«Последняя миля» самарских музыкантов

1 октяб­ря – День музы­ки. Меж­ду­на­род­ный. Одно вре­мя он сов­па­дал в нашей стране еще с дву­мя дня­ми: пожи­ло­го чело­ве­ка и учи­те­ля. Музы­кан­ты груст­но шути­ли: «день пожи­ло­го учи­те­ля музы­ки». Потом учи­те­лей пере­дви­ну­ли на дру­гую дату, а о том, что в ака­де­ми­че­ских кон­церт­ных залах основ­ной слу­ша­тель пожи­лой, шутить нико­му не захо­те­лось.

Итак, День музы­ки. Москва дает какое-то дикое коли­че­ство бес­плат­ных клас­си­че­ских кон­цер­тов по все­му горо­ду, Ново­си­бирск про­во­дит фее­ри­че­скую ночь музы­ки, В Пите­ре – мно­го­ча­со­вой мара­фон на пло­ща­ди Искусств, в Баш­ки­рии – при­но­ше­ние ком­по­зи­то­ру Сви­ри­до­ву сра­зу на несколь­ких пло­щад­ках, по всей стране кон­цер­ты, фести­ва­ли, акции… Глав­ны­ми геро­я­ми празд­ни­ка вез­де ста­ли музы­кан­ты. Обыч­ные, рядо­вые мест­ные музы­кан­ты. Когда же еще им быть геро­я­ми, как не в День музы­ки? Когда еще их бла­го­да­рить за то, что тянут к людям неви­ди­мые про­во­да от миро­во­го хра­ни­ли­ща музы­ки?

У ком­пью­тер­щи­ков есть тер­мин «послед­няя миля». Это когда в теле­ком­му­ни­ка­ции есть все: обо­ру­до­ва­ние, тех­но­ло­гии, кана­лы, а на послед­нем эта­пе достав­ки, при­ми­тив­но гово­ря, на вхо­де интер­не­та в квар­ти­ру — воз­ни­ка­ет про­бле­ма. В мире интер­нет есть, а у кон­крет­но­го чело­ве­ка его нет. Сей­час эта про­бле­ма прак­ти­че­ски реше­на. Но она ока­за­лась акту­аль­ной совсем в иной сфе­ре – в клас­си­че­ской музы­ке.

Артист оркест­ра, солист, кон­церт­мей­стер, педа­гог – кем бы ни был музы­кант в точ­ке при­ло­же­ния «послед­ней мили» к чело­ве­ку – он все­гда име­ет за пле­ча­ми непро­стой и длин­ный путь посвя­ще­ния. Возь­мем самар­ско­го музы­кан­та. Вот в дет­ском саду вос­пи­та­тель гово­рит маме: у ваше­го ребен­ка спо­соб­но­сти, вам в музы­каль­ную шко­лу. А в музы­каль­ную шко­лу при­хо­дят ино­гда и игра­ют соли­сты мест­ной филар­мо­нии. Деся­ти­лет­няя пиа­нист­ка с вос­тор­гом смот­рит на бело­снеж­ные маниш­ки и лако­вые туфли, вни­ма­ет рас­ска­зу о малень­ком Моцар­те, слу­ша­ет его сона­ты.

Из муз­шко­лы силь­ней­шие идут в учи­ли­ще. Начи­на­ют с акцен­том оде­вать­ся, шар­фы, ботин­ки, сто­ят на оста­нов­ке с пар­ти­ту­рой, водят паль­цем, мычат под нос ноту «соль» малой окта­вы. Бега­ют по уче­ни­че­ско­му биле­ту на вход­ные места в филар­мо­нию, опять влюб­ля­ют­ся в маниш­ки и лако­вые туфли… Спо­рят, у кого бога­че звук: у пер­во­го клар­не­та или у гобоя.

