Портретная галерея Вячеслава Герасимова

На вер­ни­саж при­шли мно­же­ство дру­зей, те, кто пом­ни­ли его моло­дым, сре­ди кого он изве­стен как силь­ная лич­ность, склон­ная ко вся­ко­го рода при­клю­че­ни­ям: охо­та, рыбал­ка, увле­че­ния и… напи­са­ние кар­тин. На попри­ще этих дел и худож­ник, и его кар­тин­ные герои все­гда вели себя без­упреч­но и само­от­вер­жен­но, убе­ди­тель­но дока­зы­вая свое пра­во назы­вать­ся насто­я­щи­ми муж­чи­на­ми.

В сере­дине 70‑х, когда я после инсти­ту­та при­шла на рабо­ту в худо­же­ствен­ный музей, Гера­си­мов чис­лил­ся в клас­си­ках, мэт­рах мону­мен­таль­но­го искус­ства. Пред­по­чи­тая сви­те­ра круп­ной вяз­ки, круг­лую боро­ду, сине­гла­зый, тогда он уди­ви­тель­но был схож с Хемин­гу­эем. Здесь нет ника­кой иро­нии: так же, как и у Хемин­гу­эя, твор­че­ство Вяче­сла­ва Гера­си­мо­ва, весь круг его моти­вов в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни явля­ют­ся про­дол­же­ни­ем его само­го. Он пол­но­стью отда­вал­ся жиз­ни, путе­ше­стви­ям, попа­дал в боль­шие и неболь­шие при­клю­че­ния, стре­мил­ся участ­во­вать в серьез­ных собы­ти­ях Самар­ско­го отде­ле­ния Сою­за худож­ни­ков. И все вре­мя нахо­дил­ся в состо­я­нии борь­бы за воз­мож­ность тво­рить!

Его пер­вая пер­со­наль­ная выстав­ка стан­ко­вых про­из­ве­де­ний искус­ства про­шла еще в Куй­бы­ше­ве, в 80‑е годы. Я запом­ни­ла лишь то, что в худо­же­ствен­ный музей людей при­шло столь­ко, что невоз­мож­но было про­толк­нуть­ся к про­из­ве­де­ни­ям. А посколь­ку он был небо­жи­тель, я как юный искус­ство­вед не инте­ре­со­ва­лась подроб­но­стя­ми био­гра­фии. Хотя в ту эпо­ху все пони­ма­ли: мону­мен­та­лист может сво­бод­но рабо­тать и с фреской, кера­ми­кой, метал­лом, смаль­той, стек­лом, он может взять раз­лич­ные мате­ри­а­лы и исполь­зо­вать их на пло­ща­дях в тыся­чи квад­рат­ных мет­ров.

Его талант масте­ра-мону­мен­та­ли­ста в свое вре­мя реа­ли­зо­вал­ся во мно­гих про­ек­тах: моза­и­ка Дома проф­со­ю­зов – «Зем­ля кре­стья­нам, заво­ды рабо­чим»; те, кто реги­стри­ро­вал брак в «шала­ше» – Двор­це для ново­брач­ных, – навер­ня­ка запом­ни­ли изящ­ные вит­ра­жи в цен­тре зала, а самар­ские мело­ма­ны созер­ца­ют рельеф­ные вит­ра­жи в вести­бю­ле филар­мо­нии; жите­ли Сама­ры еже­днев­но лице­зре­ют объ­ем­но-про­стран­ствен­ную ком­по­зи­цию на стан­ции мет­ро «Гага­рин­ская».

Вяче­слав Дмит­ри­е­вич и в мону­мен­таль­ном, и в стан­ко­вом искус­стве про­явил себя как мастер ост­ро-напря­жен­но­го сюже­та и дина­мич­но­го дей­ствия. Его герои отваж­ны, реши­тель­ны и спра­вед­ли­вы.

