Шершавым языком доноса

Самар­ские пат­ри­о­ты тре­бу­ют уво­лить глав­но­го режис­се­ра теат­ры дра­мы Вале­рия Гриш­ко, сыг­рав­ше­го в филь­ме Андрея Звя­гин­це­ва «Леви­а­фан».

Научить Вале­рия Гриш­ко любить роди­ну реши­ла груп­па лиц, напи­сав­шая Откры­тое пись­мо реги­о­наль­но­му мини­стру куль­ту­ры Оль­ге Рыба­ко­вой и пред­се­да­те­лю коми­те­та по куль­ту­ре и моло­деж­ной поли­ти­ке Самар­ской губерн­ской думы Оле­гу Миле­е­ву. В пись­ме отто­чен­ным язы­ком поли­ти­че­ско­го доно­са изло­же­ны тре­бо­ва­ния не выпла­чи­вать зар­пла­ту и не выде­лять денег на новые поста­нов­ки глав­но­му режис­се­ру Самар­ско­го ака­де­ми­че­ско­го теат­ра дра­мы Вале­рию Гриш­ко. А еще луч­ше — уво­лить озна­чен­но­го режис­се­ра. Груп­пе лиц не понра­ви­лось, что Вале­рий Гриш­ко сыг­рал роль архи­ерея в филь­ме режис­се­ра Звя­гин­це­ва «Леви­а­фан», вошед­шем в шорт-лист пре­мии «Оскар», при­знан­ном луч­шим филь­мом на ино­стран­ном язы­ке на 35‑й цере­мо­нии вру­че­ния наград Лон­дон­ско­го сооб­ще­ства кино­кри­ти­ков, удо­сто­ен­ном при­за за луч­ший сце­на­рий на фести­ва­ле в Кан­нах и пре­мии «Золо­той гло­бус».

По мне­нию защит­ни­ков самар­ской нрав­ствен­но­сти, дело не столь­ко в «низ­ко­проб­ном кле­вет­ни­че­ском опу­се» Андрея Звя­гин­це­ва, сколь­ко в «цинич­ной и гряз­ной паро­дии на пра­во­слав­ный епи­ско­пат», талант­ли­во испол­нен­ной Вале­ри­ем Гриш­ко.

«…Образ, создан­ный этим дея­те­лем, явля­ет­ся цинич­ной и гряз­ной паро­ди­ей на рус­ский пра­во­слав­ный епи­ско­пат, оскорб­ля­ет всех веру­ю­щих людей и, по сути, есть не что иное, как фиг­ляр­ское изде­ва­тель­ство над рос­сий­ской вла­стью и основ­ной кон­фес­си­ей нашей стра­ны — свя­тым Пра­во­сла­ви­ем».

Одним из под­пи­сан­тов стал депу­тат Самар­ской губерн­ской думы Дмит­рий Сивир­кин, извест­ный в реги­оне сво­им воин­ствен­ным пра­во­сла­ви­ем и неле­пы­ми зако­но­про­ек­та­ми: в част­но­сти, он тре­бо­вал пре­кра­тить бюд­жет­ное финан­си­ро­ва­ние абор­тов. Свою ини­ци­а­ти­ву он объ­яс­нил забо­той о чув­ствах веру­ю­щих, кото­рые «неволь­но ста­но­вят­ся соучаст­ни­ка­ми дето­убий­ства», отчис­ляя день­ги со сво­их зар­плат в ФФОМС. Чуть ранее депу­тат Сивир­кин пло­хо пере­нес выступ­ле­ние груп­пы «Рамм­штайн» на фести­ва­ле «Рок над Вол­гой». «Бед­ные, несчаст­ные, не зна­ю­щие немец­ко­го язы­ка моло­дые рос­си­яне! Вме­сте с «Рамм­штайн» в пред­две­рии Дня Рос­сии они вдох­но­вен­но пели про вла­га­ли­ще. Кого им под­су­ну­ли в каче­стве духов­ной скре­пы?» — писал депу­тат.

В общем, зна­ме­ни­тый чело­век-скре­па, меч­та­ю­щий во все город­ские шко­лы вве­сти штат­ную еди­ни­цу — свя­щен­но­слу­жи­те­ля, а так­же в про­цес­се стро­и­тель­ства раз­роз­нить и рас­про­дать зда­ние ново­го онко­цен­тра под тор­го­вые пло­щад­ки.

