6 лет работы и 12 домов Филарета Засухина

Фила­рет Муром­ский

Фила­рет Засу­хин родом из Муро­ма. В 1886 году окон­чил муром­ское реаль­ное учи­ли­ще, затем – петер­бург­ский Инсти­тут граж­дан­ских инже­не­ров. Самар­ский пери­од твор­че­ства иссле­до­ва­те­ли отсчи­ты­ва­ют с 1897-го, когда 30-лет­ний спе­ци­а­лист посту­пил на служ­бу млад­шим архи­тек­то­ром в стро­и­тель­ное отде­ле­ние губерн­ско­го прав­ле­ния. В 1902 – 1903 годах Засу­хин рабо­тал архи­тек­то­ром Зем­ской упра­вы, а в 1903‑м, в самом рас­цве­те карье­ры, был при­зван на дей­стви­тель­ную воин­скую служ­бу. Неко­то­рые исто­ри­ки утвер­жда­ют, что после армии он вер­нул­ся к архи­тек­тур­ной прак­ти­ке, но глав­ные свои рабо­ты выпол­нил все же в пери­од с 1897 по 1903 год.

За шесть лет рабо­ты в Сама­ре Засу­хин рабо­тал в модерне, псев­до­клас­си­ке, псев­до­рус­ском сти­ле, стро­ил дере­вян­ные дома. В 1890‑х архи­тек­тор сотруд­ни­чал с Алек­сан­дром Зелен­ко. Ряд иссле­до­ва­те­лей даже назы­ва­ют Засу­хи­на его уче­ни­ком. Фила­рет Пет­ро­вич, как и дру­гие самар­ские масте­ра, ори­ен­ти­ро­вал­ся на рабо­ты петер­бург­ских и мос­ков­ских кол­лег, но в его почер­ке едва ли мож­но рас­смот­реть вли­я­ние Зелен­ко. Впро­чем, о тес­ном сотруд­ни­че­стве двух архи­тек­то­ров гово­рит хотя бы то, что Засу­хин выку­пил у Алек­сандра Усти­но­ви­ча особ­няк на Самар­ской, 179, завер­шил стро­и­тель­ство и посе­лил­ся в нем.

Отель­ные иссле­до­ва­ния, посвя­щен­ные твор­че­ству Засу­хи­на, в самар­ской лите­ра­ту­ре встре­ча­ют­ся ред­ко, не опре­де­лен и весь спи­сок работ зод­че­го – автор­ство несколь­ких зда­ний оста­ет­ся под вопро­сом. Тем не менее, коли­че­ство и каче­ство про­из­ве­де­ний масте­ра поз­во­ля­ет поста­вить его в один ряд с выда­ю­щи­ми­ся архи­тек­то­ра­ми, рабо­тав­ши­ми в Сама­ре на рубе­же веков, – Алек­сан­дром Зелен­ко, Алек­сан­дром Щер­ба­че­вым, Миха­и­лом Квят­ков­ским, Зель­ма­ном Клей­нер­ма­ном, Пла­то­ном Шаман­ским, Геор­ги­ем Мош­ко­вым…

Обшир­ное насле­дие

Сре­ди зна­ко­вых для Сама­ры объ­ек­тов мож­но выде­лить две рабо­ты Засу­хи­на – Пуш­кин­ский народ­ный дом и Окруж­ной суд.

Пушкинский народный дом

В год празд­но­ва­ния 100-летия со дня рож­де­ния Алек­сандра Пуш­ки­на, в 1899, в Сама­ре нача­лось стро­и­тель­ство народ­но­го дома. Зда­ние Г‑образное в плане, фаса­ды его асим­мет­рич­ны. Основ­ной объ­ем с ули­цы Льва Тол­сто­го был одно­этаж­ным. К нему при­мы­кал двух­этаж­ный риза­лит, в кото­ром раз­ме­ща­лась вход­ная груп­па. Над цен­траль­ным вхо­дом рас­по­ла­га­лась лод­жия, на кото­рой в 1905 году был уста­нов­лен бюст Пуш­ки­на. Фасад с ули­цы Ленин­ской укра­ша­ло трех­част­ное окно, осве­щав­шее зри­тель­ный зал на 735 мест. Во вре­мя одной из рекон­струк­ций окно зало­жи­ли.

Стро­и­тель­ство зда­ния завер­ши­лось в 1903 году. Спу­стя 8 лет народ­ный дом был рекон­стру­и­ро­ван. С ули­цы Льва Тол­сто­го над­стро­и­ли вто­рой этаж, а на Ленин­ской у зда­ния появил­ся при­строй. В совет­ские годы народ­ный дом был пере­име­но­ван в Клуб име­ни Рево­лю­ции 1905 года, а сей­час он носит назва­ние «Дво­рец куль­ту­ры желез­но­до­рож­ни­ков».