И все же сле­ду­ет отме­тить, что основ­ная часть работ худож­ни­ка в обла­сти мону­мен­таль­но­го искус­ства отно­сит­ся к ХХ веку. После 1991 года худож­ник цели­ком отдал­ся стан­ко­во­му искус­ству, на выстав­ках при­хо­ди­лось видеть его рабо­ты мало­го фор­ма­та.

Недав­но Вяче­слав Дмит­ри­е­вич позво­нил по теле­фо­ну и при­гла­сил в мастер­скую. Такое было чув­ство, буд­то дирек­тор шко­лы при­гла­сил к себе домой пио­не­ра. Испы­ты­вая робость, я при­шла. Ока­зы­ва­ет­ся, в мастер­ской он рабо­та­ет, как рабо­чий за стан­ком, с вось­ми утра до шести вече­ра. Ско­ван­ность помог­ла пре­одо­леть чер­ная кош­ка Беся, попро­сту бесе­нок: вни­ма­тель­но рас­смот­рев, обню­хав, покру­тив­шись вокруг ног, она раз­ре­ши­ла вой­ти. Мы сели пить чай. Она даже влез­ла на коле­ни ко мне, незна­ко­мо­му чело­ве­ку, и, потоп­тав­шись, улег­лась.

Мы пили чай, и худож­ник негром­ко рас­ска­зы­вал о себе. Он родил­ся в 1937 году в Аст­ра­ха­ни, в семье мор­ско­го офи­це­ра. Окон­чил Сара­тов­ское худо­же­ствен­ное учи­ли­ще и отде­ле­ние мону­мен­таль­но-деко­ра­тив­ной живо­пи­си Мос­ков­ско­го выс­ше­го худо­же­ствен­но-про­мыш­лен­но­го учи­ли­ща (быв­ше­го Стро­га­нов­ско­го) у заме­ча­тель­ных педа­го­гов: С. В. Гера­си­мо­ва, Б. В. Иор­дан­ско­го, Н. Х. Мак­си­мо­ва.

Как худож­ник он сфор­ми­ро­вал­ся в пору рас­цве­та «суро­во­го сти­ля», худо­же­ствен­но­го направ­ле­ния 60‑х годов. Была инте­рес­ная жизнь, пол­ная впе­чат­ле­ний, путе­ше­ствий. В свое вре­мя Гера­си­мов выра­зил себя как мастер подвиж­ных фигур в энер­гич­ном пово­ро­те, в прыж­ке, в спор­тив­ном дей­ствии. Но воз­раст и вре­мя дают о себе знать, пото­му в рабо­тах появи­лось боль­ше чув­ства покоя и ста­ти­ки. Он напи­сал мно­го порт­ре­тов. Создан­ные им порт­ре­ты пре­по­да­ва­те­лей есть в музе­ях Самар­ско­го госу­дар­ствен­но­го меди­цин­ско­го, Самар­ско­го госу­дар­ствен­но­го тех­ни­че­ско­го и Самар­ско­го аэро­кос­ми­че­ско­го уни­вер­си­те­тов.

Цикл порт­ре­тов, посвя­щен­ный деся­ти выда­ю­щим­ся лич­но­стям рос­сий­ской исто­рии – от пат­ри­ар­ха Мос­ков­ско­го Гер­мо­ге­на до Юрия Виз­бо­ра, – пред­став­ля­ет людей само­от­вер­жен­ных, реши­тель­ных и отваж­ных. В этих порт­ре­тах про­явил­ся его автор­ский при­ем – мини­ма­лизм автор­ской речи и ску­пость ком­по­зи­ции. Неволь­но запо­ми­на­ют­ся напи­сан­ные в клас­си­че­ской тра­ди­ции порт­ре­ты кня­зя Потем­ки­на, П. А. Сто­лы­пи­на. Образ И. В. Кур­ча­то­ва худож­ник реша­ет лако­нич­но, без излиш­ней кра­соч­ной пест­ро­ты и мно­го­слов­но­сти, про­сто напол­няя инфор­ма­ци­ей.

