За кулисами «ПоМоста»

К сожа­ле­нию, зри­тель не может пол­но­стью оку­нуть­ся в сума­тош­ный фести­валь­ный мир. Ведь прий­ти на днев­ной или вечер­ний спек­такль – это как прий­ти к теат­ру в гости, а вот что­бы понять весь фести­валь, хоро­шо бы его «про­жить» пол­но­стью.

Мне повез­ло. Я «про­жи­ваю» «ПоМост» уже во вто­рой раз: смот­рю все спек­так­ли, бегаю за кули­са­ми, делаю интер­вью с участ­ни­ка­ми, ноча­ми пишу тек­сты для фести­валь­ной газе­ты. Конеч­но, у меня взгляд на фести­валь слиш­ком пред­взя­тый, слиш­ком эмо­ци­о­наль­ный, слиш­ком «заку­лис­ный», но неко­то­ры­ми момен­та­ми все-таки очень хочет­ся поде­лить­ся.

При­ят­ный сюр­приз

Седь­мой фести­валь «ПоМост» был посвя­щен теме вой­ны в целом и Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны в част­но­сти. Но до офи­ци­аль­но­го откры­тия хозя­е­ва «ПоМо­ста» – театр-сту­дия «Грань» – вне рамок заяв­лен­ной темы пока­за­ли спек­такль «Таня-Таня» и откры­ли выстав­ку – дань памя­ти созда­те­лю теат­ра Эль­ви­ре Дуль­щи­ко­вой.

Для мно­гих гостей фести­ва­ля «Таня-Таня» в поста­нов­ке Дени­са Боку­рад­зе ста­ла самым при­ят­ным сюр­при­зом. Аква­рель­ные обра­зы соеди­не­ны тон­ки­ми лири­че­ски­ми нитя­ми, а неве­со­мый юмор скра­ши­ва­ет роман­ти­че­скую атмо­сфе­ру там, где ее, по идее, быть не может – в рас­ста­ва­ни­ях и разо­ча­ро­ва­ни­ях.

За успеш­ным спек­так­лем все­гда кро­ет­ся своя слож­ная исто­рия. Дани­ил Бого­мо­лов, игра­ю­щий одну из глав­ных ролей, тяже­ло вжи­вал­ся в неха­рак­тер­ный для него образ, дол­го не мог понять сво­е­го героя. Юлия Боку­рад­зе – «стар­шая» Таня – во вре­мя пре­мьер­ных пока­зов гото­ви­лась стать мамой, что дава­ло одно настро­е­ние, а сей­час в ее теат­раль­ном обра­зе посто­ян­но про­скаль­зы­ва­ют «мате­рин­ские» нот­ки, что добав­ля­ет спек­так­лю новые смыс­ло­вые тече­ния. Али­на Костюк нака­нуне пер­во­го дня «ПоМо­ста» сло­ма­ла руку, что не поме­ша­ло ей пре­крас­но испол­нить роль и создать повод теат­раль­ным кри­ти­кам и экс­пер­там заго­во­рить о рас­кры­ва­ю­щем­ся талан­те моло­дой актри­сы.

Не поня­ли и не услы­ша­ли

А вот спек­такль Оле­га Хапо­ва «Марьи­но поле» (челя­бин­ский «Камер­ный театр») по пье­се уче­ни­ка Нико­лая Коля­ды Оле­га Бога­е­ва кри­ти­ков явно не впе­чат­лил. Зри­те­ли же реа­ги­ро­ва­ли по-раз­но­му: кто-то сме­ял­ся, кто-то еле сдер­жи­вал­ся, что­бы не уйти. На про­тя­же­нии все­го спек­так­ля воз­ни­ка­ло чув­ство нелов­ко­сти срод­ни тому, когда в хоро­шей ком­па­нии кто-то гром­ко шутит, а нико­му не смеш­но.

