Самарская серенада. Приношение Чайковскому

«Сере­на­да» напи­са­на осе­нью 1880 года и полу­чи­ла свое назва­ние в соот­вет­ствии с музы­каль­ным про­из­ве­де­ни­ем – сере­на­дой До мажор для струн­но­го оркест­ра. Сочи­не­ние не пред­на­зна­ча­лось Чай­ков­ским для бале­та, одна­ко его тан­це­валь­ный харак­тер не раз при­вле­кал балет­мей­сте­ров к созда­нию хорео­гра­фи­че­ских про­из­ве­де­ний. Так, на музы­ку трех частей струн­ной сере­на­ды Миха­ил Фокин поста­вил балет «Эрос» (1915, Мари­ин­ский театр) по сказ­ке В. Свет­ло­ва «Ангел Фье­зо­ле». Темой это­го бале­та, решен­но­го сред­ства­ми клас­си­че­ско­го тан­ца, ста­ло про­ти­во­по­став­ле­ние люб­ви – зем­ной и небес­ной. Глав­ная жен­ская пар­тия в «Эро­се» была созда­на Фоки­ным с рас­че­том на вир­ту­оз­ную тех­ни­ку Матиль­ды Кше­син­ской.

«Эрос» Фоки­на воз­об­нов­ля­ли два­жды: в 1922 году – Федор Лопу­хов на сцене Пет­ро­град­ско­го теат­ра опе­ры и бале­та и в 1959 году – Кон­стан­тин Бояр­ский на сцене Ленин­град­ско­го мало­го теат­ра опе­ры и бале­та. «Сере­на­да» Чай­ков­ско­го, наря­ду с дру­ги­ми про­из­ве­де­ни­я­ми ком­по­зи­то­ра, послу­жи­ла музы­каль­ной осно­вой двух­акт­но­го бале­та Бори­са Эйф­ма­на «Анна Каре­ни­на» (2005, Санкт-Петер­бург­ский театр бале­та Бори­са Эйф­ма­на).

Наи­бо­лее извест­ное хорео­гра­фи­че­ское про­чте­ние «Сере­на­ды» при­над­ле­жит Джор­джу Балан­чи­ну, поста­вив­ше­му одно­имен­ный бес­сю­жет­ный балет в 1934 году. Это пер­вый и, навер­ное, самый зна­ме­ни­тый спек­такль, создан­ный хорео­гра­фом в США. Балан­чин­ский балет по струк­ту­ре сов­па­да­ет с четырь­мя частя­ми струн­ной сере­на­ды, из кото­рой чет­вер­тая испол­ня­ет­ся перед тре­тьей. «Сере­на­да» в испол­не­нии арти­стов труп­пы New York City Ballet была пока­за­на в СССР в 1962 и 1972 годах, а в тече­ние послед­них сем­на­дца­ти лет бла­го­да­ря сотруд­ни­че­ству с Фон­дом Дж. Балан­чи­на пери­о­ди­че­ски воз­об­нов­ля­лась на глав­ных сце­нах музы­каль­ных теат­ров Рос­сии.

***

Отно­сясь с пие­те­том к про­из­ве­де­нию Балан­чи­на, Кирилл Шмор­го­нер не побо­ял­ся неми­ну­е­мых срав­не­ний с леген­дар­ным хорео­гра­фом. За вопло­ще­ние «Сере­на­ды» он взял­ся не без огляд­ки на стиль выда­ю­ще­го­ся пред­ше­ствен­ни­ка, но явно исхо­дя из жела­ния выска­зать­ся само­сто­я­тель­но. В пред­ло­жен­ном дей­стве не заме­че­но явно­го сти­ли­сти­че­ско­го копи­ро­ва­ния. Спек­такль вышел ори­ги­наль­ным и во мно­гом пре­тен­ду­ю­щим на ста­тус визит­ной кар­точ­ки балет­но­го кол­лек­ти­ва.

Пер­вая часть (Пье­са в фор­ме сона­ти­ны). Перед зри­те­ля­ми откры­ва­ет­ся сво­бод­ное, без деко­ра­ций, про­стран­ство: свет­лый экран и тем­ные боко­вые кули­сы (здесь и в после­ду­ю­щих частях пере­ме­ны осу­ществ­ля­ют­ся толь­ко за счет све­то­во­го реше­ния). На сцене – восемь соли­стов, чьи застыв­шие в гра­фи­че­ских позах тем­ные фигу­ры спро­еци­ро­ва­ны в один ряд на свет­лый фоно­вый экран. С пере­ме­ной све­та фигу­ры соли­стов ожи­ва­ют и начи­на­ют обра­зо­вы­вать пары, кото­рые в соот­вет­ствии с харак­те­ром музы­ки выстра­и­ва­ют­ся в раз­но­об­раз­ные дуэт­ные ком­по­зи­ции.

Прин­цип выстра­и­ва­ния напо­ми­на­ет класс-кон­церт, где замет­но дви­же­ние каж­до­го испол­ни­те­ля, явля­ю­ще­го­ся важ­ной еди­ни­цей ансам­бля. Но замы­сел поста­нов­щи­ка на этом не замы­ка­ет­ся. Шмор­го­не­ру каким-то обра­зом уда­лось соблю­сти и меру, и чув­ство вку­са в отра­же­нии идеи, созвуч­ной «Сере­на­де» Балан­чи­на. И в аме­ри­кан­ской, и в самар­ской «Сере­на­де» пре­об­ла­да­ет эсте­ти­ка чистой по фор­ме ассо­ци­а­тив­ной хорео­гра­фии, кото­рой по силам пере­дать мно­гие чело­ве­че­ские эмо­ции и пере­жи­ва­ния.

