Есть моменты, когда все удается. Не ужасайтесь, это пройдет

Вто­рой закон Эве­рит­та

В каче­стве собы­тия, на кото­ром я пред­ла­гаю поупраж­нять­ся в про­вер­ке зако­на Мёр­фи на проч­ность, — ситу­а­ция с нашим отно­ше­ни­ем к руко­твор­ным памят­ни­кам самар­ской исто­рии и куль­ту­ры.

Сра­зу рас­сею вся­че­ские сомне­ния: пово­дом к пуб­ли­ка­ции послу­жил вовсе не про­ект поста­нов­ле­ния област­но­го пра­ви­тель­ства о созда­нии спе­ци­аль­но­го орга­на, зани­ма­ю­ще­го­ся вопро­са­ми охра­ны, рестав­ра­ции и исполь­зо­ва­ния памят­ни­ков. Это доволь­но взрос­лая идея, послед­няя попыт­ка создать над­зор­ный орган, не зави­ся­щий от инте­ре­сов обл­строя и обл­куль­ту­ры, была сде­ла­на лет восемь назад. На феде­раль­ном уровне. И, разу­ме­ет­ся, про­ва­ли­лась: стро­и­тель­но-рестав­ра­ци­он­ное и деве­ло­пер­ское лоб­би воз­двиг­ло на ее пути защи­ту, по кре­по­сти срав­ни­мую с лини­ей Мажи­но. Допу­стить созда­ние комис­са­ри­а­та*, под­чи­нен­но­го непо­сред­ствен­но пер­во­му лицу, не может вхо­дить в их инте­ре­сы.

Теперь новая попыт­ка — област­ная. Сама­ра в оди­ноч­ку реши­ла про­бить брешь и на прак­ти­ке пока­зать все пре­иму­ще­ства подоб­ной систе­мы управ­ле­ния.

Хотя в вер­ти­каль­но орга­ни­зо­ван­ной стране упо­вать на самую науч­но обос­но­ван­ную управ­лен­че­скую модель опро­мет­чи­во: слиш­ком мно­гое зави­сит от пер­со­на­жей, кото­рые зай­мут клю­че­вые посты в новой струк­ту­ре. Если назна­чат мест­но­го — велик риск кор­руп­цио­ген­но­сти. Если назна­чат пона­е­хав­ше­го — риск еще выше, посколь­ку успеш­но делом мож­но зани­мать­ся толь­ко любя его, а Зим­них двор­цов, Гра­но­ви­тых палат и церк­ви Покро­ва на Нер­ли у нас, дей­стви­тель­но, нет.

Есть дру­гое — осо­бый самар­ский дух. Такой же инди­ви­ду­аль­ный и яркий, как сара­тов­ский, ниже­го­род­ский, казан­ский. И уни­что­жить его, по-сно­бист­ски иро­ни­зи­руя над тре­пет­ной любо­вью к «гни­луш­кам», — зна­чит еще на одну еди­ни­цу умень­шить сте­пень куль­тур­но­го раз­но­об­ра­зия на пла­не­те.

Мож­но ли най­ти золо­тую сере­ди­ну? Дай Б‑г! Но, как гла­сит вто­рой закон тер­мо­ди­на­ми­ки Эве­рит­та: «Нераз­бе­ри­ха в обще­стве посто­ян­но воз­рас­та­ет. Толь­ко очень упор­ным тру­дом мож­но ее несколь­ко умень­шить. Одна­ко сама эта попыт­ка при­ве­дет к росту сово­куп­ной нераз­бе­ри­хи».

А пото­му от обсуж­де­ния инсти­ту­ци­о­наль­ных реформ и гада­ния на пер­со­нах перей­дем к сути.

Зако­ны Чиз­хол­ма

Взгля­нем на «Пере­чень выяв­лен­ных объ­ек­тов куль­тур­но­го насле­дия, по кото­рым при­ня­то реше­ние об отка­зе во вклю­че­нии в еди­ный госу­дар­ствен­ный реестр объ­ек­тов куль­тур­но­го насле­дия (памят­ни­ков исто­рии и куль­ту­ры) наро­дов Рос­сий­ской Феде­ра­ции». Это при­ло­же­ние к поста­нов­ле­нию пра­ви­тель­ства Самар­ской обла­сти от 8 апре­ля 2015 г. № 173.
Пункт тре­тий дан­но­го при­ло­же­ния: «Ансамбль застрой­ки Самар­ской пло­ща­ди: г. Сама­ра, ул. Галак­ти­о­нов­ская, д. 189/​ул. Самар­ская, д. 188, лите­ры а, б; ул. Галак­ти­о­нов­ская, д. 191/​ул. Самар­ская, д. 190; ул. Самар­ская, 203».

«Насто­я­щее Поста­нов­ле­ние всту­па­ет в силу по исте­че­нии деся­ти дней со дня его офи­ци­аль­но­го опуб­ли­ко­ва­ния». То есть уже всту­пи­ло.

Допус­каю, что ста­тус исто­ри­че­ско­го памят­ни­ка у ансам­бля дей­стви­тель­но мешал стро­и­тель­ству выхо­да из мет­ро в рай­оне Самар­ской пло­ща­ди. Я даже допус­каю, что те, кто гото­вил это поста­нов­ле­ние, искренне верят, что охран­ная зона ансам­бля и сум­ма охран­ных зон каж­до­го из зда­ний, вхо­дя­щих в ансамбль, прак­ти­че­ски не отли­ча­ют­ся друг от дру­га по раз­ме­рам.

