События: ,

В лабиринте книжной иллюстрации

23 октября 2015

a8GY9DJlnkM

Слова как дрова и речь как печь, спеки мне, печь, пирожок!

Из сказки

Осень 2015-го запомнится открытием выставки «СЛОВО В ОБРАЗЕ» в помещении выставочного зала «Новое пространство». Выставка посвящена Году литературы в России и организована областной универсальной научной библиотекой совместно с областными отделениями Союза художников России и ТСХ России.

Эту выставку я ожидала со смешанным чувством: ребенком мечтала стать художником — иллюстратором книг, диплом писала в институте по книжной графике, увлеченно приобретала книги с иллюстрациями известных мастеров.

Известно, что хорошая книга дает большое количество знаний и переживаний в увлекательной форме, а главное — побуждает читателя к более глубокому ознакомлению с описываемыми в ней людьми, чувствами, странами, событиями. Поэтому так важно появление данного проекта.

Конечно, в рамках одной выставки невозможно охватить все, что делается в современной иллюстрации. Техники, материалы, школы, авторский почерк — выставка предложила большое разнообразие. В экспозиции участвовали сорок авторов, а количество творческих работ составило более трехсот единиц.

Большим сюрпризом для художников стало участие в выставке произведений Елены Балабановой в технике лаковой миниатюры Палеха. Кто-то возражал, считая, что шкатулки — это область декоративно-прикладного искусства. Но библиофил Евгений Шатерников принес несколько книг из своего собрания, которые были проиллюстрированы палехскими миниатюрами, и споры угасли. А миниатюры, посвященные русским народным сказкам и сказкам Пушкина, стали изюминкой выставки.

Рисунки карандашом, пером, листы акварели, ксилографии, офорты, линогравюры, монотипии — все это разнообразное великолепие техник создано неравнодушными людьми. И увлеченность проявилась не только в выборе героев книг, в особенном тщательном, бережном исполнении их литературного образа. Для художника литературный герой — не бескорыстный рыцарь, готовый во имя своей мечты, ради осуществления благородных стремлений совершить подвиг, пойти на жертву, но персонаж, овеянный ветрами странствий либо в мире душевных переживаний, либо в мире людей, либо в путешествиях в неизведанное.

XGPN6pkUyXs

10-1_Фото 2 J1VcQzQEv4k w-F87EFJyTU OpXh77JMh3w RSH4xC9_Ylg ok2mpmaUtPU

Особенностью выставки является ее необыкновенная география. Участниками проекта стали самарские художники, гости из Калмыкии, Москвы, Санкт-Петербурга.

В небольшом буклете были заявлены цели выставки — познакомить с графиками-иллюстраторами, показать ретроспективно развитие книжного дела. Первая задача была успешно выполнена. Весомый блок работ состоит из произведений периода 70-х годов. Знатоки и любители книжной иллюстрации с удовольствием рассматривали книги, выпущенные Куйбышевским книжным издательством. Оно было основано еще в 1918 году, выпускало массово-политическую, производственную, художественную и краеведческую литературу (только в 1979-м — шестьдесят книг тиражом более двух миллионов). Из-за ограниченных возможностей печати большая часть иллюстраций создавалась в черно-белом формате.

Я помню появление в тот год на областной выставке иллюстраций Виктора Панидова к «Гамлету» в техниках цветного офорта, акватинты. Это были маленькие шедевры. В то время иллюстрации делались в размер книги. А всю станковую графику для просторных выставочных залов, чтобы издалека было видно по пятну, делали очень большими листами, больше полуметра. Маленькие листочки графики Панидова хотелось рассматривать приватно, держа в руках.

Это иллюстрации к лирике Блока, Гете, к произведениям Р. Стивенсона «Остров сокровищ», «Черная стрела», к роману Т. Драйзера «Сестра Керри». Исполненные в технике ксилографии, они неоднократно экспонировались в стенах художественного музея и, несмотря на дату исполнения, на технику тиражной гравюры, выглядели уникальными раритетами.

Так же, как у Виктора Панидова, хороши и филигранны ксилографии Геннадия Коновалова к поэмам М. Лермонтова «Демон» и «Мцыри» (1978).

Анатолий Песигин — поэт, художник, педагог, мастер графического портрета, наброска. На выставке Анатолий Георгиевич предстал как иллюстратор, чья профессиональная жизнь была связана с Куйбышевским книжным издательством.

Мне понравились черно-белые иллюстрации Вадима Сушко. Иллюстрации к книге «Журка», к сборнику стихов русских поэтов, к книге «Лет легендарных перекличка» лаконичны, по-детски просты и отличаются какой-то непоседливой веселостью.

Книжная графика 1980-х представлена большим числом имен: Юрий Бородачев, Александр Бондаренко, Михаил Гавричков, Игорь Дубровин, Людмила Логинова, Николай Панфильцев, Владимир Пашкевич.