Самарский окружной суд

Нынеш­ний свой вид Самар­ский окруж­ной суд при­об­рел не сра­зу. Сна­ча­ла быв­ший мещан­ский дом в 1867 году пере­стро­ил под нуж­ды суда архи­тек­тор Нико­лай Теп­лов, а в 1903‑м Фила­рет Засу­хин рекон­стру­и­ро­вал его в сти­ле модерн. В 2006‑м груп­па архи­тек­то­ров во гла­ве с Миха­и­лом Его­ро­вым соста­ви­ла про­ект рестав­ра­ции зда­ния суда. Несмот­ря на то, что вме­сто «еръ» (твер­дый знак) на кон­це сло­ва «суд» над глав­ным вхо­дом появи­лась бук­ва «ять», а сло­во ста­ло читать­ся как «суде», это счи­та­ет­ся одним из луч­ших при­ме­ров рестав­ра­ции памят­ни­ков архи­тек­ту­ры в Сама­ре.

Дом Плехановой

К рабо­там зод­че­го так­же отно­сят два зда­ния в псев­до­рус­ском сти­ле – дом Пле­ха­но­вой на ули­це Сте­па­на Рази­на, 47, и особ­няк Кирил­ло­ва на ули­це Куй­бы­ше­ва, 65. Оче­вид­но, что оба они постро­е­ны по про­ек­ту одно­го архи­тек­то­ра, име­ют схо­жую ком­по­зи­цию и декор фаса­да, но вопрос их автор­ства оста­ет­ся откры­тым. К исто­риз­му отно­сит­ся и особ­няк Рози­ной на углу улиц Куй­бы­ше­ва и Пио­нер­ской.

Особняк Розиной

В архи­тек­ту­ре двух­этаж­но­го кир­пич­но­го дома с угло­вым эрке­ром при­сут­ству­ют моти­вы сред­не­ве­ко­вой зам­ко­вой архи­тек­ту­ры, а отдель­ные дета­ли напо­ми­на­ют один из кор­пу­сов Киев­ско­го поли­тех­ни­че­ско­го инсти­ту­та, постро­ен­ный в 1890 – 1900‑х по про­ек­ту Иеро­ни­ма Кит­не­ра.

Доходный дом Афанасьева

Доход­ный дом Афа­на­сье­ва на углу улиц Пио­нер­ской и Сте­па­на Рази­на – тот слу­чай, когда Засу­хин при­бе­га­ет к пря­мо­му заим­ство­ва­нию. Самар­ский дом – адап­ти­ро­ван­ная копия соб­ствен­но­го особ­ня­ка архи­тек­то­ра Вик­то­ра Шре­те­ра на набе­реж­ной Мой­ки в Петер­бур­ге. Засу­хин – дале­ко не пер­вый, кого вдох­но­ви­ла эта рабо­та веду­ще­го петер­бург­ско­го зод­че­го. Схо­жие с ней чер­ты, напри­мер, име­ет соб­ствен­ный дом архи­тек­то­ра Дмит­рия Вер­не­ра в Ниж­нем Нов­го­ро­де, но, в отли­чие от Засу­хи­на, Вер­нер пол­но­стью пере­ра­бо­тал про­ект, изме­нив ком­по­зи­цию фаса­дов.

Дом Юрина 

В том же квар­та­ле по ули­це Сте­па­на Рази­на нахо­дит­ся еще одна рабо­та Засу­хи­на – дом Юри­на (№ 52). В этот раз зод­чий про­ек­ти­ру­ет в псев­до­клас­си­ке, но при этом фасад дела­ет асим­мет­рич­ным. Совсем ина­че (эклек­ти­ка с эле­мен­та­ми модер­на) архи­тек­тор реша­ет пяти­этаж­ный доход­ный дом Юри­на на углу Ленин­град­ской и Чапа­ев­ской.

Дом Юрина 2

Поми­мо пере­чис­лен­ных объ­ек­тов, Засу­хин про­ек­ти­ро­вал хра­мы в селе Нау­мов­ка Бугу­рус­лан­ско­го уез­да и селе Ста­рая Кули­ков­ка Став­ро­поль­ско­го уез­да, коло­коль­ню в бугуль­мин­ском Алек­сан­дро-Нев­ском муж­ском мона­сты­ре, вел над­зор за стро­и­тель­ством Пан­те­лей­мо­нов­ской церк­ви при боль­ни­це, зани­мал­ся рас­ши­ре­ни­ем Все­х­свят­ской клад­би­щен­ской церк­ви, вос­ста­нав­ли­вал мель­ни­цу Бобер­ма­на за Самар­кой.

