Рисунки на серебряном песке

В нашем горо­де празд­ник орга­ни­зо­ван Japan Foundation, Все­рос­сий­ской госу­дар­ствен­ной биб­лио­те­кой ино­стран­ной лите­ра­ту­ры име­ни М. И. Рудо­ми­но (Москва) и Самар­ской муни­ци­паль­ной инфор­ма­ци­он­но-биб­лио­теч­ной систе­мой (СМИБС).

Глав­ная пло­щад­ка фести­ва­ля в Сама­ре — биб­лио­те­ка №8 на ули­це Нико­лая Пано­ва, 30.

Одно из цен­траль­ных, уже состо­яв­ших­ся собы­тий фести­ва­ля — пре­зен­та­ция работ зна­ме­ни­то­го япон­ско­го фото­ху­дож­ни­ка Кад­зу­ё­си Миё­си. Про­грам­ма меро­при­я­тий про­длит­ся до мар­та.

Фести­ва­ли япон­ской куль­ту­ры для Сама­ры не ред­кость. Пер­вый — «Носталь­гия по Япо­нии» — про­во­дил­ся с 1998 до 2004 года. Извест­ны так­же фести­ва­ли «Виза в Япо­нию», «Вата­на­га­ши», а на пло­щад­ке Уни­вер­си­те­та Ная­но­вой были орга­ни­зо­ва­ны поэ­ти­че­ские кон­кур­сы и кур­сы изу­че­ния япон­ско­го язы­ка.

Фести­валь 2018 – 2019 годов — сви­де­тель­ство серьез­но­го и посто­ян­но­го инте­ре­са самар­цев к япон­ской куль­ту­ре, сиг­нал фор­ми­ро­ва­ния пол­но­цен­ной чита­тель­ской и твор­че­ской сре­ды.

«Сдви­га­ем сте­рео­ти­пы» — так мож­но обо­зна­чить основ­ной стер­жень фести­ва­ля, кото­рый орга­ни­зо­ван спе­ци­а­ли­ста­ми биб­лио­теч­ной систе­мы. Да, конеч­но, были иеро­гли­фы и девуш­ки в кимо­но, «музы­ка вет­ра и воды» в испол­не­нии живой флей­ты. Но все же — не это глав­ная изю­мин­ка тор­же­ства.

Орга­ни­за­то­ры замыс­ли­ли свое­об­раз­ную три­а­ду: выстав­ка «Все­мир­ное куль­тур­ное насле­дие: Япо­ния» — рабо­ты фото­ху­дож­ни­ка Кад­зу­ё­си Миё­си, выстав­ка о двух Мура­ка­ми (с эти­ми име­на­ми-двой­ни­ка­ми все­гда про­ис­хо­дит пута­ни­ца), таких похо­жих и таких раз­ных, и выстав­ка кукол кок­э­си, зага­доч­ных япон­ских мат­ре­шек.

Япо­ния — это не толь­ко ике­ба­ны и чай­ная цере­мо­ния. Это, преж­де все­го, уме­ние вме­стить вели­кое в малое, отра­зить в мини­а­тю­ре весь мир. Почтен­ные тра­ди­ции и новей­шие тех­но­ло­гии. Уют домаш­не­го теп­ла и хай-тек. И это тоже свое­об­раз­ный мостик меж­ду Япо­ни­ей и Сама­рой…

Подоб­но тому, как рас­кры­ва­ет­ся япон­ский веер — мед­лен­но, неспеш­но, раз­во­ра­чи­ва­ет­ся про­грам­ма фести­ва­ля.

«Вид из окна
встав­лен в рам­ку…»

Выстав­ка работ Кад­зу­ё­си Миё­си «Все­мир­ное насле­дие: Япо­ния», на кото­рой пред­став­ле­ны фото­гра­фии с куль­тур­ны­ми и при­род­ны­ми объ­ек­та­ми Япо­нии, вне­сен­ны­ми в спи­сок ЮНЕСКО.

Совре­мен­ный зри­тель, пере­корм­лен­ный видео­об­ра­за­ми, каза­лось бы, не спо­со­бен полу­чать пол­но­цен­ное удо­воль­ствие от ста­тич­ных фото­гра­фий. Рабо­ты Кад­зу­ё­си, меж­ду тем, вопло­ща­ют клас­си­че­ский жанр кар­ти­ны-фото: рас­пах­ну­тое окно, при­гла­ша­ю­щее зри­те­ля в дру­гую реаль­ность. Но ока­зы­ва­ет­ся, имен­но это вгля­ды­ва­ние-созер­ца­ние и спо­соб­но оста­но­вить мгно­ве­ние.

Осле­пи­тель­ная оке­ан­ская лазурь неправ­до­по­доб­но­го, незем­но­го цве­та — на такой боль­но смот­реть гла­зам, а от глу­би­ны дух захва­ты­ва­ет. Рядом — храм над кру­тым обры­вом, и в очер­та­ни­ях древ­них пагод чудит­ся нечто близ­кое зна­ме­ни­то­му обра­зу «веч­но­го покоя» Леви­та­на. Сереб­ря­ный пави­льон в пре­фек­ту­ре Кио­то. Окно из пави­льо­на выхо­дит в сад для про­гу­лок вокруг пру­да. Сами назва­ния: Гин­тя­дан (Сад сереб­ря­но­го пес­ка) и Ког­э­цу­дай (Зер­ка­ло, отра­жа­ю­щее луну) — зву­чат как сти­хи-закли­на­ния.