В послед­нее вре­мя горо­жане бук­валь­но заску­ча­ли без новых выступ­ле­ний депу­та­та Сивир­ки­на, и откры­тое пись­мо шест­на­дца­ти ста­ло пово­дом для дис­кус­сий. В част­но­сти, под тек­стом пись­ма на город­ском пор­та­ле мож­но най­ти такие ком­мен­та­рии (орфо­гра­фия и пунк­ту­а­ция сохра­не­ны):

«Свое­вре­мен­ное пись­мо. пора что-то пред­при­нять, хотя бы на мест­ном уровне. Кста­ти. Жаль. что мало кто понял чудо­вищ­ную подо­пле­ку филь­ма — его. так ска­зать 25‑й кадр. Ведь чем кон­ча­ет­ся, чем разхре­ша­ет­ся весь нега­тив, кото­рый нагнал на экран пре­да­тель Роди­ны Звя­гин­цев? Убий­ством пер­во­го лца, сим­во­ли­зи­ру­ю­ще­го пол­но­сту вла­сти. Да, он пока­зан режис­се­ром, как вопло­ще­ние зла. но у него и вся рос­сия, в виде это­го забы­то­го Богом уго­ло­ка, есть вопло­ще­ние Зла. И выход из него услуж­ли­во пред­ла­га­е­мый гов­ню­ком — убий­ство. Или. точ­нее, Убий­ство. С боль­шой бук­вы. Посколь­ку нена­вист­ник Рос­сии, конеч­но. име­ет в виду Пер­вое лицо Госу­дар­ства. Вот так, доиг­рал­ся наш Гриш­ко… Голу­бая меч­та гни­ло­го «Запа­да» — устра­не­ние Пре­зи­ден­та Рос­сии — постав­ле­на дуро­ва­тым режис­се­ром пря­мо и почти неза­ка­му­фли­ро­ван­но».

При­ме­ча­тель­но, что ком­мен­та­ри­ев тако­го рода все­го несколь­ко штук, при­чем под­ряд. Далее на девя­ти стра­ни­цах — адек­ват­ные ситу­а­ции выска­зы­ва­ния самар­цев, удив­лен­ных тек­стом. В общем, сме­ют­ся самар­цы.

Все­го под пись­мом 16 под­пи­сей, в том чис­ле депу­та­тов губерн­ской думы В.И. Дуце­ва и Д.В. Сивир­ки­на, пред­се­да­те­ля прав­ле­ния Самар­ской област­ной писа­тель­ской орга­ни­за­ции А.В. Гро­мо­ва, пред­се­да­те­ля Самар­ско­го отде­ле­ния Все­рос­сий­ско­го обще­ства пра­во­слав­ных вра­чей В.А. Соля­но­ва, архи­манд­ри­та Геор­гия, про­то­и­е­рея Нико­лая Ага­фо­но­ва, про­то­и­е­рея Иоан­на Мохо­ва и жур­на­ли­ста А.В. Федо­ро­ва.

Хочет­ся побла­го­да­рить всех отме­тив­ших­ся това­ри­щей за про­па­ган­ду кино­ис­кус­ства и воз­рож­де­ние духов­ных цен­но­стей — опре­де­лен­но, фильм «Леви­а­фан» в Самар­ской обла­сти теперь посмот­рит гораз­до боль­ше наро­ду, чем посмот­ре­ло бы без при­вле­че­ния мини­стров.

P.S. Реак­ции реги­о­наль­но­го мини­стер­ства куль­ту­ры пока не после­до­ва­ло.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Валерий ГРИШКО:

— Я бы не стал на это мне­ние о филь­ме вооб­ще обра­щать вни­ма­ние, если бы это не носи­ло оскор­би­тель­но­го харак­те­ра лич­но в мой адрес. Наме­ри­ва­юсь пода­вать в суд за оскорб­ле­ние чести и досто­ин­ства, пото­му что я не могу про­стить, что меня обви­ня­ют в том, что я не люб­лю Роди­ну. Я не состою ни в каких пар­ти­ях, не при­мы­каю ни к каким поли­ти­зи­ро­ван­ным сооб­ще­ствам. Моя Болот­ная пло­щадь — сце­на мое­го теат­ра. Хочу, что­бы про­зву­ча­ло вот что: когда я не так дав­но был в Донец­ке, то наблю­дал там бед­ствен­ное поло­же­ние арти­стов теат­ра. Я хочу сде­лать все, что в моих силах, что­бы вывез­ти этот театр на гастро­ли. Что­бы арти­сты чест­но зара­бо­та­ли день­ги. Это нор­маль­ная актер­ская вза­и­мо­вы­руч­ка, когда акте­ры про­тя­ги­ва­ют друг дру­гу руку помо­щи! Я не толь­ко глав­ный режис­сер Самар­ско­го теат­ра дра­мы, я еще и режис­сер питер­ско­го Теат­ра име­ни Комис­сар­жев­ской, и это един­ствен­ный театр, кото­рый рабо­тал в оса­жден­ном горо­де во вре­мя Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны. И я знаю, о чем гово­рю.

Ната­лья Фоми­на

Ори­ги­нал