Дере­вян­ное зод­че­ство – отдель­ная стра­ни­ца твор­че­ства Фила­ре­та Засу­хи­на. По про­ек­там зод­че­го были постро­е­ны дом Тим­ро­та на ули­це Самар­ской, 165 (утра­чен), и ана­ло­гич­ные ему дом Пав­ло­вой на ули­це Садо­вой, 94, дом Юри­на на углу улиц Галак­ти­о­нов­ской и Улья­нов­ской, камен­но-дере­вян­ный особ­няк на углу улиц Самар­ской и Вило­нов­ской.

К рабо­там Засу­хи­на так­же отно­сят один из самых ярких памят­ни­ков дере­вян­ной Сама­ры – дом Сани­на на ули­це Галак­ти­о­нов­ской, 82.

Дом Санина

а так­же «дом с жар-пти­цей» на ули­це Льва Тол­сто­го.

Дом с жар-птицей

Рису­нок Вага­на Гай­ко­ви­ча Кар­ка­ря­на.

Утра­ти­ли и спас­ли

Особняк Тимрота

К сожа­ле­нию, не все рабо­ты Засу­хи­на дошли до нас. Об утра­те особ­ня­ка Тим­ро­та на ули­це Самар­ской, 165, я уже писал в ста­тье «Муля­жи памят­ни­ков и памят­ни­ки муля­жам» в декаб­ре 2016-го. На месте рос­кош­но­го дома с башен­ка­ми и эрке­ра­ми выстро­и­ли мно­го­этаж­ку, а затем при­ле­пи­ли к ней муляж памят­ни­ка. Вос­со­здан­ный домик полу­чил­ся «пласт­мас­со­вым», а сре­да вокруг ста­ла настоль­ко непри­вле­ка­тель­ной, что у соб­ствен­ни­ков посто­ян­но воз­ни­ка­ют про­бле­мы с поис­ком арен­да­то­ров.

Еще два объ­ек­та, свя­зан­ные с име­нем Засу­хи­на, нахо­дят­ся в цен­тре вни­ма­ния гра­до­за­щит­ни­ков. Жилой фли­гель усадь­бы Зелен­ко на ули­це Самар­ской, 179 (напом­ню, Засу­хин выку­пил у Зелен­ко усадь­бу и достро­ил ее), уда­лось отсто­ять.

Флигель усадьбы Зеленко

Дом был лишен ста­ту­са объ­ек­та куль­тур­но­го насле­дия, его пыта­лись при­знать ава­рий­ным и под­ле­жа­щим сно­су (стро­и­тель­ная ком­па­ния «Транс­груз» име­ла виды на эту пло­щад­ку), но сила­ми жите­лей дома и обще­ствен­но­сти памят­ник уда­лось отсто­ять. Суд отме­нил реше­ние о при­зна­нии дома ава­рий­ным, а управ­ле­ние охра­ны памят­ни­ков при­сво­и­ло ему ста­тус выяв­лен­но­го объ­ек­та куль­тур­но­го насле­дия.

Особняк Наймушина

А вот особ­няк Най­му­ши­на на ули­це Сте­па­на Рази­на, 106, отму­чил­ся. В 2007 году в нем слу­чил­ся силь­ный пожар. Утвер­жда­ли, что при­чи­ной ста­ла бутыл­ка с зажи­га­тель­ной сме­сью. С это­го момен­та нача­лась дол­гая и мед­лен­ная смерть памят­ни­ка архи­тек­ту­ры. Он горел еще раз, новые соб­ствен­ни­ки пыта­лись его сне­сти. Слож­но ска­зать, под­ле­жал ли особ­няк вос­ста­нов­ле­нию сра­зу после пожа­ра 2007-го (сте­ны состо­я­ли из лист­вен­ни­цы, обло­жен­ной кир­пи­чом), но внешне кон­струк­ции каза­лись проч­ны­ми. Девять лет без кон­сер­ва­ции, частич­ный снос и пожа­ры пре­вра­ти­ли остат­ки усадь­бы в насто­я­щие руи­ны. В авгу­сте 2016-го управ­ле­ние охра­ны памят­ни­ков Самар­ской обла­сти выда­ло раз­ре­ше­ние на демон­таж остат­ков особ­ня­ка Най­му­ши­на. Соб­ствен­ник обе­ща­ет вос­со­здать объ­ект в преж­нем виде. И хотя исто­ри­че­ской цен­но­сти он иметь уже не будет, было бы непло­хо постро­ить его в год празд­но­ва­ния 150-летия архи­тек­то­ра.

Армен АРУТЮНОВ

Гра­до­за­щит­ник.

Фото авто­ра

Опуб­ли­ко­ва­но в «Све­жей газе­те. Куль­ту­ре», № 6 (114), 2017, Март