После войны

Не слу­чай­но и то, что почти все спек­так­ли, вышед­шие в честь дей­стви­тель­но вели­ко­го празд­ни­ка, рас­ска­зы­ва­ют о вре­ме­ни вне вой­ны. В них нет сра­же­ний и бое­вых подви­гов, нет взры­вов и команд­ных выкри­ков, есть острое пред­ощу­ще­ние надви­га­ю­щей­ся беды («А зав­тра была вой­на» в ака­де­ми­че­ском теат­ре дра­мы), есть потря­се­ние от смер­ти, слу­чив­шей­ся после объ­яв­ле­ния Побе­ды («Крас­ное вино Побе­ды» в теат­ре «Самар­ская пло­щадь»), есть пере­жи­ва­ние жиз­ни сра­зу же после окон­ча­ния вой­ны («Фрон­то­вич­ка» в «Коля­да-Теат­ре», заме­ча­тель­ный спек­такль, пока­зан­ный во вре­мя фести­ва­ля «ПоМост»).

Об этой, ой какой непро­стой жиз­ни после Побе­ды рас­ска­зы­ва­ет и спек­такль теат­ра «Камер­ная сце­на». При­чем заметь­те, что почти все эти спек­так­ли созда­ны по про­за­и­че­ским про­из­ве­де­ни­ям.

Рас­сказ Андрея Пла­то­но­ва инсце­ни­ро­ва­ла руко­во­ди­тель теат­ра и почти еди­но­лич­ный поста­нов­щик всех спек­так­лей Софья Руби­на. Ниче­го не скры­вая, она перед нача­лом спек­так­ля в тра­ди­ци­ях это­го теат­ра опо­ве­сти­ла зри­те­лей, что спек­такль рас­ска­зы­ва­ет о том, что про­ис­хо­дит с людь­ми после (!) вой­ны.

Акку­рат­ный корич­не­вый забор и несколь­ко корич­не­вых же сна­ряд­ных ящи­ков. Чуть левее цен­тра на стол­бе висит жестя­ной умы­валь­ник. Это про­стран­ство сце­ны, в кото­ром будет празд­но­вать­ся нача­ло мир­ной жиз­ни. Забор состо­ит из тех же, толь­ко боль­шо­го раз­ме­ра, сна­ряд­ных ящи­ков, из кото­рых будет стро­ить­ся полу­ста­нок и кото­рые будут пре­вра­щать­ся в нехит­рую, небо­га­тую домаш­нюю мебель и утварь.

Его, это про­стран­ство, будут изме­нять люди в сол­дат­ской одеж­де, свое­об­раз­ные слу­ги просце­ни­у­ма (Вадим Виш­нев­ский и Артур Быков). Делать они это будут индиф­фе­рент­но, дело­ви­то, не суе­тясь. Прав­да, в пер­вой сцене они появят­ся в каче­стве одно­пол­чан глав­но­го героя, про­во­жа­ю­щих его домой, к мир­ной и счаст­ли­вой жиз­ни. И вот…

Бра­вый весе­лый капи­тан Ива­нов (Рус­лан Бузин) едет домой с побе­дой. Торо­пить­ся неку­да и неза­чем: он зна­ет, что дома его ждут, ждут нетер­пе­ли­во, с тос­кой, но радост­но. По доро­ге мож­но и задер­жать­ся немно­го, про­во­жая слу­чай­ную попут­чи­цу до само­го Там­бо­ва. Дождут­ся. И нач­нет­ся сча­стье. Будет веч­ный празд­ник, ведь побе­ди­те­ли заслу­жи­ли его тяже­лым рат­ным тру­дом.

Дома его дей­стви­тель­но ждут, тос­ку­ют и бега­ют к каж­до­му поез­ду встре­чать, при­хо­ра­ши­ва­ют­ся, заняв у сосед­ки креп­де­ши­но­вое пла­тье. Но не полу­ча­ет­ся ни сча­стья, ни празд­ни­ка. Не может бра­вый капи­тан встро­ить­ся в мир­ную жизнь. Здесь, в доме, насто­я­щим хозя­и­ном стал 11-лет­ний сын, рано пре­вра­тив­ший­ся в рас­чет­ли­во­го и зануд­ли­во­го ста­рич­ка. Доч­ка 5‑летняя не при­зна­ёт в нем папу и все про­сит, что­бы при­шел сосед, заме­нив­ший детям в оди­но­кие холод­ные и голод­ные дни и папу-вои­на, и маму-тру­же­ни­цу, сут­ка­ми про­па­дав­шую на заво­де.

