Андрей Волконский. Это имя известно меломанам старшего поколения по концертам ансамбля солистов Московской филармонии «Мадригал», исполнявших старинную музыку.
Многие, может быть, вспомнят собрание грампластинок «Тысячелетие музыки» с записями произведений старых мастеров. Среди них мадригалы К. Джезуальдо, магнификат К. Монтеверди, произведения Орацио Векки, Луки Маренцио, месса Палестрины, баллады Гильома де Машо, сочинения Луиса де Милана, Диего Ортиса, испанская музыка времен кастильских королей, произведения Г. Шютца, Г. Перселла, русская музыка допетровской эпохи.
Известен Волконский и как выдающийся исполнитель на клавесине и органе, игравший сольно и в составе своего знаменитого на всю страну коллектива. «Мадригал», гастролируя по республикам СССР, давал более ста концертов в год. И везде были аншлаги и восторженный прием слушателей. Так было даже в Праге через несколько недель после подавления «Пражской весны». Настороженная, враждебно настроенная к русским музыкантам публика устроила овации по окончании концерта.
Исполнительская стезя и исследовательская работа — лишь одна сторона деятельности Волконского, другая — это сочинение новой музыки, ставшей генератором идей для целого поколения композиторов русского послевоенного авангарда. Всемирно признанные сегодня Николай Каретников, Родион Щедрин, Эдисон Денисов, Альфред Шнитке, Софья Губайдуллина получили невероятной силы творческий импульс именно в творчестве Андрея Волконского. Он стал родоначальником и лидером русского авангарда послевоенных лет.
Андрей Волконский (1933 – 2008) родился в Женеве в семье выходцев из России, чей аристократический род, ведущий свою генеалогию от Рюрика, оставил заметный след в отечественной истории и культуре. На патриотической волне, поднявшей многих эмигрантов после окончания Второй мировой войны, семья Волконских решает перебраться в Советскую Россию. Вначале их встречает концентрационный лагерь в Белоруссии, затем ссылка в Тамбовскую область, где Волконских селят в деревне, некогда принадлежавшей их отцам и дедам. Голодающих аристократов подкармливали колхозники, старшие из которых помнили еще прежних хозяев разоренного в Гражданскую войну поместья.
14-летнему Андрею удается остаться в Москве, где он учится в Мерзляковке и затем в консерватории в классе композиции Ю. Шапорина. Какое впечатление на него могла произвести Москва конца 40‑х — начала 50‑х годов? Печально известное Постановление ЦК ВКПБ 1948 года, травля М. Зощенко и А. Ахматовой, борьба с «космополитизмом» определяли атмосферу эпохи. В музыке соцреализма преобладали либо мрачная помпезность, либо крайняя легковесность.
Андрей Волконский, обладавший особой свободой в творчестве и самовыражении, уже в 50‑е годы смело заявляет о себе как о самобытном и одаренном композиторе. К 1955 году Волконский — автор оригинальных сочинений, отражающих поиски в стиле неоклассицизма Стравинского или Хиндемита, в которых нарождаются и явные приметы собственного стиля.
В 1956 году Волконский пишет первое в отечественной истории музыки сочинение, основанное на серийной технике Musica stricta (Серьезная музыка) для фортепиано. Во время первого исполнения произведения в Малом зале Ленинградской филармонии Мария Юдина (пианистка была убежденным популяризатором сочинений композитора) обратилась в зал со словами: «Музыка, которую вы сейчас услышите, совсем новая для публики, поэтому я ее сыграю два раза».
Произведения Волконского были настолько ошеломляюще свежи, что почти сразу принимались слушателями, да и профессиональным цехом композиторов тоже. Свойства зрелого письма Волконского — микромотивность, графическая точность и острота высказывания, утонченность выражения и вместе с тем интонационная плотность — оказывали неотразимое воздействие на просвещенного слушателя. Чиновники от искусства не сразу усмотрели в новом музыкальном высказывании угрозу идеологическим основам соцреализма, все же на дворе была «оттепель», не все новые творческие явления и свежие ростки попадали в цензурное сито.
Одно за другим появляющиеся сочинения Волконского продолжали исполняться до 1962 года, когда музыковеды в штатском, наконец, разобрались с идейными корнями нового искусства и запретили авангардные сочинения как чуждые советскому народу. Если Альфред Шнитке с этого времени стал писать «в стол», то Волконский со свойственной ему страстью переключился на исполнительство. Начиная с 1965 года и до своей вынужденной эмиграции в 1972 году музыкант отдает все свои силы ансамблю «Мадригал».
Волконский сказал как-то, что в жизни совершил две ошибки: приехал в СССР из Европы и снова эмигрировал на Запад. Ему казалось, что возвращение в свободный мир из тоталитарного государства даст ему возможность творить. Однако автоматически это не произошло. Понадобилось немало усилий и времени, чтобы начать сочинять и выступать с концертами. В Женеве Волконский попытался воссоздать свой ансамбль. В 1981 году начались концерты коллектива Hoc opus, но это был уже не тот знаменитый «Мадригал», который остался в истории исполнительского искусства как экстраординарное явление. Продолжал сольные концерты в Европе и сам Волконский. Его выдающееся искусство клавесиниста запечатлено в записи I тома Хорошо темперированного клавира И. С. Баха, которую он осуществил в Париже.
Произведения Андрея Волконского оригинальны и самобытны. Для него как композитора всегда было важно не повторяться и в каждом сочинении быть новым. И в исполнительстве он всегда был чужд предвзятости или стилизаций. Далек он был и от известного догматизма аутентистов. Сочинения старых мастеров в интерпретациях Волконского звучат так, будто написаны сегодня, будоражат чувства и возбуждают мысль. Как он сказал однажды: «Стоит посмотреть картины фламандских художников, например, Брейгеля, чтобы убедиться, что такому разгульному непринужденному народу никак не подходит сурово монотонная манера исполнения».
