Тольятти, середина 90‑х. Молодой инженер едет на день рождения к своей девушке, учительнице музыки, и везет в подарок щенка овчарки, обвязанного премилым бантиком. Подарок принимается на ура, и даже суровая с виду мама девушки тает перед обаянием породистой собачонки, которой дается кличка Верный.
Все идет своим чередом – работа, отдых, оливье под Ельцина на Новый год, схватки с хулиганами и грабителями, – пока идиллия не прерывается лобовым столкновением с грузовиком. Потерявшая хозяев собака оправдает свое имя: остаток своей жизни она проведет рядом с местом аварии, став для людей настоящим памятником преданности и верности.
В первую очередь необходимо упомянуть, хотя бы для проформы, что фильм «КОСТЯ» основан на реальных событиях. Безымянную собаку, которая провела на обочине Южного шоссе почти восемь лет, знает, пожалуй, все взрослое население Тольятти. В 2003‑м году в 21‑м квартале города псу был установлен памятник, ставший с тех пор местом паломничества молодоженов. Со сцены потирания бронзового носа и начинается картина. За происходящим наблюдают дедушка и его внук, и «дело было так»…
По своей структуре фильм почти симметрично разделен на две части, на до и после аварии. Первая половина – это поступательно рассказанная история любви двух тольяттинских интеллигентов и их собаки, вторая – несколько эпизодов с различными героями, объединенными пребыванием пса на своем посту. Таким образом авторы доносят до зрителя идею о том, что «мы такие разные, но все-таки мы вместе»: к Верному заезжают, чтобы покормить и погладить, то пыльные бандиты, то гонящие строку журналисты, то мудрые торговцы овощами и фруктами, то мэр Тольятти собственной персоной.
Хотя создатели «Кости» имеют образование в сфере кино, а актеры, занятые в фильме, играют ведущие роли в театрах Тольятти, картину не получается назвать профессиональной работой. Сценарий то пускается в объяснения и напоминания о том, что было на экране полчаса назад, то, напротив, напускает туману. В одном кадре совмещены театральный актер и специалист по поведению собак – нужно быть как минимум Вернером Херцогом, чтобы добиться от такого тандема единого настроя и достоверного психологизма.
Главное же, что можно поставить в упрек создателям картины – это то, что они не смогли окончательно определиться с ее масштабом. На брифинге после самарской премьеры, занявшем времени чуть ли не больше, чем сам фильм, авторы сказали, что такая ситуация могла произойти в любом городе страны и им бы не хотелось, чтобы «Костю» вообще ассоциировали с Тольятти. Мол, это универсальная история о размягчении очерствевших душ и о том, что собаки зачастую проживают жизнь более человечную, нежели мы, их хозяева.
Тем не менее, Автоград фигурирует в любом справочном материале, связанном с фильмом, и даже на афише «Кости» в чрезмерно объемном описании сюжета Тольятти фигурирует уже во второй строчке. То же и с визуальным рядом: режиссер и оператор не включили в картину ни одного кадра знаковых доминант – ГЭС и ВАЗа (что для российского зрителя, право, было бы небезынтересно), но табличку с надписью «Мэрия города Тольятти» снять то ли забыли, то ли не захотели. В итоге впечатление от «Кости» остается размытым – то ли это купированный ложной провинциальной скромностью, но все же пиар традиций тольяттинского социума, то ли снятая с прицелом на школьников притча о ценностях, не имеющих цены.
Артем НОХРИН
Опубликовано в издании «Свежая газета. Культура», № 20 (108) за 2016 год