Вто­рая часть (Вальс). Роман­ти­че­ский дуэт (Ека­те­ри­на Перву­ши­на и Алек­сандр Пет­ри­чен­ко) в рит­ме валь­са, испол­нен­ный вдох­но­вен­но и поэ­тич­но. Кас­ка­ды тан­це­валь­ных па сме­ня­ют­ся кра­си­вей­ши­ми и порой изоб­ре­та­тель­ны­ми связ­ка­ми под­дер­жек. Тема дуэ­та – про­слав­ле­ние чистой и свет­лой люб­ви. Эту часть мож­но рас­смат­ри­вать как отдель­ное про­из­ве­де­ние, обра­зец един­ства музы­ки, хорео­гра­фии и испол­ни­тель­ско­го мастер­ства, что так ред­ко встре­ча­ет­ся в совре­мен­ном балет­ном теат­ре.

Тре­тья часть (Эле­гия). Пожа­луй, самая выра­зи­тель­ная и бога­тая на ассо­ци­а­тив­ные обра­зы. В цен­тре тан­це­валь­ной ком­по­зи­ции – девуш­ка (Ксе­ния Овчин­ни­ко­ва). Она зем­ная страсть и откро­ве­ние жиз­ни, любовь, ради кото­рой совер­ша­ют пре­да­тель­ство. С ней рядом – тан­цу­ю­щие кава­ле­ры и девуш­ки (два соли­ста, состав­ля­ю­щие с бале­ри­ной трио, и кор­де­ба­лет­ные пары), чьи роли не менее важ­ны в орга­ни­за­ции зри­мых обра­зов, в вос­при­я­тии мело­ди­че­ско­го строя про­из­ве­де­ния.

Чет­вер­тая часть (Финал на рус­скую тему). Основ­ная тема финаль­ной части заим­ство­ва­на Чай­ков­ским из рус­ской народ­ной пес­ни. Избе­жать фольк­лор­ных моти­вов в тан­це тут прак­ти­че­ски невоз­мож­но. Шмор­го­нер этим и не пре­не­бре­га­ет, вно­ся отдель­ные эле­мен­ты рус­ско­го народ­но­го тан­ца в кан­ву клас­си­че­ско­го тан­ца. Одна­ко, выявив жиз­не­ра­дост­ный харак­тер рус­ской мело­дии, хорео­граф не совсем удач­но спра­вил­ся с фина­лом бале­та (со слов Шмор­го­не­ра, им постав­лен и дру­гой финал, в дан­ной рецен­зии автор ори­ен­ти­ру­ет­ся на вари­ант, уви­ден­ный на пре­мье­ре). Выстро­ен­ные в несколь­ко линий тан­цов­щи­цы рас­хо­дят­ся на две сто­ро­ны сце­ны (к ним при­со­еди­ня­ют­ся и все осталь­ные участ­ни­ки бале­та) и, пово­ра­чи­ва­ясь назад, обра­ща­ют свой взгляд вверх, на про­ек­цию порт­ре­та П. И. Чай­ков­ско­го: спек­такль посвя­щен ком­по­зи­то­ру, и к его изоб­ра­же­нию обра­ще­ны взо­ры тан­цов­щи­ков. Но таким обра­зом нару­ша­ет­ся целост­ность замыс­ла, не свя­зан­но­го с реаль­ны­ми собы­ти­я­ми и юби­лей­ным цере­мо­ни­а­лом.

Неко­то­рые недо­че­ты не меня­ют глав­но­го: спек­такль в целом и по отдель­ным сво­им состав­ля­ю­щим удал­ся. Рабо­та худож­ни­ка-поста­нов­щи­ка Еле­ны Соло­вье­вой, создав­шей заме­ча­тель­ные по цве­ту костю­мы, отли­ча­лась высо­ким вку­сом и пони­ма­ни­ем худо­же­ствен­ной целост­но­сти все­го спек­так­ля. С долж­ным так­том к ори­ги­наль­ной хорео­гра­фии и тан­це­валь­ным тем­пам отнес­ся дири­жер-поста­нов­щик Алек­сандр Шаме­ев. Высо­кий уро­вень рабо­ты репе­ти­то­ров (Оль­ги Бара­хов­ской, Еле­ны Камен­ской, Вален­ти­ны Поно­ма­рен­ко) был заме­тен и в чет­ком рисун­ке кор­де­ба­лет­ных пар, и во вдох­но­вен­ных дуэт­ных ком­по­зи­ци­ях соли­стов. Всех участ­ни­ков и поста­нов­щи­ков «Сере­на­ды», а так­же руко­вод­ство теат­ра хочет­ся поздра­вить с удач­ной пре­мье­рой, став­шей собы­ти­ем куль­тур­ной жиз­ни Сама­ры, где оче­вид­но высо­кое отно­ше­ние к тра­ди­ци­ям и нова­тор­ским иска­ни­ям в обла­сти музы­каль­но­го теат­ра.

Самарский академический театр оперы и балета

Сере­на­да

Балет на музы­ку П. Чай­ков­ско­го

Дири­жер-поста­нов­щик – Алек­сандр Шаме­ев

Хорео­граф-поста­нов­щик – Кирилл Шмор­го­нер

Худож­ник-поста­нов­щик – Еле­на Соло­вье­ва

Пре­мье­ра состо­я­лась 2 июля 2015 года

Роман Волод­чен­ков

Балет­ный кри­тик, артист Крем­лев­ско­го бале­та (Москва).

Фото Ели­за­ве­ты Сухо­вой

Опуб­ли­ко­ва­но в изда­нии «Куль­ту­ра. Све­жая газе­та», № 13 (80) за 2015 год