Детей в спек­так­ле игра­ют вполне взрос­лые моло­дые арти­сты Евге­ний Клю­ев (Пет­ру­ша) и Ксе­ния Соло­вье­ва (Настя). Игра­ют очень ста­ра­тель­но, пыта­ясь убе­дить нас в том, что они – дети. Что, в общем-то, в дан­ном тек­сте не обя­за­тель­но. Совре­мен­ный театр, при­вык­ший пере­во­дить про­за­и­че­ский текст в сце­ни­че­ский, может поз­во­лить себе раз­дви­нуть гра­ни­цы услов­но­сти.

Впро­чем, зри­те­ли «Камер­ной сце­ны» с радо­стью вос­при­ни­ма­ют такое прав­до­по­до­бие. Зри­те­ли и акте­ры вооб­ще хоро­шо пони­ма­ют друг дру­га. Здесь все про­сто, негром­ко, спек­такль нари­со­ван как бы штри­ха­ми. Все узна­ва­е­мо. Вот он, побе­ди­тель, вошел в дом, жена кину­лась к нему на шею. Вот накры­ли стол, сели празд­но­вать. Но тут сбой – сын, при­вык­ший сто­ять на стра­же эко­ном­но­го веде­ния хозяй­ства, дела­ет выго­вор мате­ри, и тут же воз­ни­ка­ет тема щед­ро­го сосе­да, ино­гда ода­ри­вав­ше­го детей саха­ром. Жизнь в доме как бы про­дол­жа­ет­ся, вот толь­ко места отцу-побе­ди­те­лю здесь как бы нет. Место хозя­и­на занял сын и, может быть, тот таин­ствен­ный сосед. И сидит быв­ший бра­вый капи­тан, чужой на этом празд­ни­ке жиз­ни, и тос­ку­ет по при­выч­ной окоп­но-блин­даж­ной жиз­ни, кото­рая теперь пред­став­ля­ет­ся ему почти празд­нич­ной, с тан­ца­ми под тро­фей­ный пате­фон.

Потом жена (Лари­са Ляпу­но­ва) будет зна­чи­тель­но и тор­же­ствен­но сте­лить супру­же­скую постель, как буд­то в первую брач­ную ночь, но опять радость не слу­чит­ся. Пото­му что… как бы воз­ник­нет вновь тема таин­ствен­но­го сосе­да, вро­де бы рев­ность вско­лых­ну­ла капи­та­на Ива­но­ва. Но на самом деле вот это ощу­ще­ние чуж­до­сти его при­сут­ствия в этом пусть тяже­лом, но мир­ном бытии, его нев­стро­ен­ность в эту жизнь, при­выч­но так дол­го про­те­кав­шую без него, заста­вят его схва­тить шинель и ринуть­ся на про­хо­дя­щий куда-нибудь поезд. И в фина­ле дол­го будут бежать дети и капи­тан Ива­нов по парал­лель­ным лини­ям, что­бы, может быть, когда-нибудь вновь соеди­нить­ся. И весь спек­такль том­ные мело­дии тан­го и фокс­тро­тов буду чере­до­вать­ся с вол­ну­ю­ще-печаль­ным валь­сом про­ща­ния из мха­тов­ских «Трех сестер».

Театр дра­мы «Камер­ная сце­на»

Андрей Пла­то­нов

Воз­вра­ще­ние

Спек­такль в 1 дей­ствии

Инсце­ни­ров­ка и поста­нов­ка Софьи Руби­ной

Сце­но­гра­фия Геор­гия Пар­ши­на (Санкт-Петер­бург)

Костю­мы Оль­ги Ники­фо­ро­вой

Гали­на Тору­но­ва

Теат­ро­вед, кан­ди­дат фило­ло­ги­че­ских наук, член СТД РФ.

Фото Юлии Стро­ги­ной

Опуб­ли­ко­ва­но в изда­нии «Куль­ту­ра. Све­жая газе­та», № 13 (80) за 2015 год