Опять селек­ция. Луч­шие попа­ли через сито в кон­сер­ва­то­рию. По сту­ден­че­ско­му биле­ту ездят на выход­ные в плац­кар­те в Моск­ву, ломят­ся в БЗК, теряя пуго­ви­цы, в свою филар­мо­нию ходят на уро­ки к педа­го­гам-сов­ме­сти­те­лям, соби­ра­ют запи­си, ноты, про­грамм­ки кон­цер­тов с коря­вы­ми авто­гра­фа­ми из одной бук­вы. Полы­хая лицом, дают пер­вые уро­ки, игра­ют пер­вые соло.

И вот рабо­та. Мало денег. Мно­го хал­тур. Уче­ни­ки раз­ные. Есть ого-го, но боль­ше ой-ой-ой. Кон­цер­тов не дают. Кол­ле­ги зло­сло­вят. Все мень­ше музы­ки, все боль­ше отча­я­ния. Один ушел в биз­нес, дру­гой так­су­ет, тре­тий сва­лил и там кажет­ся счаст­лив. А мест­ный музы­кант сидит на месте, игра­ет, дует, скри­пит, учит – тащит эту послед­нюю милю к людям из послед­них сил. Новое вре­мя гово­рит: так, ника­ких брам­сов-шмам­сов, давай шля­ге­ры. Луч­ше ретро. Для пожи­лых. Аббу там сба­цай, пинк­флойд на худой конец, для сред­не­го поко­ле­ния, с бабо­си­ка­ми.

Нет в зале филар­мо­нии боль­ше сту­ден­тов по сту­ден­че­ским, нет соль­ных кон­цер­тов, в музы­каль­ных шко­лах играть не зовут, в горо­да обла­сти играть не зовут. В горо­дах Самар­ской обла­сти гово­рят: да у нас при­ез­жа­ют из вашей филар­мо­нии спек­так­ли про заек и мишек, норм! Нам все рав­но Моцар­та не надо. И Шубер­та не надо. А уж Скря­би­на подав­но. Мене­дже­ры филар­мо­нии на коле­нях сто­ят: ну зачем вам клас­си­ка? Давай­те народ­ную музы­ку, кино, типа джаз, песоч­ное шоу вон людям нра­вит­ся… шам­пан­ское в сту­дию, писто­лет так­же вооду­шев­ля­ет пуб­ли­ку.

И музы­кант опус­ка­ет скрип­ку. Крыш­ку роя­ля. И клар­нет опус­ка­ет. И палоч­ки литавр. Музы­кант спра­ши­ва­ет госу­дар­ство: ну и зачем ты меня два­дцать лет учи­ло? Зачем я отли­чаю тор­же­ству­ю­щую двой­ную доми­нан­ту от печаль­ной шестой сту­пе­ни? К чему мне зна­ние тра­ги­че­ской судь­бы и вол­шеб­ной пес­ни Шума­на? Что­бы я зай­чи­ком наря­жал­ся и из писто­ле­та стре­лял?

Доро­гое госу­дар­ство. Сего­дня День музы­ки. Ну, это уже стыд­но гово­рить, как она нуж­на людям. Нуж­на – и все. Клас­си­ка нуж­на. Брамс. Шоста­ко­вич. Шнит­ке. Эту музы­ку тянут к людям музы­кан­ты. Они сто­ят там, на послед­ней миле. Давай, госу­дар­ство, ска­жем им за это спа­си­бо. И надо им дать тянуть эти про­во­да. Имен­но эти про­во­да. Мест­ным музы­кан­там надо дать играть клас­си­ку в шко­лах, в наряд­ных новых ДК, в сель­ских биб­лио­те­ках, на сцене филар­мо­нии не толь­ко в оркест­ре, но в ансам­блях! Ах, какие пре­крас­ные ансам­бли насо­чи­ня­ли ком­по­зи­то­ры для мира! Но как мало они зву­чат в Сама­ре. Это не пра­виль­но, госу­дар­ство. Я верю: ты немно­го поду­ма­ешь – и они зазву­чат.

С днем Музы­ки!