Но есть же зако­ны Чиз­хол­ма. Соглас­но одно­му из них: «Любые пред­ло­же­ния люди пони­ма­ют ина­че, чем тот, кто их вно­сит. Даже если ваше объ­яс­не­ние настоль­ко ясно, что исклю­ча­ет вся­кое лож­ное тол­ко­ва­ние, все рав­но най­дет­ся чело­век, кото­рый пой­мет вас непра­виль­но. Если вы уве­ре­ны, что ваш посту­пок встре­тит все­об­щее одоб­ре­ние, кому-то он обя­за­тель­но не понра­вит­ся».
И этот чело­век — я.
Мне отче­го-то кажет­ся, что меж­ду охран­ны­ми зона­ми домов (если эти дома вооб­ще ока­жут­ся под охра­ной) най­дет­ся пята­чок бес­цен­ной самар­ской зем­ли, на кото­ром какой-нибудь выда­ю­щий­ся архи­тек­тор реа­ли­зу­ет свою дет­скую меч­ту и воз­двиг­нет небо­скреб из стек­ла и бето­на, окон­ча­тель­но раз­ру­шив гар­мо­нич­ный ансамбль в сти­ле после­во­ен­ной ста­лин­ской клас­си­ки.

И у это­го «кажет­ся» есть осно­ва­ния: раз­ру­ши­ли же целост­ный кон­струк­ти­вист­ский ансамбль цен­траль­ной пло­ща­ди горо­да — име­ни Куй­бы­ше­ва. Вна­ча­ле шты­рем воткнув в серд­це Сама­ры безум­ный, без­вкус­ный, вне­сти­ле­вой «Евро­пей­ский» квар­тал. О, радость — «гни­лу­шек» нет, зато есть мон­стру­оз­ное соору­же­ние, не соче­та­ю­ще­е­ся ни с чем. Такая паро­дия на ком­форт­ное жилье.

А ведь осо­бен­но­стью Сама­ры была анфи­ла­да пло­ща­дей: Хлеб­ная — Алек­се­ев­ская — Собор­ная — Вос­кре­сен­ская. Собор­ной нет. На Алек­се­ев­ской сто­ит скульп­тур­ный шарж на вождя миро­во­го про­ле­та­ри­а­та, водру­жен­ный на отво­е­ван­ный у исто­рии фун­да­мент, лишь под­чер­ки­ва­ю­щий ничтож­ность пер­со­на­жа по срав­не­нию с Рос­си­ей, кото­рую он тужил­ся под­нять на дыбы в под­ра­жа­ние судь­бы вла­сте­ли­на. Хлеб­ная и вовсе уже не пло­щадь, а стой­ло для газе­лей, трам­ва­ев и авто­бу­сов. Оста­ва­лась Самар­ская…

Но нуж­но быть опти­ми­стом. Как гла­сит дру­гой закон Чиз­хол­ма: «Когда дела идут хуже неку­да, в самом бли­жай­шем буду­щем они пой­дут еще хуже». Есть еще и след­ствие из это­го зако­на: «Если вам кажет­ся, что ситу­а­ция улуч­ша­ет­ся, зна­чит, вы чего-то не заме­ти­ли».

Тео­ре­ма Гин­збер­га

Но что-то ведь нуж­но делать. Конеч­но. Нуж­но думать и обсуж­дать. А вре­ме­ни опять нет. Есть иллю­зия, что у нас так все пло­хо, пото­му что мы все вре­мя торо­пим­ся. Нам неко­гда выслу­шать оппо­нен­тов, нам неохо­та при­знать­ся, что вокруг нас оби­та­ют экс­пер­ты, пони­ма­ю­щие в этой про­бле­ме луч­ше тех, кто при­ни­ма­ет реше­ния.

Сама­ре повез­ло: мы с вами — совре­мен­ни­ки талант­ли­во­го архи­тек­то­ра Сер­гея Мала­хо­ва, не уста­ю­ще­го пред­ла­гать аль­тер­на­ти­вы ново­рус­ской эклек­ти­ке и точеч­ным под­хо­дам к раз­ра­бот­ке гло­баль­ной стра­те­гии раз­ви­тия Сама­ры, стра­те­гии, тре­бу­ю­щей осо­зна­ния, какое место наш город может и дол­жен занять в циви­ли­за­ци­он­ном про­цес­се; но Сер­гея Алек­се­е­ви­ча никто не слу­ша­ет и не слы­шит.

Одна­ко все чаще и чаще, когда пепел хра­ни­мо­го Свя­тым Алек­си­ем горо­да начи­на­ет сту­чать в мое серд­це, я вспо­ми­наю закон еще одно­го сорат­ни­ка Мёр­фи — Гин­збер­га: «Выиг­рать нель­зя. Остать­ся при сво­их нель­зя. Нель­зя даже вый­ти из игры».

И что же: черт с ним, с буду­щим? И прав был еще один опти­ми­сти­че­ский социо­лог Скотт: «Неваж­но, что что-то идет непра­виль­но. Воз­мож­но, это хоро­шо выгля­дит»?

* Комис­сар — чело­век, наде­лен­ный спе­ци­аль­ны­ми пол­но­мо­чи­я­ми.

Вик­тор Долонь­ко

Опуб­ли­ко­ва­но в изда­нии «Куль­ту­ра. Све­жая газе­та» № 8 (75) за 2015 год