Ухо­ди­ли и со спек­так­ля «Луна и листо­пад» режис­се­ра-поста­нов­щи­ка Миха­и­ла Раби­но­ви­ча (Ака­де­ми­че­ский рус­ский дра­ма­ти­че­ский театр Рес­пуб­ли­ки Баш­кор­то­стан). Он был настоль­ко про­пи­тан духом арха­и­ки, что в антрак­те мно­гие с ухмыл­кой при­вер­жен­цев «насто­я­ще­го» теат­ра «здесь и сей­час» под­хо­ди­ли к гар­де­робу и про­тя­ги­ва­ли номер­ки, но кри­ти­ки были уве­ре­ны – «шедевр». «Мяг­кий, как вна­ча­ле кажет­ся, роман­ти­че­ский спек­такль ока­зы­ва­ет­ся в фина­ле гораз­до жест­че, чем любой нату­ра­ли­сти­че­ский», – гово­ри­ла на обсуж­де­нии петер­бург­ский экс­перт Окса­на Куш­ля­е­ва. «Этот спек­такль еще раз дока­зал, что любая систе­ма убе­ди­тель­на, если ста­но­вит­ся еди­ным орга­низ­мом», – напи­са­ла в рецен­зии Ксе­ния Аито­ва.

Не повез­ло и спек­так­лю «Саня, Ваня, с ними Римас» по пье­се Вла­ди­ми­ра Гур­ки­на (Коми-Пер­мяц­кий наци­о­наль­ный дра­ма­ти­че­ский театр име­ни М. Горь­ко­го). Этот спек­такль за свое семи­лет­нее суще­ство­ва­ние собрал мно­же­ство наград на раз­лич­ных фести­ва­лях. Но Ново­куй­бы­шевск его не услы­шал. Виной тому – сце­на. Спек­такль режис­се­ра Сер­гея Андре­ева – камер­ный, и ока­зать­ся на боль­шой сцене для него рав­но­силь­но ката­стро­фе. При­знать­ся, даже на пятом ряду пар­те­ра труд­но было рас­слы­шать диа­ло­ги акте­ров.

Хотя кто-то всё же рас­слы­шал. Мно­гие в кон­це доста­ва­ли пла­точ­ки и ути­ра­ли сле­зы: такой про­стой и род­ной спек­такль. Он похож на фильм «Любовь и голу­би», кото­рый ты уже и видел раз сто и смот­ришь сто пер­вый – с глу­пой умиль­ной улыб­кой. Неда­ром «Любовь и голу­би» и «Саня, Ваня, с ними Римас» вышли из-под пера одно­го дра­ма­тур­га.

Удач­ные экс­пе­ри­мен­ты

Не нуж­но забы­вать, что «ПоМост» – и экс­пе­ри­мен­таль­ная пло­щад­ка.

На спек­такль Госу­дар­ствен­но­го теат­ра кукол Удмурт­ской рес­пуб­ли­ки «Про­Жить» по рас­ска­зам Андрея Пла­то­но­ва уда­лось попасть дале­ко не всем. Камер­ный зал не смог вме­стить всех жела­ю­щих даже при усло­вии, что спек­такль шел два раза. Было страш­но, как может быть страш­но в дет­ском теат­ре. Дети, не отры­ва­ясь, сле­ди­ли за пред­став­ле­ни­ем. Но малень­кие зри­те­ли в коро­ве виде­ли про­сто коро­ву, в цвет­ке – цве­ток, в пуго­ви­це – пуго­ви­цу; мета­фи­зи­че­ский мир Андрея Пла­то­но­ва усколь­зал от них, и сюжет «Про­Жить» начи­нал казать­ся плос­ким.

