английски. И в российский прокат «Осколки» вышли без дубляжа – с субтитрами. Решение это со стороны авторов осмысленное.
Дело в том, что «Осколки» (в оригинале «Middleground») – кино очень американское. В положительном смысле слова. Как ни парадоксально это прозвучит. И речь, понятное дело, не о том, что фильм Хазановой прибавляет очков Голливуду. Ибо американской «фабрики грёз» в этой работе нет ни в какой ипостаси. Есть Нью-Йорк – как место съёмки. Есть команда американских кинематографистов, работавших над фильмом – все технические группы, соавтор сценария Майкл Куписк и большая часть актёров, за исключением самой Алисы и англичанина Ноя Хантли – то самого «мужчины». Но самое главное, собственно экранная история, которая получилась очень американской – по настроению, по атмосфере. И по диалогам, которые, по словам Хазановой, создавались не без влияния англоязычной драматургии. Так что над киноплощадкой незримо витал дух Гарольда Пинтера, а сценаристу «Ронина» и «Ганибалла» Дэвиду Мэмету постоянно по-хорошему икалось, пока в одном из нью-йоркских отелей Алиса Хазанова снимала своё кино. Кстати, икать драматургу пришлось недолго – фильм был снят всего за шестнадцать дней. Точнее, за шестнадцать ночей и один день.
Короткий период съемок не сказался на уровне качества фильма. Экранная история получилась завораживающая, и про многие сцены хочется невольно задать вопрос «Как это снято?».
Всякому зрителю, который оставит тщетные попытки цепляться за сюжетные перипетии и отпустит себя по волнам экранных видений, откроется многое. Допустим, ощущение пространства отеля как колыхающегося тела огромной рыбы. Смещение пространства и времени вокруг человека. И вместе с человеком. Сны «о чём-то большем» и о чём-то детском. А ещё – взрослые сказки, в которых почему-то полным-полно лягушек. Но спасение есть – можно забраться на крышу и смотреть прямо в небо, выбросив очки в «леопардовой» оправе куда-то вниз. На проезжающих в инвалидных колясках странных старушек…
Алёна Самсонова
Фото Елены Пресняковой
Опубликовано в «Свежей газете. Культуре», № 18 (126), 2017, Ноябрь
