Елена Ямпольская: «Это ханжество, а не защита детей»

После засе­да­ния она рас­ска­за­ла в интер­вью «Газете.Ru» о нега­тив­ном вли­я­нии дей­ству­ю­щей систе­мы воз­раст­ных огра­ни­че­ний на детей.

На наш взгляд, в «Осно­вы зако­но­да­тель­ства о куль­ту­ре», кото­рые дей­ству­ют до появ­ле­ния ново­го зако­на, надо доба­вить ста­тью о том, что никто не име­ет пра­ва огра­ни­чи­вать доступ к куль­тур­ным цен­но­стям. Исклю­че­ни­ем явля­ет­ся толь­ко то, что запре­ще­но зако­но­да­тель­ством Рос­сий­ской Феде­ра­ции. То есть зако­на­ми о про­ти­во­дей­ствии экс­тре­миз­му, тер­ро­риз­му и так далее. Все осталь­ное долж­но быть обще­до­ступ­но. Это, в кон­це кон­цов, 44‑я ста­тья нашей Кон­сти­ту­ции: каж­дый граж­да­нин име­ет пра­во на доступ к куль­тур­ным цен­но­стям. А в закон «О защи­те детей от инфор­ма­ции, при­чи­ня­ю­щей вред их здо­ро­вью и раз­ви­тию» мы пред­ла­га­ем вве­сти ста­тью о том, что его дей­ствие не рас­про­стра­ня­ет­ся на про­из­ве­де­ния лите­ра­ту­ры и искус­ства.

Кро­ме, опять же, все­го, что попа­да­ет в кате­го­рию «18+» и отдель­ной ста­тьей в этом законе про­пи­са­но. Подоб­ное исклю­че­ние уже суще­ству­ет для науч­ной и тех­ни­че­ской инфор­ма­ции. Хотя, сами пони­ма­е­те, в науч­ной лите­ра­ту­ре, пред­по­ло­жим, тоже порой содер­жат­ся вещи, кото­рые могут пока­зать­ся или слиш­ком откро­вен­ны­ми, или потен­ци­аль­но опас­ны­ми.

Уве­ре­на, зер­каль­ное исклю­че­ние долж­но быть сде­ла­но и для худо­же­ствен­ных про­из­ве­де­ний. Про­сто выве­сти их из-под дей­ствия зако­на, и все. Ина­че у нас так и будет гулять пра­во­при­ме­ни­тель­ная прак­ти­ка – как резуль­тат чьей-то само­де­я­тель­но­сти. В одном книж­ном мага­зине сквозь паль­цы смот­рят, в дру­гом опа­са­ют­ся адми­ни­стра­тив­но­го нака­за­ния. Где-то кино­те­ат­ры оста­ви­ли в покое, а где-то бдят, «как бы чего не вышло».

Мы ниче­го рево­лю­ци­он­но­го не про­по­ве­ду­ем, на чужую тер­ри­то­рию дву­мя нога­ми не зале­за­ем, вооб­ще ни в коей мере не борем­ся с зако­ном «О защи­те детей от инфор­ма­ции…». Мы борем­ся за то, что­бы куль­ту­ру не ущем­ля­ли в пра­вах. И за то, что­бы рос­сий­ские дети и под­рост­ки от куль­ту­ры не отры­ва­лись искус­ствен­но. Пото­му что если чело­век с дет­ства при­учен: «не читай – рано», «не смот­ри – убьет», то в какой-то момент, и очень быст­ро, к сожа­ле­нию, он про­сто теря­ет к это­му инте­рес.

Пра­виль­но гово­рил Сер­гей Селья­нов на круг­лом сто­ле по про­бле­мам воз­раст­ной мар­ки­ров­ки: «Для под­рост­ка кино­те­атр – отстой­ное место, где дей­ству­ют какие-то дикие огра­ни­че­ния. Он откры­ва­ет Интер­нет, и у него там все без огра­ни­че­ний. А тут какие-то «6+», «12+», «при­ди с роди­те­ля­ми», «при­не­си справ­ку». Он про­сто не пой­дет, и все. Это еще и удар по кино­про­ка­ту».

Фак­ти­че­ски оста­нет­ся одно воз­раст­ное огра­ни­че­ние: «18+». «16+» либо «18+» – это когда у тебя могут попро­сить удо­сто­ве­ре­ние лич­но­сти, если ты поку­па­ешь что-то или при­хо­дишь куда-то. При этом будет здо­ро­во, если изда­те­ли, про­дю­се­ры, про­кат­чи­ки ста­нут в чисто реко­мен­да­тель­ном поряд­ке уточ­нять, на како­го при­мер­но зри­те­ля рас­счи­та­на их про­дук­ция. Толь­ко ника­кой обя­за­лов­ки. И уж тем более ника­ких глу­пей­ших про­ве­рок, кото­ры­ми загру­жа­ют над­зор­ные ведом­ства, отры­вая их от более важ­ной рабо­ты. Как было в нашем дет­стве: книж­ки для млад­ше­го школь­но­го воз­рас­та, для сред­не­го, для стар­ше­го. Одна­ко никем не воз­бра­ня­лось взять в биб­лио­те­ке кни­гу для дру­гой воз­раст­ной груп­пы.

Ребе­нок дол­жен раз­ви­вать­ся на опе­ре­же­ние. Мы ведь ждем про­ры­вов во всех сфе­рах? Так про­ры­вы осу­ществ­ля­ют толь­ко те люди, кото­рым не тер­пит­ся узна­вать, раз­ви­вать­ся, дви­гать­ся все быст­рее и все даль­ше. А мы перед ними ста­вим барьер, гово­рим: «Нет, уткнись носом в реко­мен­да­ции и сиди тихо. Тебе еще два года нель­зя это­го ни читать, ни смот­реть». Глу­пость пол­ней­шая.

Хочет ребе­нок читать – поставь­те Богу свеч­ку за такое сча­стье. Не там опас­но­сти ище­те. Это хан­же­ство, а не защи­та детей.

Опуб­ли­ко­ва­но в «Све­жей газе­те. Куль­ту­ре» 7 фев­ра­ля 2018 года, № 3 (153)