Стоимость интеллигентного труда с точки зрения самарского коммерсанта. Горький — 149!

“Сто­и­мость интел­ли­гент­но­го тру­да с точ­ки зре­ния самар­ско­го ком­мер­сан­та на днях точ­но уста­нов­ле­на одним из послед­них, гос­по­ди­ном Т.

Ему потре­бо­ва­лось под­го­то­вить сво­е­го деся­ти­лет­не­го сына для поступ­ле­ния в учеб­ное заве­де­ние, и вот он ищет чело­ве­ка, спо­соб­но­го «обра­зо­вать сыниш­ку, што­бы ён в емна­зию впер­ся».

Такой чело­век най­ден и готов слу­жить.

— Ты мне, миля­га, — уста­нав­ли­ва­ет гос­по­дин Т. коли­че­ство тру­да, — обу­чи его все­му, что там тре­бо­ва­ет­ся по поряд­ку. Егра­фия — и егра­фии, рих­ме­ти­ка — и её нап­хай ему в голо­ву, одно сло­во, при­ве­ди мне мало­го в нуж­ную ролю — и боль­ше ника­ких! Можешь?

— Могу… — гово­рит чело­век.

— Так. А денег тебе сколь­ко за это?

— Три часа заня­тий?

— Мне хоть пять. Мне что­бы обу­чить маль­чиш­ку. А сколь­ко часов тебе рабо­ты — это твоё дело. Хоть десять.

— За три часа еже­днев­ных заня­тий я с вас возь­му десять руб­лей, — гово­рит учи­тель.

Купец разе­ва­ет рот и дела­ет круг­лые гла­за.

Он дол­го мол­ча смот­рит в лицо учи­те­ля и нако­нец хохо­чет во всю мочь и силу.

Учи­тель в недо­уме­нии.

— Умо­рил! — пока­ты­ва­ет­ся со сме­ху куп­чи­на.

Учи­тель про­сит его успо­ко­ить­ся и объ­яс­нить­ся.

— Изволь — объ­яс­ню. Чудак ты, вот что! Да ты пони­ма­ешь ли, что я за десять руб­лей в месяц имею кухар­ку и гор­нич­ную, десять руб­лей пла­чу куче­ру, семь цел­ко­вых двор­ни­ку, и все эти люди за своё жало­ва­нье целый день у меня рабо­той заня­ты — понял? Целый день! А ты за три часа в сут­ки хочешь с меня эту сум­му слу­пить. Эх ты, учё­ный! Вид­но, по учё­но­сти сво­ей бога-то ты уж и не боишь­ся совсем.

— Но — поз­воль­те! Какое же вы мне воз­на­граж­де­ние пред­ло­жи­те? — спро­сил оше­лом­лён­ный учи­тель.

— Какое? Я, брат, по чистой сове­сти, могу тебе дать один рубль пять­де­сят копе­ек в месяц!

— Пол­то­ра руб­ля?!

— Сереб­ром! Полу­чай — и с богом при­ни­май­ся.

Учи­тель рас­счи­тал, что пол­то­ра руб­ля в месяц — это будет maximum по семиш­ни­ку за час рабо­ты.

Семиш­ник за час умствен­но­го тру­да — уни­зи­тель­но дёше­во, и пред­ло­же­ние это­го семиш­ни­ка — вар­вар­ски глу­по.

— Ну, нет, мы не сой­дём­ся, — ска­зал учи­тель.

Купец уди­вил­ся.

— Чего ты пыжишь­ся, ска­жи на милость? Ваше­го бра­та, учё­ных, уйма без делов шля­ет­ся. Я, брат, най­ду и тако­го, кото­рый с меня пол­ти­ну в месяц возь­мёт… Так-то… Боль­но ты чобунь­ко­ват. Фря какая! Полу­то­ра руб­лей ему мало… Десять цел­ко­вых дай… Ишь! Я за десять-то руб­лей в месяц вер­хом на чело­ве­ке катать­ся буду.

— Про­щай­те!

— Про­щай — не стра­щай… Горд ты, брат. Вид­но, ещё у воды без хле­ба не сижи­вал? Постой, пого­ди! Хошь, при­бав­лю? Кажин­ный день два ста­ка­на чаю буду давать — хошь? Пол­то­ра, зна­чит, цел­ко­вых и ста­ка­нов сорок, а то пол­сот­ни чаю в месяц. Идёт?

Не сошлись…

Да, вот он каков, этот купец Т.

Оце­ни­вая так дёше­во про­све­ще­ние и интел­ли­гент­ный труд, он пло­хо пони­ма­ет, что тво­рит.

Нель­зя не пора­до­вать­ся тому, что он так пло­хо пони­ма­ет это.

Ибо суще­ству­ет мне­ние, что чума­зый ско­ро захва­тит жизнь в свои руки, захва­тит, иско­вер­ка­ет и испач­ка­ет её.

Ну, это не ско­ро будет, если чума­зый сохра­нит в себе пер­во­быт­ность отно­ше­ния к людям и взгля­дов на про­све­ще­ние.

При таком пло­хом пони­ма­нии жиз­ни и запро­сов совре­мен­но­сти, как у куп­ца Т., труд­но куп­цу Т. доми­ни­ро­вать над жиз­нью и вер­хо­во­дить людь­ми.

Зелен…

Не созрел…

Алек­сей Мак­си­мо­вич Пеш­ков (Горь­кий)

Опуб­ли­ко­ва­но в “Самар­ской газе­те” в 1896 году.