А вот, пожа­луй, самая страш­ная и самая зна­ме­ни­тая фото­ра­бо­та Миё­си: купо­ла зда­ния Выста­воч­но­го цен­тра в Хиро­си­ме, уце­лев­ше­го после взры­ва атом­ной бом­бы. Ажур­ный остов взо­рван­но­го солн­ца. Но и этот иско­ре­жен­ный силу­эт напо­ми­на­ет нечто живое: то ли застыв­шую пау­ти­ну в небе, то ли коро­ну желез­ной хри­зан­те­мы. Этот образ в пол­ной мере отоб­ра­жа­ет наци­о­наль­ный дух Япо­нии: влюб­лен­ность в кра­со­ту мира, созер­ца­тель­ность, уме­ние видеть живое даже в мерт­вом.

Раз Мураками, два Мураками, три…

Выста­воч­ный книж­ный про­ект «Мура­ка­ми в сло­ве и на хол­сте» пол­но­стью лома­ет сте­рео­тип тра­ди­ци­он­ной выстав­ки. Перед нами не про­сто ряд книг, подо­бран­ных по тема­ти­ке, а пол­но­цен­ный сим­вол в духе насто­я­щей Япо­нии: мно­же­ство вза­им­но отра­жен­ных зер­кал.

Все (ну, или почти все, хотя бы на уровне игры слов) слы­ша­ли о Хару­ки Мура­ка­ми. Менее изве­стен, но все же узна­ва­ем его «двой­ник», ровес­ник — Рю (Рюноскэ). И тот, и дру­гой выра­жа­ют дух Япо­нии ХХ века, мучи­тель­но ищу­щей себя в кон­тек­сте евро­пей­ско­го пост­мо­дер­низ­ма. Визу­аль­ная ком­по­зи­ция, орга­ни­зо­ван­ная сотруд­ни­ка­ми биб­лио­те­ки, зна­ко­мит посе­ти­те­лей с пер­вым и… тре­тьим Мура­ка­ми — Така­си, совре­мен­ным худож­ни­ком. Един­ствен­ным япон­цем, чьи рабо­ты выстав­ля­лись в Вер­са­ле.

Экс­по­зи­ция «Мура­ка­ми & Мура­ка­ми» — насто­я­щий калам­бур, лите­ра­тур­но-живо­пис­ная риф­ма. Два Мура­ка­ми (самый извест­ный — Хару­ки и самый зага­доч­ный — Така­си) смот­рят­ся друг в дру­га: с одной сто­ро­ны — кни­ги, с дру­гой — рисун­ки. «Хро­ни­ки завод­ной пти­цы», «Каф­ка на пля­же» — и муль­тяш­ные, из ани­ме и ман­ги, фигу­ры с дет­ски­ми личи­ка­ми. А вот и сам мистер Доб — «мар­си­ан­ский» лопо­ухий пер­со­наж, изоб­ре­тен­ный Така­си Мура­ка­ми, свое­об­раз­ный япон­ский Мик­ки-Маус.

Древ­няя Япо­ния и фило­со­фия мас­со­вой куль­ту­ры — как они вза­и­мо­дей­ству­ют? Сюже­ты Така­си имен­но об этом. Яркая попса и обра­зы смер­ти: цве­ты, такие весе­лые изда­ли и жут­ко­ва­тые вбли­зи, лупо­гла­зые гри­бы… Сквозь комик­сы про­сту­па­ют, слов­но нари­со­ван­ные дет­ской рукой, силу­эты ядер­ной ката­стро­фы. Мир без глу­би­ны (изоб­ра­же­ния выпол­не­ны в плос­кост­ной тех­ни­ке) заво­ра­жи­ва­ет и застав­ля­ет нас про­ве­рить соб­ствен­ное ощу­ще­ние гра­ниц смеш­но­го и страш­но­го, при­ми­тив­но­го и эли­тар­но­го.

Путешествие в мир японского кино

И, конеч­но, осо­бо сле­ду­ет отме­тить самую интри­гу­ю­щую и спе­ци­фи­че­скую часть про­грам­мы: цикл лек­ций Вале­рия Бон­да­рен­ко о япон­ском миро­ощу­ще­нии и япон­ском кине­ма­то­гра­фе, лите­ра­ту­ре и искус­стве. Извест­ный самар­ский куль­ту­ро­лог, кино­вед и педа­гог, обла­да­ю­щий уди­ви­тель­ным даром пре­вра­щать самые слож­ные интел­лек­ту­аль­но-фило­соф­ские сюже­ты в близ­кие и понят­ные всем, пред­ла­га­ет ком­мен­та­рий-рас­шиф­ров­ку основ­ных кате­го­рий япон­ской эсте­ти­ки.

Программа Фестиваля японской культуры

Выставки

Фото­ра­бо­ты Кад­зу­ё­си Миё­си «Все­мир­ное насле­дие: Япо­ния» — до 13 мар­та 2019 года
«Мура­ка­ми в сло­ве и на хол­сте» — декабрь — март 2019 года
«Мир япон­ских кукол» — фев­раль — март 2019 года (кок­э­си — тра­ди­ци­он­ные рас­пис­ные дере­вян­ные фигур­ки, напо­ми­на­ю­щие мат­ре­шек)

Кинопоказы

14 фев­ра­ля — «Сон в лет­нюю ночь» (реж. Юдзи Накаэ, 2009)
21 фев­ра­ля — «Лов­цы забы­тых голо­сов» (реж. Мако­то Син­кай, 2011)
28 фев­ра­ля — «Счаст­ли­вый полет» (реж. Сино­бо Ягу­ти, 2008)
14 мар­та — «Жена Гэге» (реж. Такуд­зи Судзу­ки, 2010)
21 мар­та — «Девоч­ки-кал­ли­гра­фы» (реж. Рюи­ти Ино­ма­то, 2010)
28 мар­та — «Отель «Гибис­кус» (реж. Юдзи Накаэ, 2009)

Мозаика японского творчества

фев­раль — март 2019