Непо­ня­тым детьми остал­ся и спек­такль Андрея Опа­ри­на «Маль­чиш-Кибаль­чиш» ижев­ско­го моло­деж­но­го теат­ра «Моло­дой чело­век». Арти­сты вна­ча­ле пыта­лись раз­го­ва­ри­вать с под­рост­ка­ми на их язы­ке, но когда они нашли кон­такт со зри­те­лем и ребя­та в зале ста­ли ассо­ци­и­ро­вать их с собой, даже немно­го под­драз­ни­вать, театр пере­клю­чил­ся на геро­и­че­ски-пафос­ные обра­зы. И зача­стую дра­ма­ти­че­ские линии сюже­та дети начи­на­ли вос­при­ни­мать как фарс. Но попыт­ка най­ти новый язык, соеди­нить про­ти­во­по­лож­ные обра­зы, актер­ская игра все рав­но оста­ви­ли хоро­шие впе­чат­ле­ния от спек­так­ля.

Самые-самые

Самые ожи­да­е­мые гости фести­ва­ля – зна­ме­ни­тый Балет Евге­ния Пан­фи­ло­ва и леген­дар­ный «Коля­да-театр».

Челя­бин­ский театр совре­мен­но­го тан­ца с одно­акт­ным бале­том «Укры­тие» и перм­ский Балет Евге­ния Пан­фи­ло­ва с «Бло­кА­дой» высту­па­ли на откры­тии «ПоМо­ста», в «Вече­ре совре­мен­ной хорео­гра­фии».

Интер­вью худрук Бале­та Пан­фи­ло­ва Сер­гей Рай­ник давал перед репе­ти­ци­ей в огром­ном пустом зале, где его нашли рас­ки­нув­ше­го­ся на крес­лах, в тем­ных очках при выклю­чен­ном све­те. Он дол­го пози­ро­вал фото­гра­фам, мно­го жести­ку­ли­ро­вал и прак­ти­че­ски каж­дый свой ответ начи­нал с фра­зы: «Это очень труд­но объ­яс­нить без спе­ци­аль­ной тер­ми­но­ло­гии».

Вече­ром зри­те­ли уви­де­ли масте­ра и на сцене, в пер­вом ряду тан­цо­ров. Но он уже, кажет­ся, немно­го тяже­ло­ват для таких слож­ных рисун­ков. Вид­но, что силь­но уста­ет по срав­не­нию со сво­и­ми кол­ле­га­ми. В то же вре­мя пред­ста­вить спек­такль без него – невоз­мож­но. Он еще из той труп­пы, кото­рая рабо­та­ла с самим Пан­фи­ло­вым, зна­ет этот спек­такль луч­ше всех и вос­ста­нав­ли­вал его после дол­го­го пере­ры­ва. «Бло­кА­да» ока­за­лась самым эмо­ци­о­наль­ным и дра­ма­тич­ным спек­так­лем фести­ва­ля. Воз­мож­но, в рас­ска­зах о войне сло­ва уже излиш­ни?

Совер­шен­но дру­гой пред­ста­ла руко­во­ди­тель­ни­ца челя­бин­ской труп­пы Оль­га Пона – не столь­ко режис­сер, сколь­ко архи­тек­тор спек­так­ля: изящ­ная, вни­ма­тель­ная, все­гда вме­сте с тан­цо­ра­ми из сво­ей труп­пы, апел­ли­ро­ва­ла в раз­го­во­ре к мета­фо­рам и очень мно­го гово­ри­ла «не на дик­то­фон».