В трудные девяностые годы книги продолжали выпускаться, но тиражи резко уменьшились. В экспозиции представлены произведения Елены Алейник, Виктора Земцова, Юлия Колесника, Галины Мисюк, Александра Мисюка, Сергея Цедилова, Сергея Шестакова, Евгения Штырова. Преобладает техника акварели, цветного и свинцового карандаша. Очень хорошо на одной стене были размещены графические листы в технике тушью Елены Малыгиной рядом с работами отца — А. Песигина — в аналогичном исполнении.

В двухтысячные появляются новые имена, художники свободнее стали в выборе издательств, благо их стало больше, возможности цветной печати стали шире, разнообразнее. Вот Марина Губская с множеством иллюстраций для издательств «Белфакс-медиа» и «Лабиринт-пресс». Все же большая часть работ — станковая графика как размышление по поводу литературных произведений, не связанная договором с издательством. Это работы Александра Демидова, Людмилы Жуковой, Натальи Какошкиной, Марии Пешковой, Сергея Ухина, Кристины Цибер — всех имен не перечислить. Книги не издаются, работа идет «в стол», но мне верится, что потом будет использована.

Очень понравились пять иллюстраций Зинаиды Петренко к сказке «Красная Шапочка». Хорошо обыграны поля книжки с изображением птиц, цветов, и внутри каждого сюжета внимательно запечатлена жизнь. Зрители восторженно спрашивали: «Где можно приобрести книгу?» Оказалось, это пробный вариант неосуществленного издания.

Любопытно отметить: размер иллюстраций изменился. Вот у Натальи Авдюничевой размер иллюстраций к «Пьесе для глухих» пятьдесят на семьдесят сантиметров. Просто в наши дни автор может сделать метровую иллюстрацию и внутри размера филигранно проработать детали. Потом ее отсканируют и уменьшат на компьютере до нужной величины.

Современный мастер книжной иллюстрации, такой как Олег Рамодин, обращаясь к сказке А. Пушкина «Сказка о золотом петушке», использует не только классическую темперу, гуашь, но и цифровую печать. Яна Клинк представила свои рисунки, предварительно подвергшиеся компьютерной обработке.

Рассматривая произведения Владимира Бадмаева, Василия Власова, Натальи Демидовой, внимательно изучая этикетки с обозначением техники, я обнаружила интересное слово «жикле».

Жикле (джикли) обозначает технологию изготовления эксклюзивных цифровых художественных репродукций, по качеству исполнения и цветопередачи не уступающих оригиналу. Эта технология позволяет полностью воссоздать работу на натуральном материале, воспроизвести мельчайшие нюансы цвета и светотени, передать характер и фактуру мазка. Сохраняется даже отпечаток времени. Цифровая художественная репродукции — не имитация, а факсимильное воспроизведение подлинника.

Жикле — от французского слова giclee, что означает «распылять, разбрызгивать», т. е. это принцип работы всех струйных принтеров. Другое дело — качество, с которым можно напечатать, зависящее, в том числе, от числа распылительных головок и качества используемых красочных составов.

На Западе уже давно 70 % продаж с выставок составляют как раз джикли. Так что нашим художникам нужно присмотреться к современным технологиям.

Иллюстрация Анастасии Архиповой к сказке Г. Х. Андерсена «Принцесса на горошине» сделана акварелью, видны характерные размывы краски, но это — джикли, так качественна и совершенна печать.

***

Что же касается задачи показать в экспозиции ретроспективно развитие книжного дела, то она не была выполнена. Все произведения повесили произвольно, вперемешку. Я приходила пять дней подряд в надежде найти последовательную картину развития книжной иллюстрации. Но прогулки между щитами с бессистемным показом вещей были похожи на блуждания по лабиринту.

Изменения в книжном деле мне удалось выявить только после отдельной работы со списком произведений, когда пришлось на бумаге их вычленить по датам. А как было бы здорово, если бы всю экспозицию разработали по отдельным блокам. Вот, например, — Куйбышевское книжное издательство и круг мастеров.

В городе есть настоящий библиофил Евгений Егорович Шатерников. Это он сделал оформление нескольких витрин с изданиями Куйбышева, Самары, предоставив книги и отдельные графические произведения из своей библиотеки. Отдельно пошагово надо было бы показать, как меняется размер иллюстрации для книги, отдельно выделить работы с использованием новых технологий. Я бы даже особняком разместила станковые листы на тему литературного произведения.

Нелегко пришлось куратору выставки Сергею Цедилову. Вместо разработки экспозиционного плана он целый месяц оформлял в паспарту и в рамы около трехсот листов графики. Стало очевидным, что такой масштабный проект после двадцати трех лет молчания должна была осуществлять большая сплоченная команда. Но сейчас это в большом дефиците…

Фотографии: Влад Сенько и Наталья Мерзлякова.

Опубликовано в издании «Культура. Свежая газета» № 16-17 (83-84) за 2015 год

  • 79
    Поделились

Оставьте комментарий