Стиль В. Гера­си­мо­ва рож­да­ет­ся из соеди­не­ния раз­лич­ных при­е­мов обоб­ще­ния и изоб­ра­зи­тель­но­го язы­ка, заро­див­ших­ся в шести­де­ся­тые, отсю­да тяга к про­стым ком­по­зи­ци­он­ным моти­вам и лапи­дар­ность испол­не­ния. Порт­ре­ты в силу их сти­ли­сти­ки выпол­не­ны в ста­рой ико­но­гра­фии, так, как при­ня­то было для каж­до­го кон­крет­но­го вре­ме­ни.

На днях по радио в пря­мом эфи­ре граж­да­нам зада­ва­ли вопрос: как вос­пи­тать пат­ри­о­та? Кто- то позво­нил и посо­ве­то­вал най­ти вра­га, как это сде­ла­ли неко­то­рые сосе­ди. Ему воз­ра­зи­ли: нам это не под­хо­дит. Кто-то пред­ло­жил любить оте­че­ство бес­ко­рыст­но, не за при­ви­ле­гии и про­чие бла­га, а про­сто так. Его все рав­но спро­си­ли: и как вос­пи­тать пат­ри­о­та? Но боль­шая часть ради­о­звон­ков про­сто поре­ко­мен­до­ва­ла всем граж­да­нам в семей­ном кру­гу изу­чать исто­рию. Знать био­гра­фии выда­ю­щих­ся сооте­че­ствен­ни­ков и их вклад в про­цве­та­ние Рос­сии. К сожа­ле­нию, мно­гих вели­ких сооте­че­ствен­ни­ков даже в лицо не зна­ют.

Есть лег­кое чув­ство доса­ды от того, что вся годо­вая рабо­та после выстав­ки будет воз­вра­ще­на на стел­ла­жи мастер­ской и депар­та­мент куль­ту­ры не при­об­ре­тет дан­ную серию, напри­мер, для залов биб­лио­те­ки или ауди­то­рий уни­вер­си­те­та, как при­ня­то было делать в ХХ веке. На мой взгляд, рабо­там этим недо­ста­ет некой тай­ны, магии, зага­доч­но­сти, при­су­щей ново­му вре­ме­ни. Ведь мы живем в эпо­ху фото­шо­па и фэн­те­зи.

А пока, рас­смат­ри­вая порт­рет­ные обра­зы В. Гера­си­мо­ва, чув­ству­ешь жела­ние изу­чить стра­ни­цы исто­рии Рос­сии. Мне лич­но пока­за­лось инте­рес­ным узнать про свя­ти­те­ля Гер­мо­ге­на. Судь­бы Ерма­ка, М. В. Ломо­но­со­ва, Ф. Ф. Уша­ко­ва, Г. К. Жуко­ва тес­но свя­за­ны с обре­те­ни­я­ми и заво­е­ва­ни­я­ми в нашем Оте­че­стве.

Все эти лич­но­сти близ­ки авто­ру по духу, они не мыс­ли­ли свою жизнь без дея­тель­но­го твор­че­ства, без столк­но­ве­ния, люб­ви и борь­бы, сози­да­ния и муже­ства, успе­ха и пора­же­ния, дру­зей и вра­гов, жиз­ни и смер­ти. Эта свое­об­раз­ная тема­ти­че­ская выстав­ка Вяче­сла­ва Гера­си­мо­ва гово­рит о стрем­ле­нии ста­ро­го масте­ра актив­но участ­во­вать в худо­же­ствен­ной жиз­ни Самар­ской губер­нии.

Вален­ти­на Чер­но­ва 

Член Меж­ду­на­род­ной ассо­ци­а­ции искус­ство­ве­дов, член Сою­за худож­ни­ков Рос­сии.

Опуб­ли­ко­ва­но в изда­нии «Куль­ту­ра. Све­жая газе­та», № 11 (78) за 2015 год