«Коля­да-театр» пред­став­лял свой спек­такль в послед­ний день фести­ва­ля. Нака­нуне весь пресс-центр шеп­тал­ся о при­ез­де веду­ще­го акте­ра теат­ра Оле­га Яго­ди­на: «ино­пла­не­тя­нин», «уни­кум», «гений». Потре­пан­ная курт­ка, деше­вые науш­ни­ки, ста­рые крос­сов­ки труд­но вяза­лись с обра­зом Заслу­жен­но­го арти­ста РФ. Он гово­рил тихо, про­сто (сколь­ко пафос­ных речей про­зву­ча­ло за эти пять дней!), пару раз матер­нул­ся, как буд­то бы сму­ща­ясь. Было ощу­ще­ние, что раз­го­ва­ри­ва­ешь с ребен­ком. Уди­ви­тель­но, как актер сумел сохра­нить этот дух искрен­но­сти и про­сто­ты. Когда он отве­чал на вопро­сы, свя­зан­ные с Нико­ла­ем Коля­дой и его теат­ром, то ста­но­вил­ся серьез­ным, вдум­чи­вым, нот­ки ува­же­ния посто­ян­но про­скаль­зы­ва­ли в его голо­се. Когда раз­го­вор захо­дил о музы­ке, он пере­во­пло­щал­ся: широ­ко улы­бал­ся, доста­вал пле­ер, сыпал назва­ни­я­ми групп и музы­каль­ных сти­лей, он слов­но ожи­вал.

А о при­ве­зен­ном на «ПоМост» спек­так­ле «Фрон­то­вич­ка» гово­рил эмо­ци­о­наль­но, слов­но хотел что-то дока­зать. Горе­вал, что спек­такль непо­пу­ляр­ный, так как автор Анна Бату­ри­на – уче­ни­ца Коля­ды – пока еще не слиш­ком медий­ное лицо и ходят на нее пока «не очень». Но уве­рял, что это один из самых луч­ших спек­так­лей «Коля­да-теат­ра».

Луч­ший он или не луч­ший, но то, что он стал укра­ше­ни­ем фести­ва­ля и самым мощ­ным его аккор­дом – точ­но. Про­сто­душ­ный и откры­тый спек­такль, где весе­лье и ужас, коме­дия и тра­ге­дия ста­ли одним целым.

Нача­ло новых тра­ди­ций

В этот раз на «ПоМо­сте» зри­те­ли мог­ли позна­ко­мить­ся не толь­ко с хоро­ши­ми спек­так­ля­ми, но и с заме­ча­тель­ны­ми филь­ма­ми. Миха­ил Купер­берг в рам­ках сотруд­ни­че­ства фести­ва­ля с кинок­лу­бом «Ракурс» спе­ци­аль­но подо­брал про­грам­му, вклю­чав­шую как клас­си­ку совет­ско­го кине­ма­то­гра­фа, так и «иной взгляд» на вой­ну совре­мен­ных зару­беж­ных режис­се­ров. Экс­пе­ри­мент по рабо­те «ПоМо­ста» с кинок­лу­бом «Ракурс» мож­но счи­тать удач­ным, и хочет­ся верить, что это нача­ло тра­ди­ции.

Док­тор фило­соф­ских наук про­фес­сор Еле­на Бур­ли­на орга­ни­зо­ва­ла круг­лый стол по теме «Город как сце­на». Но более все­го она запом­ни­лась гостям пре­зен­та­ци­ей Unvergleichliche Zeit про Теат­ра­ли­зо­ван­ный музей Фелик­са Нус­с­ба­у­ма, где она дол­гое вре­мя рабо­та­ла.

Фести­валь меня­ет­ся, раз­рас­та­ет­ся новы­ми про­ек­та­ми, про­бу­ет раз­лич­ные фор­ма­ты. Худо­же­ствен­ный руко­во­ди­тель Денис Боку­рад­зе уже полон иде­я­ми на сле­ду­ю­щий, вось­мой «ПоМост». Воз­мож­но, каж­дый из экс­пер­тов фести­ва­ля под­го­то­вит свою про­грам­му на день, под­бе­рет днев­ной и вечер­ний спек­так­ли. Может быть, выступ­ле­ния вновь объ­еди­нит общая тема. Пока это толь­ко идеи, но сле­ду­ю­щий фести­валь уже ждут – кри­ти­ки, режис­се­ры, акте­ры и, конеч­но же, зри­те­ли.

Ксе­ния Гара­ни­на

Фото Еле­ны Про­ни­ной

Опуб­ли­ко­ва­но в изда­нии «Куль­ту­ра. Све­жая газе­та» № 8 (75) за 2015 год